Виктория Андреева - Стихи.

  Однажды сотканное чудо
В раскрытодворье ниоткуда
Возникло бережно дыша

О ветра властное поверье
В поднебесьях сожаленья
Листай сожженные листы

Там раскрывается окно
***
ты, Муза, оглянувшись,
светлый взгляд мне бросила
округло-робким эхом
вернулось мне
ритмично-грустным смехом
трех дряхлых парок
угорелый раж
зловещие постукивают спицы
неутомимые
плетут канву морщин
в молчанье дня
их колесо кружится
вздыхают птицы
и взмахи облаков
взмывают долу
равняя складки неба
возле синего престола
***
за передышку данную в отчаяньи
благодарю как за явленье тайны
в поклонах низких лику твоему
что так высоко светится
***
(1998)
Давно забытые порывы
Необретенные слова
Мелькают над крутым обрывом
И нежное свеченье лета
В окне затеплилось с утра
И рифма прошлого раздета
В слепом сосредоточье дня

Давно забытые надежды
Не оставляют на пути
Скольжения к незримой бездне
Проложенные колеи
Незримо явленную нить

Упругое веселье почки
Покорность времени цветка
Округло плавные периоды
Задумчивая амплитуда
И затуханья
В п
реодолении
***
Польский пробег

поля полян без берегов и стран
в лесах древлян
желтеющая россыпь
и в крепостях домов
отмеренность пространств
и речь изломана
трагическим наклоном
единого в безмолвии пространств
и посвисты машин
как посвисты дроздов
железны

трагичностью безмолвья
поляны с деревом мечтательный союз
округлая, она стремится долу
и ластится вся в рыжих пятнах солнца
и разнотравий бесконечный луг
под порыжевшей бахромою сосен
и волны плавные предхолмий и дорог

и солнечные улья из снопов
и солнечные домики снопов
и кладки солнечных снопов

и шлемами снопов вся всхолмилась земля
и шлемами снопов покрылись все поля...
поля полянам а там леса древлянам
белоголовых русичей
***
(по мотивам А. Введенского)

Я бегаю в тоске по зверю
сомнамбулическою дверью
ищу утраченные тени
ищу без сновидений
забытый Богом песнопений
я культивирую потери
служа собаке без зазренья
и кошке без пощады
где вы служители былого
где меценаты поэтического слова
где ветераны золотого
века, вы меценаты лени
жрецы высоких сновидений
Весь город попружинив руки
безобрази дань платить
дробя без жалости и звука
все хрупкие порывы
Ты вепрь разъяренный скукожий
лоснящейся покрытой кожей
Ты барабанщик краснорожий
над безднами средь пропастей Нью-Йорка
Провалы в памяти
***
И вещь тянулась к отраженью
Вещь становилась продолженьем
Цвето-эхом-цветоформой
В узком зазеркальном воздохе
***
В день поездки на Афон (2000)

I

Классический пейзаж
С оливковою рощей
Во впадине холма
Волны морской изгиб
И зелень дерева повторена прибоем
И в ласке волн
Дыхание вершин.
И солнечная сеть заброшенная долу,
Влечет по дну морскому
Улов из бликов огненных
Мерцающий мираж
Прибрежного покоя.

II

Скалистый панцирь
Земноводной суши
Щетинка леса
Над водой парит
И голубеющая нега суши
Мечтательно плывет вдали
Наш Арго белый призрак
Посредине моря
Уходит в белое сияние прибоя
Переступив черту
Плывет по небу
Чтобы крылом горы
Коснуться гулких недр.

III

Пространство с временем
Таинственный обман
Безвременья волны
Хребтом горы коснулось
И в зеркале морском
И море в небе потонуло
И небо в море
Стихия воздуха с водой
Русалочьим покоем ловит душу
Лишая взгляд опоры суши
Входя в пространство зеркал
Серо-голубое.

IV

Туману утра предпочтя
Дня ясность
Вернувшись с неба вновь на землю
Я слышу гул ступеней неба
И зелень трав морского дна.

