Александр Бирштейн "Фонтан "Треви" (полумаг)"

Попытка внежанровой прозы


(Продолжение. Начало в 83 -87 номере)


***
Обувная фабрика, да на ходу, да с магазином! Это просто подарок! Какой нормальный человек не любит подарков? Полузащитник подарки любил, посему принялся действовать. Первый наскок с молодняком-рэкетней ничего не дал. Это было ожидаемо, а посему не огорчительно.
Всяческие серьезные предложения помощи тоже не встретили "понимания". Так бывало. Пришлось прибегнуть к сильнодействующим средствам.
Дальше начались странные вещи.
"Бригаду", посланную для устрашения, словно бы уже ждали и так отметелили, что все поголовно на больничный перешли.
У "специалиста", направленного, чтобы заложить взрывчатку в магазин (для начала без покупателей), взрывчатка эта взорвалась в машине, когда он на минутку отлучился за сигаретами. Машина была хорошей...
Подстеречь владельца никак не удавалось. Более того, на ребяток, поджидавших его в нужном месте, неожиданно "наехали" менты, причем "чужие". И хоть у каждого из братков при себе имелось не только оружие, но и заявление о том, что он неожиданно нашел пистолет, автомат и т.д. и желает добровольно сдать его в органы, неприятности всё же произошли. Тем более, что один идиот поставил на заявлении не то число, что очень обрадовало ментов. Короче, это мероприятие обошлось достаточно дорого, а в итоге оказалось безрезультатным.
Главное, что "клиента" не удавалось вычислить. На телефонные звонки он когда-никогда отвечал, но вот увидеть его, чтоб "поговорить", никак не получалось. Непостижимым образом возникал на работе, так же непостижимо попадал домой.
"Специалисты", направленные на дом, не только в квартиру не смогли войти, но и в парадную не попали, сбитые с ног и травмированные осколками черепицы, невесть как свалившейся с крыши.
Это была какая-то мистика!
Попробовали зайти с другой стороны. Но "другая сторона" вместе с компаньоном, а по достоверной информации ещё и любовником, отбыла в Средиземноморский круиз на три недели аккурат за день до того, как её собрались несколько потревожить.
Дети учились за границей, и достать их оказалось проблематично.
Но не все пути испробованы. Ох, не все! Пришлось идти на серьезные меры, а это требовало известных расходов, и главное, использования законспирированных связей.
В один прекрасный день бравые ребята из подразделения по борьбе с наркотиками, числом не менее дюжины, ворвались на фабрику и направились в кабинет к директору. Там при свидетелях в письменном столе обнаружили пакет с белым порошком, весом никак не менее килограмма. Вскоре появился директор.
- Это что такое? - грозно - нет, скорее яростно - вопросил милицейский начальник.
Директор попробовал порошок и уверенно ответил:
- Сахарная пудра!
Милицейский чин не поверил, потому что доверенный человек заложил утром в стол отнюдь не сахарную пудру.
- Что вы нам баки забиваете?
- Сами попробуйте!
Чин попробовал и убедился, что это действительно сахар.
- Разберемся! - рявкнул он, собираясь сгрести порошок.
- Требую составить протокол и опечатать пакет при свидетелях!
Милицейский чин аж взвился.
- Будет тебе экспертиза, будет тебе опечатывание при свидетелях, - завопил он, собираясь скомандовать своим орлам нечто весьма грозное.
Но до этого не дошло. Появились новые персонажи. Дело в том, что минут за пятнадцать до данной, с позволения сказать, операции, руководителю милицейской службы собственной безопасности позвонили с особого телефона и сообщили, что отдел по борьбе с наркотиками данного Управления превращен в притон наркоманов и потребовали срочно разобраться.
Проникнув в кабинет, сотрудники никого там не обнаружили, зато героина имелось в избытке. Мало что на каждом столе граммов по сто, так ещё и по полу рассыпан был первосортный героин!
Назревало - хотя нет, назрело - крупное уголовное дело, ни умолчать, ни спустить на тормозах которое невозможно.
Выяснив, куда направилась группа, послали туда же соответствующее подразделение.
Пакет всё-таки отправили на экспертизу, которая подтвердила то, что было сказано в самом начале, - это сахар.
Но главное, все участники операции были арестованы по весьма крутому обвинению, и вчерашние коллеги начали с ними разбираться со всей рьяностью, понятной и простительной по отношению к ренегатам.
Чем там дело кончилось - не известно, но Полузащитник потерял очень и очень важные "концы", не говоря уже о расходах на килограмм героина, который, как известно, на дороге не валяется.
Нет, на случайности этот перечень сплошных неудач списать нельзя. Конечно, фабрике и её хозяину можно причинить ещё массу неприятностей, но гарантии, что неприятности эти не обернутся бедами для самих причиняющих, никакой.
Полузащитник призадумался. Были ещё люди про запас! Вернее, один человек, который стоил многих.

