Елена Сучкова. Стихи

Задолго

Надежда слаба, как ребёнок в коляске,
Но кто же сильнее его?
И мир этот чуждый, сгустившийся, вязкий,
Сквозь дырочку соски течет.
Заходишься криком, сдирая сознанье
Бинтом с перепачканных снов,
Где ищешь спасения, дробным питаньем
Дневное давя естество.
Как мало, по сути, и дико по виду
Желание жить. Второпях,
Срываю невинной ромашкой обиду
На краткость таланта в часах.
Качается люлька из лёгкой плетенки...
Надежда - орущий малец,
Несытый и жадный до солнечной дольки
Задолго до слова
"Конец".

14.03.2007

Мы только вино…

Дальше живу, но всё меньше хочу быть кем-то,
Русским, еврейским, магометанским негром,
Гробокопателем в слое сибирской нефти,
Богоискателем, там, где одни лишь черти.
В качку морскую давайте поспорим о главном,
Выбросив разность, притершись костями на равных.
Черные, белые, желтые, чистые кости
Мечут удачу, не жалуясь грязным погостам,
Черным грачам, где под свастикой молний - теплица,
Рай парниковый для братства раввина и фрица.
Эй, мусульмане, в залог вам славянское братство.
Солью пустыни стелите узорные плацы,
Плотной чадрою укройте свои пепелища,
В ямы глазниц оступившись, завойте, как нищий,
Как иудей или раб на кресте белоглазых,
Все мы подделка венца, боголикие стразы,
Как ни вертись, угодишь в аккурат к распродажам,
Да только долг платежу до сих пор не обязан.
Он лишь пшено, перетертое жерновом в кашу,
Все мы вино, пролитое на жертвенник пашни.
Дальше живу, отдавая долги постепенно.
Русским, еврейским, магометанским негром.

12 04.2007

Птицам небесным

Поэзия, это желудочный сок
По усвоению жизни,
И ложка для растиранья основ
До состояния пищи.
Уму и сердцу не всё ль равно,
Кто ложке кормящей ближе.
Она лишь ложка, ей был бы рот,
Куда вливать свою жижу.
Найдёт среди говорящих рот,
Замолкший на пару строчек,
И слово вольет, словно олово,
Чтоб забронзовел позвоночник.
Но в миг, когда кормления план
Станет звездному вровень,
Хлебную крошку будущих дат
Высыпь на подоконник.

07.05.2007
В капле дождя

В мире этом, где три стены
С дыркой времени вместо крыши,
Точкой отсчета всевышней любви
Можно считать записную книжку.
Краткий путь от небес до земли
Легче всего пролететь с дождями,
Каждая капля - сплошной петит
Быть незабвенно неподражаемым.
В ливне толпы разделяет вздох,
Выдох можно почувствовать кожей.
Каплей, заставшей меня врасплох,
Падает взгляд с высоты прохожего.
Мы не смешались. Сквозь воздух лет
Мимо своих и чужих знакомцев
В капсуле жизни вершу полет
Рыжей дворнягой, шутом в колокольцах.
Где-то проселком, по глине троп
Забарабанил июльский ливень,
Там на поверхности пыльных строк
Соединимся в поток единый.

14.05.2007
Сольфеджио

Сольфеджио урок - не дело для поэта,
Но за окном катит мелодия скворца,
Раскалывая мир на четвертинки эха,
Где путаница нот - лишь зеркало лица.
Случайный экзерсис прохожего мгновенья…
На фоне темных крыл покажется светлей
Разрыв небесных сил, где "ре" самозабвенно
Из доминанты "до" выкрадывает день.
"До" - жить бы до вершин и до заката лета,
"До"- пониманья снов без сонника в руке,
"До"- избранности лет, до рукописи взлета
Над чашею весов и чаши этой вне.

31.05.2007
Нам неизвестны очертанья чувства

Границы сна и яви лишь во мне
Пересекаются. Я камень преткновенья,
Откуда стрелы пущены дорог,
Но нет пунктирной строчки возвращенья.
Баланс миров, где образа значенье
Сильнее слов.
Себя проговорить
Мне в мире снов никак не удаётся,
Лишь рыба, покидающая мир,
В котором выросла, ожогом солнца
Свою победу может наградить
За миг до смерти
Только немотою.
Воспоминаний мелкие следы
По линии скользящего прилива
Составят извещение для жизни,
Молящей сон о со-творенье душ,
Но позабывшей навсегда уроки Морзе.
Мне непонятно толкованье дня,
Но очертанья чувств давно известны,
И в полосе невинной отчужденья
На ощупь вывожу свою строку,
Чтоб сопоставить явное и образ.

