Леонета Рублевская "Счастье в себе самой"

Как вам кажется: человек сам планирует свою жизнь или все-таки жизнь распоряжается человеком по-своему?

Трудно ответить на этот вопрос, правда? С одной стороны, мы действуем чуть ли не по расписанному плану, отмечая «птичками», что сделано и что предстоит… С другой стороны, какие-то события врываются в нашу действительность, и все планы враз рушатся… И мы снова пытаемся планировать… И снова жизнь корректирует…

Светлана Али, моя нынешняя собеседница и приятельница, улыбается мне в ответ. Конечно, ей самой трудно было представить себя, скажем, лет 10 назад, когда решили с семьёй уехать из родного Киева, где прошло, как говорят, беззаботное детство, пролетела в вихре времени юность, где началась зрелая, сознательная жизнь. Уехать в неизвестность – в страну, которая тогда для нее ничего не значила и была лишь заманчивым огромным пространством на географической карте, - АМЕРИКА!

Америка была знакома ей разве что по газетам и фильмам, по рассказам друзей… И вдруг, как говорится, столкнулась лицом к лицу!

Мне было необычайно приятно встретится с бывшей киевлянкой, вспомнить, скажем, родной Киев… И поговорить о многом другом…

Мой первый вопрос Светлане:

- Скучаешь по Киеву?

СВЕТЛАНА: - Да. Вспоминаю Андреевский спуск. …И Владимирскую горку. Я там рядом жила.

- Наверное, тогда ты мечтала о какой-то профессии. Как ты планировала устроить свою жизнь?

СВ: - Собиралась быть биологом, биофизиком. Так как я – еврейка, а евреев в университет с трудом брали, надо было найти путь полегче. Я пошла учиться в медучилище. Решила выучиться на фельдшера, получить диплом с отличием, и тогда вместо 4-х экзаменов в университет нужно было сдавать 2.

Так и вышло. Я получила диплом с отличием и стала поступать в университет, на биологический. Сдала 2 экзамена, поступила… И мы вдруг решили уехать в Америку.

- Ты тогда уже начала работать?

СВ: - Да, я работала медсестрой после окончания училища.

- Ты, как говорится, связала себя с медициной?

СВ: - Да. Но еще во время учёбы я работала на скорой помощи.

- Вот так получилось: планировала быть биологом, а пошла в медицину.

СВ: - Мой папа работал в Институте физиологии. Бабушка была врачом. Я выросла в медицинской среде. И, когда я начала работать, мне нравилось…

- А потом, в Америке, как сложилось? Вы приехали сюда всей семьёй? У вас были тут родные?

СВ: - Никого здесь из родных, близких не было.

- Приехали просто так на новое место. Не было страшно?

СВ: - В 25 лет ничего не страшно.

- А какие мечты, планы ты связывала с Америкой?

СВ: - Чтоб мой сын вырос и пошел в университет.

- Итак, к моменту выезда ты была уже замужем, и ребенку было…

СВ: - 3 года.

- И я так думаю, то, как ты тяжело поступала в университет, тебе запомнилось, и ты хотела, чтоб сыну повезло больше?

СВ: - Да, я поступала 2 года. Помню, на экзамене меня попросили показать паспорт. Я сказала: “Вы хотите знать, еврейка ли я, так я еврейка…” У меня была фамилия Медвинская – нельзя было сразу угадать…Короче, тройки… На этом все и кончилось… Только на второй год поступила.

- А кроме того, чтобы дать сыну хорошее образование, ты думала о том, как найти свое место здесь?

СВ: - Не было никаких планов. Говорила: приедем, там увидим.

- И как сложились первые месяцы, первые годы?

СВ: - Очень тяжело. Действительно, нужно было начинать на пустом месте. Снять квартиру, например. Хорошо, что я заработала денег в Италии, пока мы ждали разрешения на Америку. Я там работала в цирке.

- В цирке? Что ты там делала?

СВ: - За 2 месяца я выучила итальянский язык. И сосед-итальянец помог найти работу. Он сам работал в цирке: заключал контракты с компаниями. А вечером как клоун рекламировал эти компании. Я стала работать с ним, мы начали зарабатывать вдвое больше. Я быстро находила общий язык с людьми, и очень быстро они подписывали контракты. Мы приносили цирку хорошие деньги, получали комиссионные. Так что это был «начальный капитал» нашей семьи в Америке. Мы даже смогли купить машину.

Скоро я устроилась в больницу, а параллельно ходила в школу и учила английский. После 4-х месяцев я уже могла разговаривать, потому попробовала устроиться в известную в Майами больницу «Маунт Синай». Туда по профессии устроиться было практически невозможно. Но я пошла окольным путем: пошла работать в прачечную. Развозила белье по этажам.

- Дома была уже фельдшером, а здесь… развозила белье. Было какое-то внутреннее сопротивление?

