Илья Будницкий "Стихи"

  Есть две поры у листопада:

  Одна - начальная пора,

  Когда лететь - ещё бравада,

  и обязательно - игра.

  И расставанье обратимо

  и пробивается росток,

  и, чьей-то милостью хранимый,

  всё дышит жизнью лепесток...

  Но вот, утратив чувство меры,

  не замечая рубежа,

  забьёмся в лапах у химеры,

  как лист сгорая и дрожа.

  И наблюдая поздний пламень

  и лихорадочный полёт -

  никто не сжалится над нами -

  всё происходит в свой черёд..

 

  Свяжи свой трепет с хлорофиллом,

  отправь за светом в небосвод,

  пока с изнанки дрозофила

  благодаря тебе живёт...

 

 

  ***

 

                                                   Кате Келлер

 

  Ночь. Привыкаешь к свету настольной лампы.

  Ходишь по комнате, смотришь на вещи, книги,

  Кактус на полке, где прежде цвели эстампы,

  Помнишь не Бога - избыточность всех религий.. -

  Что обещали те и покажут эти,

  Поиск души завершится в своей постели,

  Кто-то сказал "мы обычно уходим в свете",

  Ночь на дворе, если мы говорим о цели..

  Что сберегаешь - хотелось отдать, доверить,

  Соприкоснуться и больше не расставаться -

  Впрочем, и так мы вращаемся в той же сфере -

  Кактус зацвёл между сменами декораций.

  Просто не комната ночью нужна, а звёзды,

  Летом на улице пыльно, зимою - снежно,

  Ты ещё рядом, я знаю - ещё не поздно -

  Неповторимо всё, но и не безнадежно...

 

  День не закончился, если мы не уснули,

  Новый начнётся, коли душа захочет...

  Помню цветенье трав у воды в июле,

  Душные дни и короткую радость ночи...

 

 

***

 

Огромный дом. Наверняка

Из жёлтого известняка.

Холодный. Мрачный. Нелюдимый.

Но жили в нём не три сестры -

Орда безродной детворы -

Куст купины неопалимой.

 

Крыло двадцатый век простёр,

А кажется - горит костёр -

Сон разума не вечен,

И те же дети, что творят,

Не ведая, святой обряд

Единства тел - мои предтечи.

 

Мои предшественники! Вы

Во времена великой тьмы

Росли, взрослели и мужали.

За память кровь благодарю -

Храни, подобно янтарю,

Запечатлённые скрижали.

 

А жизнь куда как горяча! -

Горит и тает, что свеча

Бессмертное начало.

Да боль - фантомный шум шагов -

Тревожит сумерки богов.

И в ночь похолодало.

 

И, ясным утренним умом

обозревая окоём,

Вдыхая перспективу,

Преображая мир вовне,

Я понимаю - вы - во мне,

Вернее - все вы живы.

 

Не век сосуд хранит тепло,

Но вечность - так заведено

Не мной - из зева смерти

Я возвращаю всё, что там

Сокрылось - по своим местам.

..А там есть всё, поверьте.

 

Но что бы я ни извлекал -

Я там любовь свою искал,

А находил - забвенье.

То высшей магии клочок,

То ось земную, то волчок,

То ангельское пенье.

 

То ноту давешнего сна,

Когда звенит одна струна

И сердце бьёт тревогу.

А просыпаешься - один.

А мир пугающе един.

И в нём есть место Богу.

 

 

***

 

                                 Александру Шапиро

 

Расти на потребу корням.

И веткам. И кроне. -

Бегущим оленями дням -

Отдайся погоне!

 

Замкни заколдованный круг -

Вернись в перелесок,

Где вырос. Где старился друг.

Обманчиво резок

 

Любой переход из судьбы

К истоку, исходу.

Туда, где ты просто любим,

В Летейскую воду..

 

Подумаешь - в шкуре репей,

Проплешины, глина -

Источник не высох - испей...

 

..Поспела калина..

 

***

                     

                              Артёму Тасалову

 

Вечер качается дымом,

Сумерки лезут в окно.

Воспоминание мнимо -

По ветру прахом зерно.

 

Тёзка? Двойник? Пересмешник?

Нового круга птенец? -

Тот же нечаянный грешник,

Тот же алмазный венец,

 

Не обрываются нити,

Смерть узелковым письмом

Пересечётся в зените

С тем, что случится потом...

 

 

***

 

Читай кохау ронго-ронго,

Живи под каменной пятой,

Покуда ножками шезлонга

Не продырявлен остров твой,

Не опасайся эпидемий,

И длинноухих не щади -

Остановившееся время

Пришлёт по осени дожди.

