Игорь Иванченко.  Cтихи

К берегу приду чуть свет.
Словно нимб на старой фреске,
Еле теплится рассвет.
Лодка, тихих вёсел всплески…

Остров.
Густо пахнет хмель.
На востоке звёзды тают.
Лодку вытащу на мель,
Цепь на камень намотаю.

Сквозь кусты и тишину,
К запахам и звукам чуток,
Выйду к озеру;
Спугну
Стаю задремавших уток.

Всхлипнет сонная вода,
Птиц взметнув,
Да на мгновенье
Непогасшая звезда
Призатмится лёгкой тенью…

Да ещё вскипит вода,
Как от дроби или града,
В то мгновение, когда
Ляжет веером привада.

Летом ночи коротки –
Озера проявлен снимок…
Замирают поплавки
Между пятнами кувшинок.

Лес.
В осоке берега.
И вода в разводах тины.
Как же сердцу дорога
Эта русская картина!

…И – захватывает страсть!
Взглядом на лету измерен,
Слиток золота – карась
Грузно шлёпнется на берег…

Душу скоро отведу.
Вещи соберу и снасти.
К лодке на реке уйду.

Тихое, как утро, счастье –
Лес,
В осоке берега,
И вода в наплывах тины…
…До конца мне дорога
Эта русская картина.

* * *

Н.К.
Позабытого дома углы
Паутиной паук обметал.
Были мысли о счастье смелы,
Я, как деньги, их все промотал.

На икону зари обернусь.
Там, за тысячу миль, ты одна.
Как и я.
“Что же, лапчатый гусь,
Ты мудрил, а страдала она?!”

Наша ссора – как света конец.
Тупика монолитна стена.
Засыпает твой Новокузнецк
Пылью угольной сатана.

Перехватит дыханье на миг
От бессилия:
“Отчего
Дом разрушил, а храм не воздвиг
На развалинах дома того?..”

Может, нужен отчаянный шаг?!
Не горят же любви корабли!
...Стрежевой от Байдаевских шахт –
Как Луна от Земли...

* * *
Тайный сговор души и природы –
Сдать меня, безоружного, в плен
Птицам, солнцу, причудам погоды
И не выдать дождям на обмен…

Словно кинувшись с берега в омут,
Где ключами усеяно дно,
Обмирает душа от черёмух
И от воплей скворцов, заодно.

Проза жизни проста и сурова.
Отчего же грустнеет лицо?
Облетает черёмуха снова –
В белых оспинах двор и крыльцо…

А пока её свечи горели,
Язь клевал
И пришли холода, –
Мы ещё на весну постарели…
Но такая ли это беда?

Всё в сравненье, мой друг, познаётся.
Гаснут свечи…
Суровеет взгляд…
Соловьиная музыка льётся…
Да огарки черёмух чадят…

* * *
Зачехлили давно косари
Свои косы...
День – резко на убыль.
Красит осень бескровные губы
Транспарантной помадой зари.

Тополь в драном пальтишке продрог.
Поступлю безрассудно и мудро:
Сам себя награжу в это утро
Кандалами разбитых дорог...

За чертой городской простою,
Где стихает прибой листопада...
Может, в жизни всего-то и надо:
Перелетную душу свою,

Осенивши вдогонку крестом,
Отпустить с журавлями в кочевья,
Чтоб до марта не ждали деревья;
А судьба – чтоб грозила перстом...

Может, только и надо-то мне:
Неизбежность размолвок полынных;
Очи женщин, ни в чем не повинных;
Свет рябины закатной в окне;

Перебранки зимующих птиц;
Да чтоб ангелы – вдруг не отпели;
Да любви перекаты и мели;
Да гипноз этих белых страниц...

АКТРИСА

Осваивает осень мастерство,
Как первоклассник – буквы алфавита,
Как лицедей, чья роль ещё не бита…

И – скоро все поверят в естество
Актрисы, поступившей очень мудро:
Она игру с тумана начала,
Полсотни изб сибирского села
Слизавшего, как языком, под утро…

Потом она, уже входя во вкус,
Дождей нам отпустила на копейку
И подчеркнула тоненькую шейку
Рябины
Ниткой выкрасневших бус.

О, как немели, видя ту игру,
Все зрители – от мала до велика!..
И – долго умирала повилика.
И – хохлилась ворона на юру.

Ловила осень в сети паутин
Всех грибников.
И отыграла – гляньте! –
Два первых акта.
И в её таланте
Уже не сомневался ни один.

И – вскорости актрисой гениальной
Она царила на подмостках,
Где
Из декораций той поры печальной –
Лишь ржавый лист на медленной воде,
Да мокрые фигурки журавлей,
Стартующие в пасмурное небо,
Свиданий наших кратких быль и небыль,
Да скука одичалых тополей…

Её успех оплачут в три ручья
Дожди.
И – никому не станет нужен
Унылый мир.
И будет мокнуть в луже
Большая кукла, неизвестно чья.

Поцарствовать хотелось целый век
Актрисе,
Но её со сцены гонит
Дебюта долго ожидавший снег,
Который,
       как Иван,
            родства не помнит…