V

Рельефы гор на дымку сна сменив
И обнажив каркас железный моря
Туманный остров – эхо Альбиона
Насвистывает солнечный мотив.
И островов зеленые шатры –
Кочевники на голубом просторе
Превоплощают в землю дымку моря
Далекого небесного простора
Дорожка золотая на воде
Дрожит и мечет солнечные стрелы
Остатки сна в зеркальность дня вместив.
***
нити из света парки зловеще плетут
нити из света – светлый испуг
выдохи света – светлая арка
радуги светлая боль
облако света – лета
светлый огонь
мечутся тени
ступени на небо
синего ветра круг
светостепенное светопаденье
вдруг
павшего неба движутся тени
светостепенный хор
светорассеянье
оцепененье
павшего неба укор
пятна и тени
слезы и пени
вены земли
облако света
радуга лета
вдали
***
(1998 Польша)
I
солнечные остроги
невоплотившихся гор
солнечные ожоги
каменный летний звон
солнечный стог сена
щедрый зеленый пробор
вспышки небесного света
чересполосицы хор
света и тени ступени
лесенка к призраку гор
листьев сверкающий лепет
рощицы слаженный хор
солнечным ветром развеян
солнечнокрылый лист
солнечноликий ветер
во взмахе небесном сплелись
в чересполосице света
с влажными вздохами тьмы
в синих качелях ночи
прячутся аиста сны
ветлы склоненные долу
оплакивают день
и ночи черный камень
канет на самое дно
II
ветра холмистые дюны
черные солнца холмы
солнце презрением юным
необретенной души
солнца снующие нити
в гаснущем мареве дня
солнечной сетью покрыты
округлые склоны холма
солнца водные лики
солнечный летний простор
в солнцем расцвеченных бликах
качели меж ночью и днем
III
неба лагуны и рощи
и светоносные нивы
ветер Полонии хлещет
толчками в лицо и спину
небо до горизонта
золото нив до неба
здравствуй родная родина
моего погибшего деда
здравствуй родная мать-мачеха
деда погнавшая к ведам
Матери Боски Ченстохова
скорбны суровые вежды
узким серпом полумесяца
застыл почерневший лик
вместо Христа деда
протягивает людям
сидит младенцем задумчивым
дед мой золотоволосый
вокруг головы нимбом
лепестки ромашки разбросаны
и вместо нимба ромашки
лепестки как лопасти света
собраны пучком
и вместо нимба ромашки
лепестки белоснежные собраны
и напряжен от боли
ее неотступный взгляд-крик
в цепях из снопов Полонии
темнеет траурный лик
***
1993-94

закрытое забвение печали
окамененье шепчущей души
приходят и уходят изначально
забытые следы
утрачена отзывчивая форма
пергамент осени
опустошенно чист
с овчинку небо
только беспредельно
давленье механическое лжи
***
и ток реки,
влекущей образ неба,
и небо запрокинуто в реке,
и плавные пространства ветра
над вздыбленной над городом скале
упрямое спокойствие деревьев
их неуклонное движенье вверх
очерчен круг
размерен мир стремленья
***
1.
дня светлый взгляд
улыбчиво-застенчивое утро
вперед-назад
луной маячить круглой
льнут, лить так щедро
звездный блеск столь щедро
и нежит шелковистый холодок
неловко связанных пеленок
дня
пушистый серый кукушонок
скользнувший из пустых горстей
льнет-льет, одаривает свет
2.
аукайся
в пятнашки с эхом
кайся
крылатость плеч
сутулостью прикрыв
иди вперед
не оступайся
и не теряй мотив
***
эхо леса
вместо детства
эхо памяти больной
заблудилось в перелесье
заслонилось поднебесьем
притворилось снова мной
шелковистое движенье
ветер легкий шопоток
и зеленое смятенье
и поток
листьев
и раздумие стволов
и болезненно приятно в чьем-то сне
смутной тенью появляться исчезать и повторяться
как в окне
***
и прочерки стволов
и солнечные пятна
и слабый контур
спящего лица
и сонная рука
уж держит за запястье
и сон щекочет
память у виска
наплывы тяжести
смывают четкость линий
настойчивость предметов и цветов
и волны властного знакомого бессилья
уже влекут вдоль гулких берегов

застывши в речке неба с удивленьем
высоким междометьем
***
больные переливы чуда
все к центру
где крепится ось
явившегося ниоткуда
и исчезает на потом
***
и мне за светом в темный лабиринт
в тот омут памяти где смутно и несмутно
и мне туда спускаться поминутно
распутывать блуждающий мотив
и мне искать неверный поворот
мигающие звездопястья
и звездопамяти больной полет
над темными провалами в несчастье
и властные холодные пути
и неприступность строгого участья
и мне невпущенной блуждать среди высот
холодного и дымного отчаянья
взывая к вечности…