31.05.2007

Перчатка

На площадях лежит загар,
По липам бродят пчелы пьяные,
И на прощенья киноварь,
Уставши только ревновать,
Ложится ночь дорожкой гаревой.
Бросаю с ходу золотой
На дно окна в пригоршню месяца,
Вернусь ли утром в этот дом,
Или прощай душа-потешница?
Заговорит ночной скворец
Поддельной трелью соловьиною
О том, что сбудется конец
Не раньше, чем его покину я.
И лайку неба на руке
Мне поцелует вестник божеский,
Но, будучи навеселе,
Я не спрошу его о должности.
Моё неспешное перо
Какого цвета будет за полночь,
Когда за серым домино
Проигрывает случай Дачнику?
А я лишь косточкой сорю,
Плоды опробуя запретные,
Пока хозяина гламур
Ещё не стал библейской сплетнею.
Но, перепутаю рукав,
И все изнанки станут левыми,
А наказания кафтан
Так никогда не переделаю.

08.06.2007
О погоде

Исправлю синтаксис грозы
По запятым. И белым прочерком
Мелькнет вселенная "на ты"
Плевком из молний укороченных.
За разъяснением слогов
Отправлю даль в поля залесные,
Где обездоленность стогов
Последней каплею залечена.
Дождь на опущенности крыш
Молодцевато приосанится
И выбьет старенький камыш
Своим отчаянным камаринским.
А даль отметит схожесть слов
На параллелях ЛЭП немерянных,
И электрический потоп
Экраны переполнит временно.
Шаманства пенные следы
Сочтет по лужам старый Пасечник,
А ощущение беды
Сродни шампанскому на-майские.

08.06.2007
Самоубийственное

Ничем иным не дорожа,
За строчку держится душа,
Потехи ради, или для
Потопа среди бела дня.
Я не оставлю ей в подарок
Ни черных дней, ни светлых лиц,
Библиотечные подвалы
Не примут избранных страниц.
Лишь фотографий полустанок,
Где прошлое, что кипяток,
Налито в чайник оловянный,
Затягивает в переплёт.
Зачем обманывает бисер
Щедротами чужой руки,
Когда прочтением "на вынос"
На казнь отпущены стихи.
С листа не пить. И, гильотиной
Тюльпанный обрезая строй,
Готовит праздника причину
Толпа на площади пустой.
И вновь, петлю рукоплесканий
Так самовольно удержав,
Душа выскальзывает прямо
В четверостишия оскал.

09.06. 2007
За выстрелом

Запрос по адресу уйдет,
И в белый лист ответы спрячутся.
Судьба глядит за поворот
С терпением слепого мальчика.
Ей, что ни день, то образа
На крестном ходе дамских часиков,
Когда закат околевал,
Она восход вела к причастию.
А за душой лежит пустырь
И бегают собаки стаями
За тем, кто только наследил,
Пока она от счастья таяла.
Мне тайны исповеди зла
Всё не хватает до распятия,
А жизнь летит в перепелах
Под точную наводку снайпера.

10.06.2007
Приз

Вполне возможно будет дождь,
А воздух пахнет спелой ягодой,
В рецепте вечности погост
Лишь продолженье майской радуги.
По мрамору ползет жучок,
Слова прощальные исследуя,
Рождению наискосок
Его намёк висит петелькою.
Вечнозеленая игла
Последней каплей кайфа ломится,
Но морфий неба медсестра
Вколоть в подушку не торопится
Не онеметь перед грозой,
Но в тире вдруг наослепь выстрелить,
Чтоб приз на полочке пустой
Упал на мрамор первой искрою.

16.06.2007

Попробуй плоть...

Попробуй плоть, она нежна
И так насилию привычна,
Но в ней растворена душа
Как запах в пище необычной.

Рот в рот. Напитком опьянен
Ты тянешь сладкое мгновенье
И драгоценным хрусталем
Плоть отзывается мгновенно.

Вовек насытиться невмочь
Не потому, что сладко тело,
Но пряность заповедных рощ
Души моей не надоела.

25.06.2007

Покуда
(Губанову)

Покуда "Мама мыла раму",
Язык отеческий скучал
По ситцу красному Рязани
И по берёзовым свечам.
Ему ромашка нагадала
Приход Есенинского крестника,
Но слово выпало из рамы,
Разбившись о ромашку вдребезги.
И Красным Зорям за окошками,
Все сентябрями звёзды мечены…
Перебежало черной кошкою
Через судьбу твою Отечество.
И, как княжонка у татар,
Теперь не выкупить, не вымолить,
Но на пробор, как на провал,
Стихи заглаживать любимые.
А им - водицы бы напиться
Да только не даёт сестрица!
И пересохшими губами
По хрестоматиям прощаний
Губанов…

вторник, 26 июня 2007 г.