***
После "визита" деятелей, якобы борющихся с наркотиками, наступило почти полное затишье. Я на этот счет не заблуждался и удвоил бдительность. Необходимость постоянно быть в курсе планов оппонента, измотавшая уже довольно прилично, продолжала висеть надо мной, ещё больше изматывая. Но выхода не находилось. На всякие проекты, которые начали было осуществляться, времени катастрофически не оставалось. Правда, кое-что сделать я всё же успел.
Была закуплена партия первоклассного оборудования для детских больниц и даже установлена.
Ещё я задумал выстроить галерею-музей одесских художников. Чтоб в ней представлены были все! Хоть одной картиной, но все! Работа была та ещё, но занимались ею специалисты-энтузиасты, а я по мере необходимости подкидывал им деньжат. Под здание музея выбрали полуразрушенный дом на Греческой и ударными темпами начали его восстанавливать. Что удивило - огромное количество людей, желающих поучаствовать. Архитекторы бесплатно сделали проект, художники готовы были задаром не только отдать свои работы, но и помочь с росписью интерьера, некоторые фирмы выделили стройматериалы...
И только я никак не присутствовал на этом субботнике человечности. Разве что анонимно оплачивал все, или почти все, расходы.
Благотворительность и должна быть анонимной! Иначе грош ей цена. Сделать доброе дело, а потом вещать об этом всеми доступными способами - безнравственно. Это уже не благотворительность, а спекуляция. И пусть это слово в нынешнее время реабилитировано, всё равно звучит оно гаденько, да и смысл его тоже. Нельзя спекулировать на добре, добывая себе честное имя, если имя это замарано подлостью и жадностью.

***
Были ещё планы, но всё время отнимал мой противник. Он уже не мог остановиться, и я постоянно ждал очередной пакости.
Человек, к которому он обратился, - видимо, станет моим очередным персонажем.
В каждом ответственном учреждении, как бы оно ни именовалось, имеется кабинет или кабинетик, где восседает незаметный человечек, добродушный и внимательный, занимаясь какой-нибудь ерундовой работёнкой. Если зайдете к нему по какой-либо пустяковой проблемке, поговорит он с вами вежливо, предупредительно, поможет, подскажет. Вам и невдомек, что все концы-нити этого учреждения сходятся именно сюда, к этому серенькому мужичку-паучку. Только вам и знать этого не надобно, уважаемый читатель. Зачем? А знают об этом те, кому положено. Зайдет такой человек в кабинетик, переговорит и... все вопросы решены. Но плата по таксе, а такса тем выше, чем незаконней и прибыльней просьба.
Продать госимущество по низкой, очень низкой и ничтожно низкой цене? - Пожалуйста...
Дать то же имущество в долгосрочную аренду, естественно, за копейки? - Пожалуйста!
Предоставить, разрешить то, что нельзя? - Без вопросов!
Что хотите, когда хотите, но платите! (Определенно делаю успехи в рифмовке).
С одной стороны, подобный беспредел - это тоже заслуга "демократии", но, с другой стороны, а разве прежде такое не творилось? Названия поменялись - и всё.
чиновничке, паучке-затейнике.
Но я, как всегда, отвлёкся. Я ведь о чиновнике,

Попробуйте попасть к нему в паутинку - она-то покрепче продукции знаменитого Канатного завода окажется! Не вырвешься!
Вот к такому-то человечку, созвонившись, явился Полузащитник. Поговорили они - и началось. Вернее, началась новая история.

