Михаил Блехман "Моцарт и Сальери"

Программное отключение и удаление егр.

Рассказ

 


Вольфганг Амадей Моцарт - композитор
Лаура - его жена
Антонио Сальери - композитор
Грубер - детектив

Действие происходит в доме Моцартов.

Моцарт играет на венском фортепиано. Лаура стоит перед столом, накрытым на пятерых. Критически осматривает стол. Звенит дверной колокольчик. Лаура идёт к входной двери, открывает, впускает Сальери.


Лаура. Рада видеть вас, Антонио! (Понизив голос). Почему же так долго? Ты забыл обо мне?
Сальери (учтиво). Добрый вечер, Лаура. (Страстно пожимает ей руку, тихо). Не сердись, любимая! Луиза чуть было не увязалась следом. (Моцарту). Здравствуй, Вольфганг! Как поживаешь?
Моцарт. Добрый вечер, Антонио! (Не прекращая играть). Присаживайся.

Лаура и Сальери садятся в кресла.

Сальери. А кто ещё должен быть?
Лаура. Инспектор Грубер, детектив. Очень интересный собеседник. Он вам понравится, Антонио.
Моцарт (продолжая играть). Забавный человечек. Немного солдафон, немного хитрый дьявол. (Небрежно). А где же Луиза? Она, помнится, хотела послушать мою новую безделицу.
Лаура. В самом деле, Антонио, где ваша очаровательная супруга?
Сальери (с улыбкой). У моей Луизы очередной всплеск вдохновения: она пишет новый натюрморт. В такие минуты ничто не должно отвлекать её от творчества, даже твоя божественная музыка, дружище!

Сальери смеётся. Достаёт из кармана письмо.

Лаура (участливо). А как её мигрень?
Сальери. Сегодня вроде бы не беспокоит. Вот, просила передать записку с извинениями.

Сальери передаёт письмо Лауре. Лаура держит письмо, не читая.

Моцарт (играет на фортепиано). Жаль, что Луиза не услышит мой "Реквием". (Небрежно). Впрочем, я завтра буду в ваших краях, Антонио, могу заглянуть на часок-другой. Хотелось бы услышать мнение твоей супруги о моём шедевре. (Смеётся).
Лаура. Заодно посмотришь её новый натюрморт.

(Незаметно для Моцарта бросает письмо в мусорную корзину. Сальери улыбается).

Лаура. В последнее время Луиза делает большие успехи, не правда ли?

Лаура и Сальери обмениваются едва заметными улыбками.

Моцарт перестаёт играть, наливает вина себе, Лауре и Сальери, садится в кресло.

Моцарт. Рад, что ты нашёл время выбраться к нам, дружище. Нельзя целыми днями просиживать дома.
Лаура (с шутливой укоризной). Да, Антонио, вы стали затворником. Мы видим вас не чаще, чем раз в месяц.
Сальери. Я как раз сейчас заканчиваю концерт для флейты и гобоя. По-моему, получается неплохо. Разумеется, не Моцарт, но тоже ничего.

Сальери смеётся. Лаура натянуто улыбается.

Моцарт (стараясь казаться равнодушным). Дружище, я рекомендую тебе не сидеть с утра до ночи в четырёх стенах. (Отпивает вина). Вдохновение посещает музыканта, когда тот остаётся наедине с собой и природой.
Лаура (отпивает вина). Вольфганг сочинил свои лучшие симфонии вне дома. Бывало, уедет на рассвете, вернётся вечером, просидит за фортепиано всю ночь, а на следующее утро готов очередной шедевр. (Смеётся). Я горжусь тем, что посвятила свою жизнь гению.

Лаура и Сальери обмениваются быстрыми нежными взглядами. Моцарт замечает это, но не подаёт виду.

Моцарт (Лауре, весело). Надеюсь, любимая, слова "шедевр" и "гений" ты употребляешь в их прямом смысле?

Ставит бокал на столик, подходит к Лауре, целует ей руку.

Лаура (мило улыбаясь). Прямее не бывает, любимый. Ты ведь у меня гений, кто посмеет не согласиться с этим?..
Сальери (улыбаясь). Не присваивайте себе гения, Лаура. Моцарт принадлежит не нам с вами, а человечеству.

Сальери и Лаура мило смеются, глядя друг на друга. Моцарт хочет что-то сказать, но звенит дверной звонок.