Не образумится цунами,

Не сядет каменный болван,

Ты на горе - в глубокой яме,

Уже не призван и не зван!

Остались мелкие предметы -

Обломки под ковром травы

На острове, где всюду - лето,

Но лики памяти - мертвы.

 

***

 

 

Душа  моя,  голубка  -

куда  ты  так  спешишь?  -

В  руках  твоих  покупки,

а  за  душою  -  шиш!

Вот  так  вот  всё  потратишь

на  женщин  и  вино,

а  что  собою  платишь  -

не  мной  заведено!

 

Душа  моя, русалка  -

ведь  больно,  -  что  ж  тиха?

Мне  на  тебя  не  жалко

последнего  греха.

Не  будет  сожалений,

не  будет  торжества  -

при  смене  поколений 

мы  палая  листва.

 

Душа  моя,  изнанка  -

как  часто  мне  темно.

Что  ни  окно  -  то  ранка,

что  ни  вода  -  вино.

И  женщина  -  голубка

не  хочет  спать  одна.  -

Грешна  твоя  покупка!  -

..Зато  цена  смешна!

 

Душа  моя, копилка  -

пора  бы  на  покой  -

ты  разбивалась  пылко,

лила  любовь  рекой. -

Торгую  черепками,

жгу  антиквариат!  -

В  том, что  случилось  с  нами  -

никто  не  виноват.

 

Душа  моя,  рассада,

бамбуковый  росток,  -

печалиться  не  надо,

пока  один  листок

не  падает  на  землю,

по  ветру  не  кружит.  -

Я  смерти  не  приемлю,

а  жизнь  бежит, бежит...

 

 

***

 

Не  бездна  времени  прошла,  а  так  -  минута.

Кому  горька,  кому  смешна,  мила  кому - то.

Один  глубокий  длинный  вдох,  короткий  выдох  -

кто  полюбил,  кто  -  видит  бог!  -  Стерпел  обиду.

Не  до  причин  тому,  кто  рад,  не  до  последствий,

что  ж  мир  так  полн,  скажи  мне,  брат -  предчувствий,  бедствий ?

Любовь  слепа  и  коротка  ея  награда,

то -  полноводная  река,  то  -  муки  ада.

Побереги  себя  от  мук,  пока  ты  молод,

схвати  хранительный  недуг,  коль  век  твой  долог,

люби  не  женщину,  но  жизнь,  как  вдох  и  выдох,

так  "  мой  Атлант, -  шепнёт, -   держись", Кариатида.

 

***

                 Пролог

 

Без возраста, без места проживания,

без цели... но тогда откуда мания

смотреть на все, вздыхать, беззвучно плакать?

Смердящей, издыхающей собакой

Предстать перед глазами очевидцев,

ровесников, затем в кошмарах сниться

их детворе, невинной, голубиной...

еще вздохнуть и обернуться глиной.

Таков конец истории. В начале

мы с будущим шутили и играли.

..

Не грех к земле склоняет и не крест,

а только тяга к перемене мест.

Земля и небо - пробные шары

для шулера и мастера игры.

А ты шагаешь белкой в колесе,

разглядывая мир во всей красе,

свидетель, беззаботный вертопрах,

играющий свое во всех мирах.

...

Скажи спасибо, что еще весна

и скоро лето...Как в поток блесна,

заброшена вся жизнь на глубину,

и детские восторги - "не тону!"-

сменяются вопросом "почему?"

Вопросом, разумеется, Ему .

Мне, человеку, нужен диалог,

как реперные точки, как пролог

все объясняющий; метаморфозы форм -

химеры, предвещающие шторм.

..

Незабываемые образы химер -

всего лишь блики на овалах сфер,

блуждающие Эльмовы огни.

От шепота: "спаси и сохрани"

до выкрика в лицо:"иду на вы!"-

сон разума повинной головы.

..

Всегда везде есть кающийся брат,

молитва - это чистый концентрат

обиды на отсутствие чудес,

что, собственно, и двигает прогресс.

Чем, собственно, и движутся умы.

Но к осени, в преддверии зимы -

пора бежать; скитания - удел

бессмертных душ, богов и смертных тел.

..

По Гераклиту время есть поток.

Соломинка, бревно или шесток -

вмерзает в лед любой ориентир.

Скиталец, или проще - дезертир -

срезает угол, потеряв лицо,

а следом формируется кольцо.

..