СВ: - Плакала по ночам. Потом привыкла. Познакомилась с людьми и увидела, что многие такие, как я: образованные, с дипломами и работают на подобных работах.

Ко мне все относились очень хорошо. А начальник-американец разрешал в перерывах учиться, отпускал пораньше, если была возможность, чтоб успевала в университет. Я взяла курс медицинской помощи – Medical assistant . Как только закончила, смогла перевестись уже на этаж – санитаркой. А позже один врач заметил, что я работаю вполне профессионально, он узнал, что я была медсестрой, пригласил меня в гастроэнторологию. И там постепенно я выросла профессионально и стала, как говорится, правой рукой ведущего врача. А через 6 лет меня пригласили в клинику Baptist Hospital . И тут уже я собрала свои документы, подала на медсестру и сдала экзамены.

- Ты говорила, что скучаешь по Киеву. Значит, любила этот город.

Как теперь с Майами? Уже столько связано с ним. Любишь ли этот город?

СВ: - Конечно, люблю.

- А, скажем - домой бы возвратилась?

СВ: - Да!

- Я просматривала твой альбом с фотографиями, и для меня открылась как бы твоя вторая сущность: зная тебя уже некоторое время, я никогда не представляла, что такая маленькая, хрупкая, очень домашняя женщина, очень семейная… И вдруг я увидела на тебе военную одежду… Ты оказалась в военно-морском флоте Америки. Каким образом все это случилось?

СВ: - Когда случилась трагедия 11 сентября, я долго не думала: нужно помочь, я готова. Раз Америка нас приняла и все дала, надо дать что-то и Америке. И так как я кончила Фельдшерское с военным уклоном и у меня был предмет «Военная подготовка», я решила пойти в армию. Однажды ехала с работы и подумала: дай зайду. В офисе было 2 двери: в армию и в военно-морской флот – N а vy . Я подумала: мой папа был в Nаvy , пойду и я в Nаvy . И униформа красивее…

- Ты, наверное, была в школе заводилой, бойкой девочкой?

СВ: - Да, я была бойкой, но по физкультуре у меня была «тройка» - единственная тройка, которая и вошла в аттестат.

- А как же теперь? Наверное, приходится и бегать, и прыгать, и давать хорошие результаты… Не «тройки»…

СВ: - Я этого, когда поступала, не знала. Тут все мои документы подошли, мне дали сразу звание. Я была очень довольна. Пока они мне не сказали, что надо ехать в boot camp …

- Это что такое?

СВ: - Это подготовительный курс. Как у нас было - “курс молодого бойца”. Надо было ехать на 9 недель, и нужно быть физически подготовленным. Я, конечно, упала в обморок. А потом начала: бегать, делать упражнения… Вначале могла пробежать только один квартал. Каждый день прибавляла по 2 дома. Потом еще 2 дома… Пока я не стала бегать сколько нужно было - полторы мили на время. Дома – отжимания… Я готовила весь комплекс упражнений.

- А как ты себя проявила в лагере?

СВ: - Могу с гордостью сказать, что я там была на высоте. А некоторые – увы, нет… Во-первых, пришлось спать по 60 человек в одной комнате, есть в течение 10 минут, в обед не говорить ни одного слова, маршировать, плавать, с вышки прыгать…

- Вспоминала о своей «тройке» по физкультуре?

СВ: - Подумала, что «тройка» – тоже ничего, оценка всё-таки.

- Я так думаю, когда твой лагерь закончился и ты неплохо там себя зарекомендовала, ты обнаружила, что лично в тебе открылись какие-то новые резервы?

СВ: - Да. Я очень гордилась, что я могла пройти через все это. Когда даже мужчины, парни молодые убегали, плакали…

- Почему?

СВ: - Не могли выдержать таких нагрузок. Они не привыкли, чтоб на них кричали. Боялись. Там было очень тяжело не только физически, но и психологически. Всем было тяжело. Некоторые начинают паниковать. Нагрузка большая. Ведь надо не только бегать, плавать… Много занятий было помимо этого, где нужно было подготовиться и сдать экзамены. Нужно было научиться стрелять, например. Из пистолета и винтовки. Из винтовки мне было очень тяжело, потому что она большая для меня, руки не доставали.

- Ты говоришь, многим было тяжело. А тебе лично?

СВ: - Мы ведь русские. У нас выносливость выше.

- И все же: когда не можешь что-то, значит – не можешь, и всё тут.

СВ: - Такого быть не может. Когда все стоят и смотрят на тебя… Адреналин в крови повышается, силы появляются – делаешь то, чему потом сама удивляешься. Я, например, до сих пор не могу поверить, что прошла через всё это. А в конце очень торжественная церемония посвящения в матросы. Ведь когда туда приходишь, тебе дают одежду и фуражку с надписью “рекрут”. А потом посвящают в матросы. Ведь если ты не выдержишь это – всё, до свидания. А прошёл – тебя посвящают в матросы.