Моцарт. Я открою. (Идёт открывать).

Сальери ставит бокал на столик, вскакивает, подбегает к Лауре. Продолжительный поцелуй. Лаура освобождается, поправляет волосы и идёт к двери. Моцарт пропускает вперёд нового гостя.

Лаура (приветливо). Инспектор Грубер! Очень приятно! А мы уже заждались. Антонио, познакомьтесь: это инспектор Грубер.
Грубер. С одним великим композитором я уже знаком. Теперь познакомлюсь с другим.

Пожимает руку Сальери.

Сальери. Точнее было бы сказать - со вторым.

Смеются.

Лаура. Ну, поскольку все в сборе, прошу к столу, господа.

Садятся за стол.

Грубер. А ваша супруга, господин Сальери? Неужели её не будет? Я слышал, что госпожа Сальери прекрасно рисует, сочиняет стихи и великолепно поёт.
Лаура (накладывая себе разных блюд). К тому же Луиза - первая здешняя красавица. Вольфганг посвятил ей, точнее сказать, её красоте, очень изящный романс.
Сальери (закусывая, весело). Я простил великого маэстро, ведь это было сделано ради вечного искусства.

Подмигивает Моцарту, беззлобно смеётся. Моцарт не улыбается, ест.

Грубер (закусывает). А вы, господин Сальери? Какой шедевр посвятили госпоже Сальери вы?
Сальери (хохочет). Увы, инспектор, сапожник, как водится, без сапог.
Моцарт (улыбаясь). Зато он посвятил премиленький романс Лауре. Так что мы квиты.

Смеются.

Лаура. Расскажите нам о своей работе, инспектор. Думаю, распутывать клубки страшных тайн интереснее, чем сочинять музыку, даже классическую?

Смеются.

Грубер. Может быть не интереснее, но всё же весьма интересно. Чувствовать себя умнее, хитрее, предприимчивее самого опытного преступника - это ли не занятие, достойное настоящего мужчины? (Улыбается). Впрочем, сочинять музыку - занятие ещё более достойное. Во всяком случае, более творческое.
Сальери. Вы хотите сказать, что детектив - это скорее не композитор, а критик?
Грубер. Вот именно. Преступник - вот кто истинный творец.
Лаура. Думаю, быть детективом означает быть ещё большим творцом, не так ли? Ведь только творцу под силу победить творца.
Грубер (улыбаясь). Спасибо за комплимент. Я подумаю на досуге. Однако не раньше, чем превзойду очередного творца.

Смеются.

Сальери (Моцарту). Вольфганг, дружище, сыграй нам, пожалуйста, свою новую вещицу. Как ты её назвал? Кажется, "Реквием"? Жаль, название немного грустное. У такого жизнелюба, как ты, названия произведений должны быть жизнеутверждающими.

Достаёт платок, прикасается к уголку глаза.

Моцарт. Ты прав, Антонио. Я стараюсь быть весёлым. Но, увы, это не всегда удаётся. (Встаёт из-за стола, идёт к фортепиано). Итак, слушайте. Кстати, в креслах вам было бы удобнее.

Подходит к столику, наклоняется, берёт свой бокал, отпивает, ставит на место. Что-то украдкой подливает из зелёного флакончика в бокал Сальери. Луиза делает вид, что не обращает внимания, но внимательно следит за Моцартом. Моцарт садится за фортепиано, готовится играть.

Лаура (беззаботно). Да-да, друзья, прошу сюда, в кресла. Вольфганг, ты забыл предложить вина господину Груберу.

Наклоняется над столиком, спиной ко всем. Берёт бокал Моцарта, подаёт его Сальери. Сальери с благодарностью берёт бокал.

Моцарт. Виноват, забыл о правилах гостеприимства. (Встаёт, наливает Груберу). За дружбу и искусство, господа!

Все выпивают: Лаура и Грубер из своих бокалов, Сальери из бокала Моцарта, Моцарт из бокала Сальери.

Моцарт (садится за фортепиано). Слушаёте же, господа, мой "Реквием".

Играет "Реквием".