***
Опять отступлю. Вы представляете себе ситуацию?! Бандит, которому не удался его рэкет, пошёл за помощью к госчиновнику! Фантасмагория? Ложь?
Заверяю вас - это всё чистая правда!

***
Таких, как он, прозвали "маленькими органистами". Многим людям моего поколения помнится баллада Михаила Анчарова "О маленьком органисте..." Название прижилось. Только в нашей реальной жизни означало оно - маленький работник органов. И не половых, а госбезопасности. Вот таким маленьким органистом и был мой нынешний персонаж. Начинал он вообще со стукачей. Но работал истово, так что пошел на повышение, в кадры попал. И там вкалывал не за страх, а за... Чуть было не сказал: совесть. Вот маху бы дал! И то - какая совесть у органистов? Но работал успешно. Времена "врагов народа" вроде бы закончились, но появилась новая цель - диссиденты. Вот там-то он и развернулся.
Диссиденты - они откуда берутся? Из интеллигенции, откуда ж ещё? Кто книжки читает, тот завсегда супротив власти, особенно советской. Как же иначе? Строй, откровенно говоря, - дрянь, власть - и того хуже. Это ясно каждому, даже "органистам", но... Умные или там предусмотрительные люди об этом - ни гу-гу. А интеллигенты, в большинстве своём пархатые, чуть соберутся в кучку - сразу власть хаять начинают. Одно удовольствие с такими работать.
Вот и работал, план по посадкам и разоблачениям выполнял всегда, причём даже приписками не занимался, по-своему, честен был.
Или, по-своему, по-особому, бесчестен, что явно вернее, потому что знал - как не знать! - и цену власти, и цену её идеалам.
А ещё у него была интуиция. А какая интуиция не зиждется на информации? Имелась и информация! И какая! Задолго, ох как задолго до того, как всё начало резко и бесповоротно меняться, задолго до того, как ухнула в небытие огромная и неуклюжая страна, он понял, ощутил, куда дело идёт, и сделал надлежащие выводы.
А выводы были такими:
- Вскоре поменяется всё! Всё, кроме власти! Вернее, не власти, а людей, у этой власти стоящих. Потому что они - профессионалы, умеющие руководить, маневрировать и мимикрировать. Нет, конечно, придут и новые люди, но мало кому из них удастся зацепиться за власть, хотя битва будет нешуточной. Первые "новые" будут иметь лозунги, реже идеологию, но не деньги. А деньги останутся у "старых" вместе со способами их "заработать".
Вот и захотелось "Органисту" (я его так, пожалуй, называть буду) поучаствовать в новой, сулящей невиданные возможности, жизни на стороне - нет, скорее среди - победителей.
Желание, конечно, правомерное, но и трудноисполнимое. Хотя как для кого.
Для начала Органист покинул органы, а для того чтоб не уходить налегке, прихватил пару-тройку документиков, проливающих свет на деятельность неких большевиков-руководителей, которые, по его расчётам, обязательно должны всплыть и при новой власти. И ведь угадал, подлец, почти в яблочко попал. Почему почти? Да потому что он, при всём своём зверином чутье, и в самом страшном сне представить себе не мог, что страна, огромная и всесильная, рухнет в одночасье.
Крушение Союза и скоростное образование самостийной державы Украины несколько снизило ценность его досье, но не сильно,так как людишки, оставшиеся "за границей", к тому времени тоже при постах оказались или при депутатстве.