- Какое у тебя было чувство, когда с тебя сняли фуражку “рекрут” и надели матросскую?

СВ: - Гордость за себя.

- В своей жизни ты давала 2 клятвы: Гиппократа и теперь – армейскую. Кто же ты по профессии?

СВ: - Я теперь прапорщик, нахожусь в резерве. Каждый месяц на 2 дня - новая подготовка и работаем как медицинские работники.

- Чтобы быть в форме в любую минуту…

СВ: - Да, все время переподготовка, чтобы идти в ногу со временем. И раз в год на 2 недели едем на службу.

- В чем заключается твоя служба?

СВ: - Когда началась война в Ираке, меня позвали на переподготовку. Допустим, пробоина в корабле, ты должен помогать: неважно, медик ты или кто другой. Должен знать всё и даже как узлы вязать…

- Всё умеешь?

СВ: - Конечно. Потом работала в госпитале для моряков, обслуживали тех, кто возвращался из Ирака. Теперь я уже была инструктором для молодых, которые ещё в фельдшерской школе.

- Занятия, переподготовки… Думала ли ты когда-нибудь: вдруг война, тебя призывают… Не страшно ли тебе?

СВ: - Нет.

- Нет??? Неужели?

СВ: - Я люблю военные действия, армию. У меня папа был военный. Он в 14 лет пошел на войну, закончил школу моряков связистом.

- Как ты думаешь, если б папа был жив и узнал, что ты служишь в Военно-Морском флоте США, что бы он чувствовал?

СВ: - Трудно сказать. Но я думаю, он бы очень мною гордился.

- Задумывалась ли ты над тем… Все-таки мы все приехали из страны… Не из Украины, не из России, как теперь… Тогда был еще Советский Союз, где жили люди разных национальностей. Нас воспитывали всех в школе приблизительно одинаково: русских, украинцев, узбеков, казахов, евреев… И у каждого было чувство патриотизма по отношению к Союзу. Мы любили свою Родину, мы любили Киев. А теперь – Америка. Нет ли у тебя внутреннего конфликта?

СВ: - Я не знаю, что сейчас на Украине. Кто у власти. Какие интересы эта власть защищает. Как людям живется с ней… Я уже далеко оттуда…

- А если сложится ситуация: Америка – против Украины? Или наоборот?

СВ: - Я, хоть и в армии, политикой не интересуюсь. Вот сейчас мы помогаем не политикам, а людям, которые воевали в Ираке, - американским солдатам. Ну, а если кто-то нападет на Америку, мы будем защищать Америку… Теперь это – наш дом.

- Как у тебя здесь сложилась семейная жизнь?

СВ: - Первый брак – студенческая любовь… Мы разошлись. А потом я встретила другого человека – Шираз Али, мусульманин. Вырос в Тринидаде, мама из Англии, папа – из Индии.

- Где же вы встретились?

СВ: - В клинике. Вместе работали.

- Сколько вы живете вместе?

СВ: - 12 лет.

- Никаких национальных проблем нет?

СВ: - Никаких. Он знает волшебные слова: “ Yes , dear ”.

- Если окинуть взглядом прожитые годы, ты довольна тем, как сложилась твоя жизнь?

СВ: - Человек никогда полностью не доволен достигнутым. Да и потом, мне кажется, рано подводить итоги. Может быть, когда мне будет 80 лет, я это сделаю.

- Ну, а пока то, как ты построила свою жизнь, тебя удовлетворяет?

СВ: - Мне кажется, я ничего не планировала… Все получалось само собой.

- Вот ты сейчас работаешь на трех работах. Хватает ли времени на семью? Все-таки большая семья у тебя…

СВ: - Сын, дочка, муж, мама и… собака. На всех хватает.

- Светлана, знаешь ли ты значение своего имени?

СВ.: - Свет…

- Что еще?

СВ: - Не знаю.

- Я как раз перед нашей встречей выяснила, что же означает твое имя. Я только один абзац прочитаю:

“Светлана – светлая. Счастье в Светлане самой. Судьба к ней не последовательна. Обычно вырастает красавицей. Фельдмаршал в юбке. Аккуратистки. Любят старое терпкое вино…” и т.д. Как тебе это?

СВ: - Надо же!

- Да, много сходства. Кто тебе дал имя?

СВ: - Бабушка.

- Ну, что ж, Светлана, спасибо, за откровенность. Я тебе желаю счастья. В первую очередь – мира в семье, и, конечно, мира на земле, чтоб тебе не пришлось воевать и кого-то защищать.

СВ: - Спасибо.

- Ну, и помни: счастье в тебе самой!

СВ.: - Хочется в это верить.

Леонета Рублевская, Майами

www . leo - ru . us

Фото автора