Поэтому меня страшит овал.

Кто шел за грань - тот многим рисковал,

а кто идет по замкнутой прямой -

рискует и душой и головой.

...

Как правило - сужаются круги.

Мельчают цели, каются враги..

И вечный бой, коль выкипел кураж -

отменно скучен, как любая блажь.

И часом то блаженный, то блажной,

над публикой, почтенной и смешной,

печалуюсь, что малыми детьми,

готовый лечь за благо их костьми.

...

да что я все об этих пустяках!

деяния, что славятся в веках,

свершаются внезапно и легко,

как будто выкипает молоко.

Дела минуют человеков - нас.

единожды услыша божий глас,

растем вовне соломинкой, зерном

испытывая время на излом.

...

Щенку не пережить собачий век.

Стремительный, неудержимый бег

не угадать в одышливой трусце;

мир - скорлупа, и мы сидим в яйце.

Отсюда плавность линий. конденсат

нисходит и возносится назад.

По сути это - тройственный союз,

прообраз всех религиозных уз.

...

Не горизонт, но трещины вокруг.

Атлант, подъявший Север, видит Юг

раздавленным, разбитым на куски.

и тщетны по окружности броски

туда, где тонко, ежели - везде.

Бег времени расчислен по звезде.

...

Не Данте ли сей путь обрисовал

для тех, кто путешествовал в овал?

Но те, кто путешествуют в уют -

иные сферы домом признают!

Как встретятся потоки этих сил? -

Об этом мне никто не говорил,

а я не спрашивал...угадывай, Платон,

и Атлантиду и Армагеддон!

...

Так что же нас удерживает здесь? -

Лукавство, лесть, азарт, обида, спесь?

Невежество? - Я думаю, что страх.

Вот выводы ремаркой на полях

исчерканной тетрадки : " зело зло. "

Стебается святое ремесло.

...

В период равноденствия светил

метилоранж мне голову смутил

делением на щелочь, кислоту.

Я жидкость распознаю на лету;

и ласточкин полет, полет стрижа

отображают лезвие ножа

и яд на кончике, отсроченный удар!

От ангела, вкушавшего нектар,

до спящего в чистилище, аду -

всяк впишется в подобную среду!

...

Мы много раз лечили геморрой

беседами, прогулками..- порой -

весьма удачно, главное - процесс.

И если бы, увы, не лишний вес,

то б принципам - клянусь! - Не изменил.

Храни вас Бог, как он меня хранил.

 

***

 

Маниловщина! - Тихий звон

Прощальной музыки заката.

Мазок реальности.Девон.

Заплата и на ней заплата.

 

А что проглядывает сквозь -

Не разобрать,сплошные тени,

И выбираешь на авось

Воспоминания и феню.

 

Куда ты закатилась,речь?

Тебя так мало,видно краем

Сознания хотелось лечь

И замолчать,но выбираем

 

Размытый сумерками строй

Определений и сравнений

И,увлечённые игрой,

Проваливаемся сквозь тени.

 

Но мрак очерчивает грань,

Небесное густеет эхо.

И,Сколько светом ни тарань -

Не устраняется помеха.

 

Мир бессознателен.Не зол,

Но - бессознателен.Активен.

Как слабый,но прекрасный пол.

(Чуть не сорвалось - инстиктивен!)

 

Мир бесконечен.Как вовне,

Так и во времени.Пространство -

Что борозда по целине.

Структура любит постоянство.

 

И пробуждение ведёт

Не в ночь из света,а наружу.

Освобождаясь от тенёт,

Что пожинаешь? - Бурю? Стужу?

 

Не знаю.Беспокойно жить

Без берегов.Наступит вечер,

И безоглядно,во всю прыть,

Помчатся тени мне навстречу.

 

И безъязыкая листва

В миг отделения от плоти

Полна в полёте торжества,

Полна пространства на излёте.

 

 

***

 

                         Тиму Адвайтову

 

  Пляшут бабочки без упоенья,

  Карусели слепое пятно..

  И стрекоз слюдяное плетенье -

  Я забыл, это было давно.

  Но уже приближаются снова

  Поднебесных высот голоса -

  Ожидает мой ангел улова,

  И темнеет на взлёт полоса...

 

 

***

 

                                                Кате Келлер

 

  Вверх или вниз идёшь, берегом ли, болотом -

  Кочки по пояс, но - всюду вода, вода...