Кстати, о депутатстве. Вот , где он маху дал! Тогда в депутаты попасть - что два пальца о...плевать. Никто туда особенно не стремился - говорильня и есть говорильня. А зря! Ибо гордое слово "депутат" вскоре стало приносить немыслимые дивиденды. Ну да ладно, что теперь жалеть?!
Кстати, и работёнку он себе непыльную подобрал, причем такую, на которую никто особенно не зарился. Недоумки! Не оценили всей прелести нежилого фонда в горисполкоме - простите, уже горсовете. Кинулись, да поздно!
Что характерно, не полез Органист в начальники. Кому это надо - на виду быть и под всякие "раздачи" слева и справа попадать? Персонаж мой в замзамы подался. Не уверен, что есть такая должность, но, по сути, пост, который он занимать стал, именно таким и был.
Закончился дебилдинг.
Закончился СССР.
Вперед, к победе капитализма!
Капитализм - это (простите за ликбез, но самому необходимо) частная собственность, которой хотят обладать и большевики-коммунисты с ну очень человеческим лицом, и демократы (те обычно без лица, но с амбициями), и все прочие предприниматели.
- А где взять частную собственность?
- Правильно! Приватизировать!
- Что значит приватизировать?
- Купить по дешёвке!
- У кого?
- У державы, ясное дело. Или, в крайнем случае, взять в аренду лет эдак на 99.
- Как это сделать?
Органист знал. Какую-то сумму, весьма незначительную, государству, какую-то, но уже более значительную - ему. Конечно, не совсем ему, но и Органисту много чего доставалось. Даже шибко много. А главное, все довольны. И начальник-попка за долю малую, и начальник начальника за долю большую, и сошка мелкая, служивая, за крошки оставшиеся. Считайте, что недовольных не было.
И росли, как грибы, стоянки-парковки, рестораны-казино, лавки-магазины. Куда ни глянь - все подвалы стали барами, офисами, кафешками, кинотеатры - салонами, рестораны - банками, банки - салонами мебели, ну и так далее. Так что не прогадал Органист, ох не прогадал.
Знакомства новые объявились. Прежние его "клиенты" - диссиденты да валютчики - проявились. Бандота, опять-таки... Очень перспективные знакомства. Диссидент при власти - это как выкрест-антисемит. Рьянее и истовее на свете нет. Всё на пар уходит, если вовсе дурак. А если не дурак, то деньгу кидается зашибать весьма ретиво.
- Мы страдали, боролись, подвергались гонениям, ссылкам, лагерям (ненужное зачеркнуть), теперь наше время!
Ну, насчет того, что их время настало, мягко говоря, заблуждались, но какой идиот им об этом скажет! Много нахапать у такого деятеля кишка тонка, а около него - временно, конечно, ибо всё равно отбросят, - кормиться неплохо удавалось.
Валютчики - те люди серьезные. И дела у них серьезные. И разборки. То одного грохнут, то другого. Значит, третьи-четвертые себе дорогу мостят. Но все с деньгами, а, стало быть, прибыль от них немалая.
Киллеры, правда, подорожали. Спрос больно большой. Но и они люди полезные, если знать, как подступиться.
И от бандоты польза немалая. Денег у верхушки много. Да и делятся неплохо, если делом поможешь.
Короче, не жизнь, а малина. (Кстати, малинами прежде воровские притоны назывались!)
Это, конечно, схема. А я о конкретном человеке. Придётся поподробней, хотя больно противно. Но придётся.

