Игорь Иванченко. Стихи

Первый снег – экспромт зимы.

Наши детские фигурки.

Мы бечёвками «снегурки»

Привязали на пимы.

 

Яхта церкви на холме.

Бой за «крепость» со слезами.

Это детство в душу мне

Смотрит чистыми глазами.

 

Друга верного рука.

Клятва, данная навечно…

Жизнь, как спичка, коротка.

Только детство бесконечно.

 

Плот из брёвен и досок.

Рыба, что с крючка сорвалась…

Всё водой ушло в песок.

В памяти навек осталось.

 

Молодой пришкольный сад.

Мама, лучшая на свете…

А оглянешься назад –

Ничего.

Лишь звёзды светят…

 

* * *   

 

Ум – за разум,

Когда,

Не смыкаясь, расходятся

Миф с реальностью…

Чем же теперь дорожить?

Если в омуте тихом

Вдруг черти заводятся,

Где же ангелам бедным

Приходится жить?..

 

Зазмеилась предательски

Первая трещина

По поверхности амфоры…

Гаснет звезда…

Если – вдруг –

Изменила тебе ЭТА женщина,

Где же ТА,

Что тебя не предаст никогда?..

 

* * *

 

Свет и тень на полосы рама

Делит.

Ночь.

И – звезда Денеб.

Знаю, надо сказать вам прямо:

– Чёрств и горек поэта хлеб…

 

Его сделать свежей и слаще

Может музыка, в том числе,

Если носит поэт пропащий

Тень гармонии на челе…

 

* * *

 

Метеором чиркнет молодость.

Тёмен, тёмен небосклон…

Изгоняя жизни холодность,

Музыка берёт в полон.

 

Времени стихает тиканье.

Зала умолкает плёс.

Это странное пиликанье

СтОит радости и слёз;

 

Это – таинство великое, –

Как зачатие Христа;

Это чудное пиликанье

Душу может снять с креста…

 

* * *

 

Мир – без конца… без начала…

Жизни – начало… конец…

Скрипка, ты что замолчала?

 

Скоро и мне под венец

С девушкой в белых одеждах…

Возраст в дугу меня гнёт.

Я захлебнулся в надеждах.

Девушка мне подмигнёт.

 

Скрипочка, губы опухли

От поцелуев смычка?..

Листья от стужи пожухли.

Жизнь – сказочка про бычка

Белого…

 

Горечь утраты.

Книги дешевле продам.

И подлецам, что не рады

Лермонтову, –

Азъ воздам…

 

Я – как верблюжья колючка…

Жизни пустыня…

Игра…

Чем тебе, девушка-злючка,

Я не потрафил вчера?

 

Монти шпиляет на скрипке

Грустный маэстро.

Как вор –

Век: он меня по ошибке

В смертный вписал договор…

 

Что-то ошибка да значит.

Вижу:

Смешно семеня

Девушка в белом маячит,

Ждёт не дождётся меня…

 

НА МОГИЛЕ

ШОПЕНА

 

Заснежена Сибирь.

Я к прочим звукам глух.

Мне пряный, как имбирь,

Ноктюрн ласкает слух…

 

Не меньше и не больше,

Чем прошлым заслужил, –

Тоска моя по Польше,

Где я когда-то был…

 

…Окраина Варшавы.

Парк. Вечер. Озерцо.

Ветров язык шершавый

Облизывал лицо.

 

Там бронзовый маэстро

Без посторонних глаз

Наигрывает престо

Прелюдию для нас…

 

Доносится оттуда,

Из прошлых тех веков,

Мелодия этюда…

И – сладок плен оков.

 

Рояля и Шопена

Звучащая душа

Игрива и степенна,

И дивно хороша…

 

Не прихоти же ради,

Печальны и тонки,

Плывут по сонной глади

И розы лепестки,

 

И тех этюдов звуки,

Что нам играл Шопен, –

Былой любви и муки

Нерасторжимый плен…

 

…Ночь. Я. Шопен. Подруга.