Ирине Снеговой
Ты первая сказала мне - Пиши!
И подарила перьевую ручку,
Когда чертили мир карандаши
Лишь для того, чтоб доказать, кто лучше.
Блестело перышко под пальцами светло
И синевато отливало небом,
Ты повторяла за плечом - Отведай,
Парное слово пахнет молоком.
И говорила - Прошлое легко,
Уместится между двумя словами,
Как облако меж небом и дровами.
Гляди, завалинку туманом обнесло.
Теперь мой август тут, недалеко.
Зима холодная пугает вечным снегом,
Но тихо прошепчу - Ирина Снегова,
И, как же станет на сердце тепло.

вторник, 26 июня 2007 г.

Музино предложение

Хотите я стану пушистой и белой?
Хотите?
Вон ветер клюёт облака… Отвратительны
Такие манеры посланника неба.
Не правда ли?
Хотите я стану коварной и жадной русалкою?
Сменю крыл пальто на бикини
И "Муза" на "Мужество"?
Хотите творить Вы?
Я стану творимой до ужасов,
До цвета лаванды
В сопрано по имени Софочка,
До шали классической,
До Мандельштамова отчества,
До облака толстого там, где ширинка не сходится,
До длинных стихов по пятам венценосного Бродского.
Я стану единственной, Вашей, нечаянно словленной
Царицей морскою,
Девицей земною,
Несломанной
Игрушкой ночных,
Перепутанных страхами, видений,
И первым каналом божественных телевидений …
Я стану вампиром,
И выпью Вас сладко, по капельке…
Да что же Вы пишете так, Вашу матушку, слабенько!!!!
пятница, 6 июля 2007 г.

Дождливое

Ветер склевал облака,
Стало светлее,
Тонко, издалека
Тянется время.
Смётано по стогам
Мокрое лето,
Холодно светлякам
Перед рассветом.
Мою опять окно,
Воздух послушный
Вылижет языком
Слёзную душу.

пятница, 6 июля 2007 г.

Кризис дождя
Он знал, что уйдет. По густым лесам
И чащам взрослеющих недомолвок
Тянулись вверх, на цыпочки встав,
Проростки его золотых уловок.
А он припадал к руке между тем,
Как выплюнуть косточку поцелуя
В грубый навоз запрещенных тем,
Будущий мрак на ладони рисуя.
И луг некошеный, весь в росе
Опять принимал его в лоно лета,
Чтоб выносить тяжко разбитый день
И расставание перед рассветом.
А он уходил, обронив ключи
В дырку подкладки у отраженья,
И я забыла сказать "Прости!"
За перемены в погодных явленьях.


Петербург
Этот город - Европы натянутый слепок,
На морщины залива, на серость и холод восхода,
Этот город нечаянно стал прозорливым,
Разменяв на медяк неразменный запас небосвода.
Этот город продрог, научившись едва быть гранитом
На развилке дорог, где меняют так походя время,
Словно завтра Потоп и прохожий уже не успеет
Выбрать правильный путь, до того, как он станет забытым.
Этот город похож, как две капли воды на Растрелли
И щербины от пуль лишь усилят напудренный вывих,
Этот город к России имеет слегка отношенье
Лишь за тем, чтобы Пушкин его оскорблений не вынес.

Ангел мой улетел

Это всё, что осталось от ангела. Баночка крема
От морщин и немного седого пера.
Перед самым рассветом так плотно уложены тени
По углам Пятикнижья, чтоб я их недолго звала.
Ангел мой улетел.
Не расскажет какой я бывала.
Жизнь сжимается в точку и бьётся по клетке виска.
Уходящие тихо уносят все Книги Начала,
Оставляя лишь гранки такого пустого Конца.


Я изменюсь

Как узок круг жестоких игр
Их шаг балетный предсказуем,
Когда пишу судьбе на Вы
Затем, чтоб слиться в поцелуе
И вытечь грязною водой
Из раковины старой хаты,
Чтоб в океан уйти. На дно.
Гольфстрима изменив фарватер.
А там, насупится прогноз,
Как будто он на "Чтоб" влияет,
Но веер сложится мимоз
Пока дышу ему на память.
Когда у бабочки крыло
Пыльцу осыплет мне на руку
Я изменюсь, и мир затухнет,
Как гаснет лампочка в кино.