***
Чиновник серенький корпит... Не постучавшись, вдруг, клиент пришёл к нему - бандит! На самом деле - друг. Проблема у него была, труднее прочих всех. Чиновник взялся за дела, надеясь на успех.

***
Какие рычаги у чиновника - читай, "органиста"?
Ну, первый - отобрать собственность. И не беда, что выкуплена. И "закон что дышло", и в оформлении документов найти массу всего можно. Но сначала надо штрафами задавить.
Перво-наперво за дело, и всерьёз, принялась Санэпидстанция в лице своей главы. Назовем ее Циля Ивановна...
Не верите, что такое имя-отчество бывает? И правильно делаете! Хотя в Одессе все нации, не спрашивая у властей, так перемешались, что я и Ахмета Израилевича встречал. А фамилии… Каких только нет... Мы как-то устроили конкурс на лучшую фамилию телефонного справочника. Так абсолютную "победу" одержал некий гражданин Накойхер.
Вернемся к Циле Ивановне. Она была потрясающей чистёхой, что не мешало её не менее потрясающей продажности. А уж указания начальства выполняла истово и добросовестно, даже привнося в это некую инициативу. За что неоднократно поощрялась рублем-долларом в достойных количествах.
На что тратила деньги? Вовек не догадаетесь! Но не буду томить.
Большую часть своих не очень праведных заработков Циля Ивановна тратила на средства от тараканов!
Тараканов она ненавидела люто, несмотря на то, что именно они и приносили ей посильный доход. Горе и ещё раз горе тому предприятию, где обнаруживались тараканы! Штрафы сразу шли немыслимые, это, если предприятие не было пищевым. А столовки, кафешки там разные новоиспеченные, так прямо ложились под грузом этих штрафов. Правда, стоило хозяевам малость подсуетиться, заплатить, сколько просили, как неистовая ловля тараканов на их территории прекращалась практически навсегда.
Подобная "охота" не касалась крупных ресторанов, так как с санитарией там было действительно почти всё в порядке, да и платили их владельцы давно и исправно как вышестоящим деятелям, так и самой Циле Ивановне.
И опять все деньги она тратила на средства от тараканов. Дело в том, что жила она в старом-престаром доме, памятнике архитектуры. Там жили её родители, должны бы жить и её дети, но таковыми, за делами своими государственными, не обзавелась, да и страшна была, как Германская война. Так вот, сколько помнила себя, в доме велась борьба с тараканами. В ход шло всё - от патентованных импортных средств до порошка, украденного с кабельного завода. И ничего не помогало! И это-то при её должности! Иногда казалось: вот-вот победа, и последний усатый враг повержен. Но не тут-то было. Появлялись новые, и не было им числа... Видать, от соседей переходили. Так шли годы постоянной борьбы, со своими радостями и неудачами. Наконец, Циля Ивановна, злоупотребив служебным положением, вписала собственный дом в список предприятий и объектов, подлежащих всеобщей фумигации.
- Ну, теперь-то вам, изверги, несдобровать! - торжествовала она. - Всю жизнь мою сгубили, ни близких, ни родных из-за вас нет, - переносила она на насекомых свои жизненные неудачи, - состарюсь, кружку воды подать некому будет!
И фумигация состоялась! В один прекрасный день явились люди в противогазах и с баллонами, выставили жильцов из квартир, причём принудительно, и оторвались от души.
Когда жильцы спустя время вернулись в свои жилища, чтоб открыть окна, они увидели на полу несметные полчища дохлых насекомых, что несколько примирило с резким и неприятным запахом, который стоял в их жилищах ещё довольно долго.
Циля Ивановна торжествовала!
Победа, долгожданная победа, явилась к ней в лице - вернее, усатой морде - дохлого таракана. Такая вот Ника-многоножка в дохлом виде.
Вот в момент наибольшего торжества и застало Цилю Ивановну задание Органиста. На обувную фабрику снарядили комиссию, которую возглавила сама Циля Ивановна. Комиссия приступила к работе и... ничего! Ни! одного! таракана! Противник, противостоящий ей, был грозен и опасен, более того, она сразу его зауважала. Но делать нечего - и, содрогаясь от омерзения, отловила собственноручно несколько наиболее наглых экземпляров на другом объекте. А когда - при повторной проверке обувной фабрики - собралась выпустить насекомых, доставленных в надёжных коробочках, то из коробочек этих выпорхнули бабочки и стали кружить над головой обалдевшей Цили Ивановны.
Задание было провалено!
И это ещё не всё. Вернувшись домой, Циля Ивановна обнаружила проклятых оборотней-тараканов на своей кухне. Прилипнув к столу и угрожающе шевеля усами, они вещали:
- Что, грымза, доигралась? Теперь мы тут жить будем, а ты нам прислуживать! Поняла?
И тут в мозгу Цили Ивановны что-то щёлкнуло. Схватив топор и соорудив из газеты факел, она кинулась на врага.
Пожарные и санитары, вызванные жильцами, приехали почти одновременно. Пожалуй, пожарные даже раньше, ибо пожара не случилось. А Циля Ивановна всё ловит и ловит тараканов в не очень уютном помещении на Слободке.

