Дмитрий Хмельницкий «Разделяй и властвуй»

Всеволод Вишневский о советских перспективах во Второй мировой войне

Писатель Всеволод Вишневский, автор знаменитой пьесы «Оптимистическая трагедия» и сценария фильма «Мы из Кронштадта», принадлежал с самой верхушке сталинской интеллектуальной элиты. До войны он был главным редактором журнала «Знамя», возглавлял Оборонную комиссию Союза писателей, присутствовал на закрытых совещаниях в Главном управлении политической пропаганды Красной Армии, на просмотрах зарубежных военных фильмов. Он бывал на приемах у высших советских сановников и сам был высоким сановников, одним из тех, кто отвечал за военную пропаганду в СССР. Естественно, что Вишневский принадлежал к узкому кругу наиболее информированных людей в государстве.

В мае 1995 г. журнал «Москва» опубликовал выдержки из дневников Всеволода Вишневского за 1939-1941гг,. подготовленные к печати историком В. Невежиным.

Эти дневники – необыкновенно важный исторический документ. Они полностью подтверждают версию группы военных историков (В. Суворов, В Данилов, А. Мельтюхов, В. Невежин) о том, что в конце тридцатых годов Сталин готовил нападение на Германию и Европу. Для посвященного в нюансы советской политической кухни Вишневского нет сомнений в том, каков действительный смысл пакта «Молотов-Риббентроп» для советской стороны. Это способ взорвать мир в Европе, стравить европейские страны в долгой выматывающей войне и в нужный момент вмешаться – «ударить Гитлеру по затылку». Вишневский с восторгом ждет такого развития событий. Как о главных целях советской политики Вишневский пишет о «превентивном ударе» по Германии, о захвате проливов и Балкан, о советизации европейских стран – Германии, Польши, Чехословакии, Румынии... О решении проблем в Азии. О том, что после разгрома Германии СССР останется один на один с Англией и США, с которыми, вероятно придется временно поделить мир, если сил для продолжении войны будет недостаточно. И о неминуемом продолжении войны за мировое господство еще через 10-15 лет, когда силы будут накоплены.

И еще о том, что решающим моментом станет, скорее всего, лето 1941 года...

Дмитрий ХМЕЛЬНИЦКИЙ

 

1939 год

28 августа (днем)

Шквал откликов по поводу германо-советско го договора. (Может быть, мы сохраняем за собой последнее слово. В случае войны выступим последними. И – вполне возможно - ударим по той же Герма нии) <...>.

31 августа (утром)

Все время думаю о европейской обстановке. По карте прикидываю: как отно сятся к германо-советскому договору европейские Страны и США <...>.

Мы: 1) выиграем время; посмотрим военную мощь стран в деле; 2) проверим, приобретем опыт – гораздо более полезный, чем в Испании и Китае; 3) приведем себя в максимальное мобилизационное состояние (новый закон о всеобщей воинс кой обязанности); сохраним первоочередные кадры; 4) а случае необходимости, – через МНР и Китай стукнем Японию, чтобы развязаться на Востоке; 5) сможем улучшить позиции на Западе <...>; 6) сможем выждать роста национально-осво бодительного движения в урезанной Польше, Чехословакии, Австрии; 7) выждать новых предложений, уже серьезных от той же Англии, Франции; 8) при случае –денонсировать договор с Германией и ударить <...>.

1 сентября

Днем -по телеграфу доклад т. Молотова о германо-советском пакте. СССР выиг рал свободу рук, время. <…> Ныне мы берем инициативу, не отступаем, а наступаем. Дипломатия с Берлином ясна: они хотят нашего нейтралитета и потом расправы с СССР; мы хотим их увязания в войне и затем расправы с ними <...>. Вторая мировая война несомненно расширяется <...>. Но с кем ни говоришь: «Мы через год будем бить Гитлера». Об этом, как передают, говорят в армии. <...>.

