Инна Ослон "Коленный рефлекс"


Жила она всегда "ать-два" под руководящую команду, и не по принуждению, а с рабским удовольствием и даже по-женски хорошела, когда проходили слухи, что снова закрутят гайки. Не верите? Лицо ее оживлялось, в глазах появлялся блеск, на щеках - румянец, прибавлялось сантиметров пять роста. "Ну, ребята! - радостно восклицала она, молодея на глазах, - теперь на заводах смены сделают по 12 часов в день! Сами понимаете, какая сейчас политическая обстановка!"

Обстановка была брежневская, гнилая. Еще стращали тем, что Америка в любой момент сбросит на нас бомбы, но мы уже не верили, да и вообще святотатствовали, например, говорили "партийных кур дают".

А ее малейший скептицизм или ирония по отношению к властям приводили в бурное негодование, любое косвенное или прямое подрывание авторитетов ей ужасно не нравились. Она казалась такой искренней сталинисткой, что вызывала своеобразное уважение, пока не прояснилось, что дорого и мило ей отнюдь не содержание идеологии, а сам принцип послушания и нерассуждения. Нет, даже не принцип, а выработанный рефлекс.

Слушаться надо, а не думать! Она и не думала.

И в суп она не попала, а попала в Америку, где сейчас благополучно живет на деньги "капиталистов проклятых", - читай: налогоплательщиков,- и в ус не дует, и совесть не мучит.

И забыт домашний негласный запрет на слова "евреи" и "Израиль", причиной коих был не антисемитизм, а инстинкт. В советскую бытность в кругу ее друзей были евреи той породы, что как дарвиновские жирафы вытягивают шеи, чтобы преобразиться в русских. Тянул шею и ее короткошеий муж и дотянулся до других времен.

Где в новую эпоху, в другой стране разговоры про евреев они заводят с у-до-воль-ствием: "Ах, какая, оказывается, у евреев интересная история! "Блины на масленицу тоже забыты, а еврейские праздники вызубрены. Надо так надо! За активность в еврейской жизни бывшую советскую активистку с дозволенным тогда налетом православия теперь называют "наша заглавная еврейка". Скромная еврейская организация представляется ей американскими властями, начальство надо слушаться и лизать, а впитать всеми порами начальственную идеологию для нее так же естественно, как дышать, так что действие это для нее рефлекторное. Кого же можно осуждать за коленный рефлекс?

Поскольку наша бывшая патриотка бывшей правящей партии сосала сначала социалистическую матку, пока та не сдохла, а потом, выполнив изящный разворот с помощью наличия еврейского мужа, - капиталистическую, мне приходит на ум другая любимая поговорка моей школьной учительницы: "Ласковый телок двух маток сосет", употребляемую для прозрачного намека на мою угрюмость и нежелание угождать. Поговорка тут, конечно, не совсем к месту, потому что поговорочный телок сосал двух маток попеременно в течение одного периода, а моя знакомая сосунья - последовательно. И в то же время подходит, так как иллюстрирует сосательный рефлекс, за который никого осуждать нельзя.

Еще одно: вы не поверите, но это правда. Я сама с трудом себя убедила, что не ослышалась. В связи с недавними событиями она высказалась в том духе, что может произойти наступление на гражданские свободы. Так и сказала: гражданские свободы. И при этом не похорошела, не приободрилась, а как-то наоборот.

2001 год