Лаура (негромко). Как жаль, что с нами нет сейчас Луизы. Она бы насладилась прелестными звуками. (Прикасается платочком к уголку глаза).
Сальери (негромко). Завтра Моцарт сыграет лично для неё. (Прикасается платком к углу глаза. Тихо Лауре). То есть часа три его здесь не будет.
Грубер (негромко). Мешаете слушать, господа. Моцарт играет свой реквием.

Тишина. Моцарт играет.

Моцарт (внезапно прекращая играть). Что-то я устал сегодня...
Лаура (участливо). Ты переутомился, милый. Не беспокойся, мы всё понимаем. Иди в свою спальню, приляг.
Моцарт (потягиваясь). Пойду. Буквально на полчасика... Не прощаюсь. (Идёт в спальню). Надеюсь, в моё отсутствие вы скучать не будете.

Подмигивает Сальери, выходит.

Сальери (улыбается). В самом деле, пусть поспит.
Лаура (Сальери). Он уснёт надолго.

Сальери перестаёт улыбаться. С нарастающим ужасом смотрит на Лауру. Грубер наливает себе вина и с интересом смотрит на них.

Сальери. Что вы имеете в виду?

Лаура молчит, улыбается, пристально смотрит в глаза Сальери.

Сальери (в ужасе). Лаура, ради всего святого, что вы имеете в виду?
Лаура (с улыбкой). Тебе ли говорить о святости, дорогой?

Вынимает из-за корсажа красный флакончик, передаёт его Груберу.

Лаура. Инспектор, это по вашей части.
Сальери (в ещё большем ужасе). Лаура, откуда он у тебя?! Я был уверен, что потерял его...
Лаура. Во-первых, теперь уже не у меня, а у инспектора. А во-вторых, скажи мне спасибо, дурачок: сегодня я спасла тебе жизнь. Твой гениальный приятель собирался отравить тебя твоим собственным ядом - правда, из другого пузырька. (Улыбается).
Сальери (отшатываясь). У Моцарта был пузырёк с ядом? (Лаура улыбается, кивает). И ты заменила яд... моим? (Лаура улыбается, кивает). Лаура... но зачем?!
Лаура (с готовностью объясняя). Чтобы, когда он умрёт (улыбается, после короткой паузы), подозрение пало на тебя, любимый. (Ласково). Понимаешь, химический состав яда, который медики обнаружат в организме Моцарта, совпадёт с химическим составом яда, который полицейские обнаружат в твоём флаконе. А на нём (кивает в сторону флакончика в руках Грубера), видна изящная гравировка: "Моему любимому Антонио Сальери от Луизы". Ну, а флакончик Моцарта (думаю, он уже умер) я сейчас выброшу. Теперь тебе ясно?
Грубер. Вы, оказывается, на "ты", господа?

Делает шаг к Сальери. Сальери резко поворачивается и бросается к входной двери.

Лаура (озабоченно). Он убежит.
Грубер. Исключено - там мои люди.

Подходит к Лауре, обнимает её ниже талии.

Грубер. Мы с тобой молодцы. (Продолжительный поцелуй). Ты - богиня!
Лаура. Согласна. Но божество моё проголодалось.

Идут к столу.

Грубер. Как приятно чувствовать себя творцом!

Смеются.

Звучит выстрел. Лаура вздрагивает, потом улыбается.

Грубер. Преступник оказал сопротивление при попытке к бегству.

Продолжительный поцелуй.

Отложил рукопись в сторону, потёр глаза. Свеча трещала, как дерево на морозе.
Снова взял листки, пробежал по ним взглядом. Смял и бросил в мусорную корзину.
- Нет, это не трагедия, а скорее какой-то водевиль.
Откупорил бутылку шампанского, сел в кресло, выпил.
- Будет забавно, если талант меня покинет.
Невесело улыбнулся.
Выпил ещё шаманского, взял в руки книгу. На красном переплёте золотистыми буквами было вытиснено: "Пьер Огюстен Бомарше. Женитьба Фигаро". Улыбнулся, пробежал глазами несколько первых страниц.
Встал, потянулся, снова сел за письменный стол.
- Напишу это стихами. Лучше белыми.
Взял новое перо, макнул его в чернила.
- Нужно будет убрать лишних персонажей.
Подумал, принимая окончательное решение.
- И добавить немного мистики.
Снова макнул перо в чернильницу - теперь решительно.
- Значит, это будет так...

 

М.С.Блехман
blekhman@hotmail.com

Монреаль, 2005 г.