Для СССР пришла пора внешних мировых выступлений. За 22 года мы не только восстановили, умножили силы страны. <…> Тут и вопрос о выходе нашем в Средиземное море, – что не удалось в связи с испанским поражени ем, но может удаться через Карпаты, Балканы и, может быть, Турцию. Тут и вопрос о Польше. Возможно, что в нужный момент мы объявим лозунг «восста новления Польши» <...> Нас предпочтут немцам. Мы будем решать и прибалтийские проблемы, и проблемы Чехословакии и Румынии, и Малой Азии. И огромные проблемы Азии.

Гадать, как сложится игра, трудно. Но ясно одно: мир будет вновь перекроен. В данной войне мы постараемся сохранить до конца свои выигрышные позиции. Привлечь к себе ряд стран. Исподволь, где лаской, где силой. <...>

 

1940 год

4 преля

В предвидении различных вариантов мы сохраняем силы, укрепляем армию и флот. Английские политики хотели прийти в конце войны и устроить все в Европе по-своему. Но мы кое-чему научились и перехватили как будто у англичан их здравые намерения.

5 апреля.

<…>Дружба с Германией, пакт и пр. – все это временный ход, это тактические приемы. Выиграем ли мы?<...> Или только дадим немцам время, передышку, снабжение. Не знаю<...>.

29 июля

<...>Мы упорно внедряемся на запад и юго-запад <...>. Мы добьемся контроля над проливами. Мы будем па Балканах. <...>.

Если мы выиграем эту зиму, если Гитлер сорвется на походе против Англии, дела будут неплохи.

22 октября (днем)

Слушал на активе Московской организации доклад Мануильского.

<...>Уж если воевать, то в наиболее выгодной обстановке. Когда наметится надлом, – хотел бы сказать: надлом Гитлера. ..

31 декабря

Картина великой войны все яснее и шире перед нами. И вряд ли мы останемся в стороне. Нужно готовиться, быстро. Видимо, мы выступим, выждав, ближе к развязке. Думаю: против -«оси».

1941 год

31 января.

<...>.Позиция СССР выжидательна, мы, если будет целесообразно, сможем бросить и свою гирю на весы войны.

<...> Продумываешь возможные варианты – в какой уж раз:

<...> Вариант – из наиболее распространенных в нашем обществе: СССР выжидает, спешно усиливаясь, – перевооружаясь, подтягивая на необходимый уровень свои вооруженные силы. Ждем выступления США и. может быть, других стран <...> Затем выступаем, чтобы общими силами сломить блок агрессоров <...>.

Положительные наши возможности: движение на Запад, присоединение Польши, Чехословакии, Карпатской Украины, отдельных частей на Балканах. Возможность решения проблемы проливов – проблемы тысячелетней важности <...> Возможность серьезных перемен на Ближнем Востоке, в Средней Азии и пр. Сильное давление СССР, в случае разгрома Германии – в Европе. Советская (народная) Германия. Мы и Англия (с тылом США) лицом к лицу. Разделение сфер(слово неразб.: влияния?). В перспективе, однако, новые войны, – народная Европа и Азия против старого капиталистического мира: Англия – США. Воображение может увести далеко.

<...>Решит, вероятно, ближайшее лето...

Неизвестно – что желательнее: победа «оси» или англо-американское владычество, с новой цепью держав вдоль наших границ – от Атлантики до Тихого океана. Выбытие из строя одной из основных сторон (Германии или Англии) оставляет СССР наедине с врагом. <...> Поле будет расчищено от посторонних, мешающих. Возможны, конечно, и временные компромиссы: после войны, например, когда все будут утомлены, истощены. Но воспроизводство идет быстро. Сменится , одно поколение: .еще 20-25, лет, и вопрос может встать во весь рост. Это уже представляется решать нашим тт. внукам<...>.

Ночь на 10 февраля

В прошлый раз я пробовал наметить возможные варианты<...>. Наше выступление против Германии и «оси» <...> . Движение на Запад, Проливы и пр. <...> Перспектива советизации некоторых стран (Польша, Чехословакия, может быть, Балканы, частично<...>). Компромисс с Англией и США. Но – в отдалении неизбежность новых столкновений с капиталистичес ким миром...