  Где же осталась твердь? - Стать эхолотом, Лотом,

  Вытянуть чистый лист, не отыскать следа -

  Мох укрывает всё - раны, кору и память,

  Шлёпает пароход, лодку качнёт волна,

  Можно успеть, дойти или вернуться снами.

  Замкнутое кольцо - лук и излучина.

  Можно зажечь свечу и посмотреть на пламя -

  Контуры вне границ, время плывёт назад.

  Холст заполняет мир, но остаётся в раме,

  И уплывает в сон твой Гефсиманский сад.

  ...

  Вспомнишь ли ты себя девочкою, до встречи

  С миром чужих дорог, требующе мужским?

  Там, у большой воды или истока речи -

  Будешь ли ты собой, на берегу реки?

  Хочешь ли ты вернуть всё, что тебе дарили,

  Высыпать на песок и подождать волну -

  Шлёпает пароход брызгами мелкой пыли,

  Вот закачался лист, вымок, пошёл ко дну...

  ...

  Камешек на песке влажный и полосатый,

  Рядом травинка и крылышко стрекозы, -

  Девочка строит дом из камыша и мяты,

  Прячет свои дары, хмурится, ждёт грозы..

  Кажется - протяну руку тебе навстречу

  И позову к себе, в мой рябиновый дом. -

  Только и я давно вырос, ушёл далече..

 

  Мальчик остался там, за кораблём-листом.

 

 

***

 

 

Кто-то зашёл на съёмку,

Каждое слово грузом

Падает, если тонко -

Рвётся по швам союзом.

 

..Или стоять у кассы.

Выдача. Передача.

Любят Толстого массы,

Выстроят "Стену плача".

 

Нанобиблиотека.

Каждый кирпичик - вечен.

Парализует веко -

Голову-то залечим!

 

Ходят часы по стенке.

Ночи гремят салютом.

Розового оттенки

на голубом и дутом.

 

Память ушла в отставку.

Люди уже за гранью.

Не принимаю ставки!..

В реках кишат пираньи.

 

Холст замалёван грубо.

Новый грядёт Малевич.

Ждёт не тулупчик - шуба,

Бова мой, королевич...

 

Роли избиты плоско.

Жизнь обошла границы.

Сердце всегда из воска -

Скоро устанет биться.

 

Терпится не по вере,

Терпится не по чуду -

Как там:"Стоим у двери"? -

Будешь шагать? - Я буду...

 

 

 

***

 

                                                                    Вере Ермак

  Так байдарку несёт по струне и доносится шум переката..

  Галька светится, отмель чиста, в каждой капле сияние дня,

  Жизнь всегда начиналась на дне, а потом убегала куда-то,

  Возвращаемся в эти места, где весь мир обнимает меня.

  До свидания, дни без числа, от которых на памяти пусто,

  Не провал, но клубящийся серый и пыльный мешок суеты -

  Ещё несколько взмахов весла - и искристый песок златоуста

  Нас посадит с разгона на мель, и склонятся к ладоням кусты..

  Я беру тишину из воды, Я беру её вместо дыханья

  Из кочевья ветров, камышей и немолчного шелеста трав...

  И река заметает следы, и меняются воспоминанья,

  Ни падений и ни виражей - ледоход; одиночество; сплав...

 

***

 

В Англии тоже утрами туман,

Душно и сыро.

Вещь, отпотев, отсылает атман

На крышу мира.

И, как всегда, получает взамен

Форму, предметность,

Для обживанья любых Ойкумен -

Лоск, незаметность,

Грани, границы, поверхности, пол,

Возраст, характер.

И для души небольшой ореол -

Творческий фактор.

Чем абсолютнее наша среда,

Тем мы конкретней.

В Лондоне сыро, повсюду вода,

Грань незаметней

Между дыханием и питием,

Сущим и вящим.

Опытный путник, как правило - нем,

Здесь, в настоящем.

 

***

 

После потопа наступит лето,

высохнут хляби...

Жаждет земля, допьяна согрета,

трещин, не ряби.

Точно лицо покрывают морщины,

Складки, наросты.

И вырастают из каменной глины

Город и остров.

Новая, видно грядёт Атлантида -

После потопа -

Так закрутила пространство Эвклида

Мудрость Эзопа,

Что описали мы море и сушу -

Как с негатива.

Эти поправки мне вытрясут душу,

Станет дождливо.

Глина плывёт, заплывают окопы,

Брустверы, щели.

Вот - не узнать очертаний Европы,

Азии, мели.

Вот - на поверхности только наплывы,

Гейзеры, всхлипы.

Это пустому пространству тоскливо,

Как архетипу.