Окно в холодный двор.

Ноктюрн играет вьюга,

Тональность – до-минор.

 

Удача постепенна.

Стремительна беда.

А музыка Шопена

Звучит через года.

 

Любимую балладу

Я ставлю вновь и вновь.

И – с памятью нет сладу…

И – всё жива любовь…

 

* * *

 

Вновь – кадры памяти,

резкие, как фотовспышка...

Дом на окраине.

Утренней зелени дрожь.

На тротуаре под тополем

замер мальчишка.

(Я на него мимолётно

и странно похож.)

 

Юное лето.

Черемух ажурная пена.

Птиц щебетанье

и замысловатый полет.

В доме напротив

играют этюды Шопена.

В доме играют.

Мальчишка на улице ждет.

 

Тихая музыка

вдруг оборвется, как детство.

Выбежит из дому девочка.

Стук сандалет.

Словно на годы вперед

захотев наглядеться,

Мальчик – с печалью и нежностью –

смотрит ей вслед.

 

Фартучек. Бант. Две косички.

Тиснение “Muzic”

На черной папке.

Быть может, позволит нести?..

Все у них в будущем.

Только окажется узок

Тот тротуар для двоих –

разошлись их пути...

 

Вместе не стали.

Но музыка не виновата.

Будет Шопен –

как прохладные взмахи крыла,

Как за ошибки былые –

            прощенье и плата –

В доме напротив.

Там девочка в детстве жила.

 

Жизнь, словно месяц,

идет на ущерб постепенно,

То счастьем жалуя,

то обжигая бедой.

Тише, пожалуйста!

В доме играет Шопена

Новая девочка.

Слушает мальчик седой...

 

МУЗЫКА

 

Сноси равнодушия дамбы!

Сердца жги напалмом и чресла!

Я дьяволу душу отдал бы,

Чтоб музыка завтра воскресла…

 

Пусть снова доводит до слёз

Меня, непокорного трижды,

Ведя от рассветных берёз

До Богом одобренной тризны,

 

До выбитых через тире

Двух дат…

И пока не вместит

Могила меня на горе, –

Пусть музыка жизнь подсластит…

 

КОГДА…

 

Когда поэты рифмовали

Безжалостное: «кровь» – «любовь»,

Ветра листву ошельмовали

И – на распыл пустили вновь…

 

Когда музЫк звучали ритмы

И шелест поздних птичьих крыл,

Я лезвием острейшим рифмы

Себе повторно вены вскрыл…

 

Когда разлуки эхо смолкло, –

Лишь одинокая заря

Ложилась отсветом на стёкла,

Кровавей грудки снегиря…

 

Когда –

Житейских драм участник –

Я загляну на жизнь вперёд,

Твоих обид чернильный ластик

Из памяти меня сотрёт…

 

Паровозы

 

Когда здесь, в Сибири, вы блистали,

Я любил ночные поезда...

Шлейфы искр и дыма.

Грохот стали.

И – в окне веселая звезда.

 

Пролетают сонные деревни.

Проплывают лунные поля.

Обжигая искрами деревья,

Мчится паровоз.

Гудит земля.

 

Перегоны от Тайги до Томска –

Паровозная ночная быль...

Лишь портфель да тощая котомка –

Весь багаж студента.

Гарь и пыль.

 

Становились черными ладони

И рубашки белой воротник.

Мчались растреноженные кони;

Паровоз – железный коренник.

 

...Ветер вслед за поездом с откосов

Гонит листья.

В скорбной тишине

Кладбище отживших паровозов

Проплывает медленно в окне.

 

Эх, стоп-кран решительно рвануть бы,

Постоять бы здесь хоть полчаса!..

Гордые измученные судьбы.

Отчужденья злая полоса.

 

Эра паровозов миновала.

И уже, как видно, навсегда.

Я –

чтобы

душа

не

тосковала –

Разлюбил

ночные

поезда...