Вариант наиблагоприятнейший. Мы пользуемся старым методом «разделяй и властвуй». Мы вне воины, кое-что платим за это, многие получаем. <...> Помогаем вести войну той же Герма нии, питая ее по «порциям», на минимуме. Не мешаем империалистам вести войну еще год, два<...>. .Выжидаем их ослабления. Затем – выступаем в роли суперар битра, «маклера» и т. п. Вмешательство, давление может быть и мирным, и вооруженным, – «под занавес» <...> .

Вечер 3 марта

<...> Трудно предугадывать развитие событий. Но, вероятно, мы подождем, пока Гитлер серьезно увязнет в большой схватке на Западе. Всего скорее – в операции вторжения. Она потребует огромного напряжения немецких сил <...> . В этих условиях СССР сможет ударить Гитлера «по затылку». <...> С англо-американским миром – враги вто рой очереди – возможен компромисс, лет на 10—15. Это нужный нам срок для развертывания огромной экономической и оборонной мощи, постройки Вели кого флота и пр. <...> .

Днем 9 апреля

<...>Чувствуешь, однако, – несколько выждав, взвесив, что еще не пришел час нашего вмешательства. Нам надо провести весенний сев, надо выполнять программу, вести учебу, работать, нажимать... <...> Как же сложатся события? <...>Пусть затянется дело до зимы, – тогда скажется и оборона Англии, и мощное давление США<...>. Тогда придет наш час!

12 апреля, 5 ч. дня

Сейчас вернулся из Кремля: был у Ворошилова. <...>

Перешел к теме Гитлера: человек оказался гораздо умнее и серьезнее, чем мы предполагали. Большой ум, сила -<..>. Пусть упрекают: маньяк, некультурный, экспансивный и пр., но в своем деле – гений, сила... Повторил это <...>. Мы, внимательно слушали. Трезвая оценка возможного врага. Это серьезное качество К. Е. <...>

14 апреля .

Германский удар против нас и наш ответ (или превентивный удар). неминуе мы. Идя на пакт и мы планировали: пусть начнут драку, ослабят друг друга, вскроют свои сильные и слабые стороны, по возможности увязнут; мы их будем умело поощрять, сталкивать и пр., и при случае, по ленинской формуле, – сами перейдем в нападение... У нас будут резервы: народы оккупированных стран, где озлобление против, немцев, тяга к миру, к освобождению неимоверная <...>. Правда вылезает наружу. Временное соглашение с Гитлером трещит по швам<...>.

13 мая.

Военная речь Сталина в Кремле на выпуске академий. Речь огромного значения. Мы начинаем идеологическое и практическое наступление... Речь идет о мировой борьбе: Гитлер тут просчитывается <...>: В дело вступает Америка, ее готовность к 42-му году. И слово скажем и мы: нам до Европы, в частности, до славян, ближе, чем кому бы то ни было. У нас есть свежесть, неизрасходованные силы, опыт...<...> Впереди – наш поход на Запад. Впереди возможности, о которых мы мечтали давно.

21 мая

<..>Что-то затевается крупное. Германия с ее 250 дивизиями не может терять Времени, быть «в простое». Она выбирает направление...

За рубежом видят и понимают, что мы выигрываем, копим силы, <...> – и сможем стать, если те, воюющие, продлят кровопускание, –суперарбитром в Европе и Азии.Гитлер понимает, что мы ведем дело к тому, чтобы дать ему по затылку, желательно при истощении Германии, этак в 1942 году...

<...> Передовые в «Красной звезде» – информация о мобилизации ряда классов запасных («сотни тысяч»). Печатается как статейка об учебе запасных. Скромно...

В ближайшие дни будет серия статей – о перерастании революционной политики Франции (Наполеон) в захватническую. Аналогия: Германия в 1939 г., борьба против Версаля, восстановление страны, перерастание войны в захватническую.

2 июня.

Сосредоточение войск. Подготовка соответствующей литературы. В частях –антифашистские фильмы) – «Мамлок», «Оппенгейм» и др. Чувствуются новые события.

21 июня

Я, взвешивая информацию, - думаю: а может быть, мы, ввиду отказа Германии от консультаций и т. п., с весны начали «тихий» нажим на Германию<...>. Наш нажим тормозит Германии возможность действий на Западе. Вот он, русский фронт, – только в потенции!