***
Стоит нам своё дело завести да нечаянно срубить копейку-другую, как начинаем мнить себя акулами бизнеса. И невдомёк, что мы не более, чем плотва, карасики или бычки, экологией недоуничтоженные, а акулы в кабинетиках сидят, в каждом вашем рубле долю имеют и гроссбухи ведут:
+ - общий доход,
вв - то, что наверх пойдёт,
о - а это - самое родное, то, что после трудов ему самому остаётся.
Вёл такой гроссбух и помощник Органиста. Тайно вёл. Так что никто об этом и не ведал. Дурак, конечно, но больно охота лишний раз на цифирь глянуть, порадоваться.
Я о гроссбухе прознал случайно и стал за ним охоту вести.
Исхитрился, добыл всё-таки. А потом стал думать о том, что же с этими бумагами делать. Уж больно интересное чтение! Конечно, кое-что в записях зашифровано, но так примитивно, что даже я разобрался. Вот и решил, что раз мне интересно, то и согражданам тоже интересно будет. Выходит, надо делиться информацией, да так, чтоб была она доступна всем. Как это сделать? Ясно как - через прессу. Вот и отправил в адрес редакторов всех газет ксерокопии гроссбуха.
Отправил - и стал ждать появления материала. И... не дождался.
Что-то под ковром, конечно, происходило. Чиновник, так любивший бухгалтерию, куда-то пропал, причём с концами. Одного редактора сняли (видимо, почестней других был), а наверху, - там, куда основные деньги шли, - всё тихо, все на месте. И паучок- органист как сидел в кабинетике, так и восседает, в ус не дует.
Но я человек упрямый, более того, азартный. Вот захотелось эти ксерокопии опубликовать - значит, быть по сему. Как? А невидимость на что? Причём, чтоб не одного редактора "порадовать", а нескольких. Главное - исхитриться и сделать так, чтоб к выпускающим один вариант газеты пошёл, а в тираж - другой. Не скажу, что это было просто, но справился.
Вышли газеты.
И... опять тишина.
Ну, взгрели, конечно, корректоров выпускающих, редакторам досталось, даже одного зампреда сняли. Я у него в кабинете, который был пуст по уважительной причине, - хозяин поехал в Испанию домик себе прикупить - на его же компьютере весь этот материал набирал. Кстати, такого количества игр никогда не видел! Справедливости ради нужно сказать, что более ничем компьютер загружен не был. Хозяин кабинета, оправдываясь неизвестно в чём, пытался свалить вину на секретаршу, да вот незадача - она-то вместе с ним в Испанию ездила. Ничегошеньки он не добился, кроме семейного скандала. Ну и шут с ним.
Один-единственный из всех власти лишился. Стоит ли об этом?
Впрочем, стоит. Остальные-то на местах остались.

***
Власть! Как сладко это звучит, как ярко!
Ты - власть, и ты уже не такой, как прочие. Уже просишь не ты, а у тебя. Уже добиваются твоего внимания, говорят тебе только приятное, твоё мнение уже определяет и, шутка ли, основополагает. И ты думаешь:
- А всё так просто! И люди вокруг милые...
Бывает что-то сильней власти?
Бывает!
Что?
Неужели не ясно? Деньги!
Само хождение во власть, даже попытка к ней прикоснуться, требуют - нет, вымогают - денег. Без денег никто не узнает, что ты хороший, даже если ты сам знаешь, что ты - дрянь. Как без денег найти помощников, сподвижников - в общем, тех, кто будет служить твоей цели, как без денег удержать их около себя?
Да, власть приносит деньги.
Но и без денег добыть её невозможно.
И деньги появляются. Немалые!
- Давай, дерзай, добивайся!
- Добился? А теперь плати!
И приходится платить. Должностями, законами, приказами, указами, льготами...
Деньги, прошу заметить, вечны. А власть - нет!
Так что нужно много подсобрать для того, чтоб, отдав власть, жить так, как привык. Чтоб любили, слушались и слушали, чтоб откупиться от тех, кто придет тебе на смену.
Мало кто идет во власть, чтоб творить зло. Наоборот, самые радужные планы, самые смелые идеи несёт тот, кто стремится к власти, надеясь осчастливить человечество.
Но делать он может только то, что велит хозяин. А его хозяин - деньги.
И вместо мира - война, вместо сытости - голод, вместо обеспеченности - нищета.
Перикл платил свободным гражданам Афин - читай: тамошним депутатам - один-два обола за то, что они приходили голосовать.
Нынешние депутаты получают неизмеримо больше. И тоже голосуют - причём так, как требуется. Потому что возвращаться обратно, из генералов в рядовые, не хотят. Посему в подавляющем большинстве своём готовы на всё.
Не люблю я их. Всех! Правых и левых, и центристов тоже.