Лазарь Фрейдгейм "Ностальгия и пиетет"

Лазарь Фрейдгейм.

Ностальгия и пиетет…


Некоторое время тому назад мне довелось быть свидетелем эмоциональной дискуссии в среде бывших москвичей. Группа милых женщин с энергией, приближающейся к ссоре, спорила о достоинствах русской культуры и любви к покинутой стране. Эта дискуссия сразу напомнила мне какие-то ранее сформировавшиеся протестные мысли, но я не мог вспомнить их источник. Когда я обратился к хозяину дома с вопросом о причинах "ломания копий", он, порывшись в лежащих на столике газетах, показал мне номер популярного лос-анджелесского еженедельника "Панорама" со статьей Инны Ослон "Не ждите от меня ностальгии". Мне сразу вспомнился первоисточник - электронный альманах "Порт-фолио", № 63, 2004, (/2004/part714.htm) статья "Отчуждение культуры" того же автора, почти дословной перепечаткой которой являлась публикация в калифорнийском массовом издании.

Автор статьи Инна Ослон - филолог, в прошлом автор таких литературоведческих изысканий, как, например, "Функция гротеска в повести Гоголя "Нос", ныне синхронная переводчица и эссеистка, живет в Далласе. Американская страница жизни дала основания автору для радикальной переоценки русской культуры и литературы. Лермонтова и Гоголя читать просто скучно, Салтыков-Щедрин поражает средневековой дикостью героев. О Распутине тоскливо и неловко рассказывать даже сыну, это такая нецивилизованная история. Эти совсем не культурологические критерии привели автора к серьезным выводам.

"Нет, не могу я смотреть с пиететом на русскую культуру и верить в особую духовность русского народа… Не ожидайте от меня ностальгии", - пишет автор.

Право каждого ставить российскую культуру на то или иное место в мировой табели о рангах. Право каждого тосковать, вспоминать или не вспоминать страну своего рождения - родину (в понятии СССР это слово писалось с большой буквы). Нонсенсом, психологическим сдвигом является постановка этих вопросов в причинно-следственные отношения.

Искать обоснование ностальгии или ее отсутствия в уровне знания и оценки
русской культуры - это попытка с негодными средствами. В огороде бузина, а в Киеве дядька… Чувство не может быть мотивированно - за что? Любовь, как признание заслуг, как мера оценки, позволяет ставить, например, вопрос "За что я люблю Пушкина?" Любовь, как чувство, делает такой вопрос бессмысленным.

Обратимся к толковому словарю. Ностальгия - от греческого nostos возвращение + algos страдание, боль - тоска по родине. В расширительном плане это чувство тоски по прошлому, из которого человек вышел. Оно может относиться к "малой родине", "к картинке в твоем букваре", но всегда это - чувство, эмоции, на которые трудно воздействовать знанием или логикой.

Когда я задаюсь вопросом, что я больше всего хочу посетить, я зачастую отвечаю себе, что хочу пройти по улицам уездного западносибирского города Шадринска, в котором я был в эвакуации в возрасте от 6 до 9 лет. Я точно знаю, что центральная улица, сохранившая кое-какие черты торговой улицы 19 века, не является достижением мировой архитектурной мысли. Я видел много подобного в лучшем исполнении в пределах туристического Золотого кольца. Я люблю бродить по московским таганским переулкам, хотя знаю и видел значительно более впечатляющие ансамбли европейских и американских городов.

Советское образование было тесно замешано на пропаганде и националистическом угаре превосходства. Система преподавания литературы изгоняла из школьных программ даже упоминания о классиках мировой литературы. Живопись передвижников и искусство социалистического реализма заслоняли в массовом сознании понятие мировых достижений. Многие российские эмигранты с удивлением фиксируют отсутствие произведений передвижников в американских музеях. Политические ограничения не давали возможности искусствоведам дать объективную картину мировой культуры и места в ней представителей необъятной России. Поэтому неоригинальность, вторичность многих привычно захваливаемых проявлений русской культуры оставалась за бортом информации. Аналогичная ситуация повторения уже достигнутого проявлялась и в американской культуре, которая сказала свое слово только в 20 веке. Мировая культура формируется из достижений всех культур мира. Представитель любой страны может внести свой вклад. Мне представляется, что не совсем правомерно в таком случае говорить о вкладе культуры страны, государства. Это достижение, вклад конкретного деятеля, таланта, гения, волей обстоятельств родившегося на той или иной земле. Можно говорить о великом вкладе Пушкина в создание современного русского языка как идентифицирующего признака русской культуры (заметим на этом примере, что вклад в национальную и мировую культуры может быть различным). Но аналогичные рассуждения применительно к Менделееву, внесшему завершающие штрихи в систематизацию химических элементов, звучат иначе - это в равной степени достояние мировой культуры. Только в бредовом сне может появиться ощущение отчуждения культуры под влиянием нового знания. На место "отчужденной культуры" может вернуться только банальная провинциальность, местечковость.

И. Ослон пишет: "Не добившись взаимности, я полюбила другую страну, и в ней я действительно своя. А когда случайно увижу Кремль на картинке, то страшновато становится от этих знаменитых стен. А как увижу Собор Василия Блаженного или золотые купола православных церквей, то сразу хочется попасть в другой архитектурный пейзаж. Например, выйти на свою улочку, пройтись по соседним, поехать в даунтаун, наконец, увидеть тот же макдональдс, но у себя, а не в Москве".

Воистину, "женская" логика. Из огня да в полымя. Я не удивлюсь, если по советским традициям национального восхваления в следующей публикации американский макдональдс заслонит французский Лувр. "А раз я живу у себя, то все здешнее кажется нормой, а что было раньше - каким-то чудным и невозможным", - какая-то странная форма нравственной амнезии звучит в таком рассуждении неофита И. Ослон.

Иммиграция является трудным жизненным испытанием, порождает депрессию, необходимость смены образа жизни, стереотипов. Для каждого уже состоявшегося в прошлой жизни человека большим достижением является найти себе достойное применение в новых условиях. И. Ослон по причине отсутствия взаимности с Россией полюбила другую страну. Выбросила мусор вынужденного советского литературоведения, а заодно и простую человеческую эмоциональность, "любовь к отеческим гробам", подменив все это традиционной черно-белой логикой оценок, лично мне набившей оскомину еще в прошлой жизни.