Александр Левинтов "Стихотворения"

Осенний клен

Осенний клен, осенний клен

Горит последнею, осеннею листвою,

Мне хорошо немного пошуршать с тобою

В конце наставших наконец времен.

И погрустить… ненастье наступило,

Не наше: слишком серое жилье,

Мир не поет – угрюмо ест и пьет,

Напрягшись из последней жилы.

А помнишь, милый клен?

Весна, капель, надежды,

Когда, откинув зимние одежды,

Ты, как и я, был нежен и смешон.

Какие тонкие тогда росли рябины,

Каким дурманом воздух напоен,

Как покровительствовал птицам клен,

Вернувшимся с надуманной чужбины.

И сочный стебель новый вознесен,

И клейкое вино текло по свежим жилам,

И всем казался юным, мощным, милым…

Ты помнишь ту весну, багровый нынче клен?

Нам скоро – погребение в сугробах,

И на лице – не тающий снежок,

И все – конец, уход, порог,

И клена мертвого немая тень над гробом.


Осеннее

Во дни рождений,

В дождях осенних

Сквозь прорезь света

Летит комета

Моих несчастий,

Моей судьбы.

И в дни печали,

В туманных далях

Свеча пылает

И воском тает,

Маня в дорогу

– бежать! бежать!

И долги ночи.

В углу бормочет

Сырая нечисть,

Скрывая прелесть

Лихих обманов,

Пустых надежд…

 

Зима в Москве

Морозно за окном,

И солнечно и пусто.

Опять один. За утренним столом

Шмат сала, рюмка, хлеб и кислая капуста.

И так светло…

И так покойны мысли.

По радио бормочут

Очередные бреди новостей…

Я эту чепуху не слышу.

На пламенной рябине – снегири.

Рука моя трясется

От слез нахлынувшей ко всем окрест любви.

И мир во мне ликует и поет.

На белый снег ложатся тени

Неистово распахнутых небес.

Белесый горизонт, как легкая надежда.

На что? Не надо – вами сыт по горло.

Мне этот миг дороже и милей,

Чем сотни вас, несбыточных и пылких.

И в геометрии пустых, без жизни, веток

Мне приговора сладкие напевы

Читаются с хрустальной чистотой.

И этот тощий, одинокий праздник

Мне утешение спокойное принес,

Остались позади предательства и казни

И где-то рядом – маленький Христос.