Ольга Бежанова. Испанское кино.

Ольга Бежанова – литературовед, культуролог, литературный критик. Она - выпускница университета McGill, имеет степень магистра испанистики. Ольга учится в докторантуре университета Yale, США, получила в этом университете степень магистра испанского языка и степень магистра философии, пишет докторскую диссертацию по испанской литературе XX века. Ольга любезно согласилась представлять «Голос Общины» на 31 Монреальском международном кинофестивале и встретиться с представителями испанского кинематографа.

Я не люблю кино. Когда я произношу эту фразу, на меня всегда смотрят с удивлением, как будто я сказала что-то даже не вполне приличное. Как же может человек, посвятивший себя культурологическим исследованиям и изучающий историю и теорию искусства, не любить кино? Поясню. Как бы парадоксально это ни звучало, я не люблю кино именно потому, что я его слишком люблю и слишком высоко ценю. Я воспитана на традициях гениального русского кинематографа, обогатившего мировое искусство игрой замечательных актеров и постановками несравненно талантливых режиссеров. К сожалению, не все об этом знают. Каждый раз, когда в академических кругах я слышу, скажем, восторги по поводу «гениального, экспериментального и неповторимого кубинского кинематографа», я не устаю объяснять, что кубинский кинематограф просто копирует достижения советского кино тридцатых, сороковых и пятидесятых годов. И копирует, к тому же, довольно бледно.
Но кубинское кино хотя бы выбрало для себя достойный, высококачественный образец для подражания. Когда же я прохожу мимо кинотеатра в Северной Америке, я всегда испытываю чувство облегчения при мысли о том, что никто не сможет меня заставить просмотреть показываемые в нем фильмы. Я понимаю, что существует кино как вид искусства и кино развлекательное, и признаю право обоих видов на существование. Если бы Голливуд показывал нам просто развлекательное кино, в этом ничего плохого не было бы. Однако фильмы, заполнившие кинорынок, это не просто развлекательная интеллектуальная жвачка, от которой нет ни вреда ни пользы. Голливудское кино по большей части вращается вокруг набора безжизненных и малоестественных стереотипов, которые при многократном повторе не могут не повлиять, причём пагубным образом, на наше восприятие окружающей действительности.
В поисках кинопродукции более высокого качества я встретилась с тремя испанскими кинорежиссерами, приехавшими в Монреаль в рамках недавно прошедшего в нашем городе 31 международного кинофестиваля. Мне кажется, что именно испанское кино может вызвать особый интерес русскоязычных зрителей. Ведь в траектории развития испанской кинематографии есть много общего с историей русского кино. В двадцатые и тридцатые годы кино, создаваемое в Испании, обогатило мировую культуру талантливейшими экспериментальными кинонаходками. Имя режиссера Луиса Бунюэля известно всем любителям киноискусства. К сожалению, после прихода к власти генерала Франко и установления в Испании фашистской диктатуры кино в Испании подверглось жесткой цензуре и стало использоваться в целях пропаганды режима. Так же, как и советским режиссерам, испанским кинематографистам пришлось учиться технике иносказания, которая помогала обойти требования цензуры. Тем, кто хочет ознакомиться с классикой испанского кино, могу порекомендовать гениального кинорежиссера по имени Луис Гарсия Берланга. Его фильм «Палач» (1963) заслуженно считается одной из жемчужин мирового кинематографа.
После смерти генерала Франко в 1975 году испанское кино стало активно развиваться, освободившись, наконец, от требований официальной идеологии. Фильмы режиссеров Карлоса Сауры, Педро Альмодовара и Алехандро Аменабара приобрели мировую известность. К сожалению, как это часто случается, некоторые из режиссеров, которым удалось пробиться на североамериканский рынок, пошли по пути имитации худших голливудских образцов. Альмодовар, снимавший великолепное кино в восьмидесятые годы и в первой половине девяностых годов, в последние десять лет снимает фильмы, за которые должно было бы быть стыдно даже самому непритязательному голливудскому режиссеру. Выиграв в популярности и в экономической рентабельности, Альмодовар полностью потерял свою самобытность и неповторимость. Судьба его фильмов повторяет судьбу произведений некоторых русских режиссеров, которые пытаются навязать Северной Америке тот образ России, который многие иностранные зрители хотят видеть.
Я была потрясена, увидев в рамках монреальского кинофестиваля фильм молодого испанского режиссера Педро Агилеры «Влияние». В этом фильме нет танцующих фламенко, поющих под гитару и натужно веселящихся испанцев, которыми нас уже перекормили любящие стереотипы режиссеры. Это видение испанцев раздражает так же, как и русские фильмы, упоенно показывающие вечно пьяных русских мужиков, злобных комиссаров и кровожадных бандитов. В то же время, создатели «Влияния» не поддались так часто встречающемуся соблазну пропагандировать образ «новой» Испании, члена Евросоюза. В фильме мы видим тяжелую реальность жизни в индустриальном пригороде Мадрида. В картине нет стремления упиваться сценами ужасающей трущобной бедности, которое характеризует произведения многих режиссеров, пытающихся потрясти воображение пресыщенного западного зрителя. Как сказал мне в интервью режиссер: «Мне хотелось снять фильм о природе страдания, о духовном и физическом разрушении человека. Я считаю, что мне удалось добиться моей цели, если зрители вспомнили о тяжелых моментах своей жизни, о периодах глубокого отчаяния и прикоснулись душой не столько к переживаниям данной конкретной героини, сколько к общечеловеческому пониманию страдания».
Жизнь главной героини фильма идет под откос, когда она теряет свой магазин и остается без средств к существованию с двумя детьми. Тем не менее, «Влияние» не стремится проанализировать причины экономических проблем мелкого бизнеса в современной Испании и предложить пути социальной поддержки одиноких матерей. Это фильм-притча о саморазрушении человека, потерявшего интерес к жизни. В фильме почти нет диалога, поэтому даже самые банальные фразы, произносимые героями, приобретают особое значение. Фильм строится на сильных визуальных образах, которые, как сказал мне режиссер, возникли во многом под влиянием религиозного испанского искусства.
«Влияние» - это не тот фильм, который стоит смотреть в развлекательных целях. По словам режиссёра, «эта картина требует активного участия зрителя в процессе ее создания. Каждый зритель создает мой фильм по-новому, вкладывая в его интерпретацию свои переживания, свой жизненный опыт, свое мировоззрение... Конечно, для этого надо хотя бы иметь свое мировоззрение».
Фильм Педро Агилеры - для тех зрителей, кто ищет в искусстве возможности постоянного духовного и интеллектуального роста. «Влияние» - это картина, к которой хочется возвращаться, о которой хочется думать еще долгое время после просмотра. Русскоязычному зрителю картина будет особенно интересна, принимая во внимание то, что любимый режиссер Агилеры – Андрей Тарковский. Русское кино оказало огромное влияние на режиссера «Влияния», и он продолжает отслеживать интересные новинки русского кино.
Несмотря на то, что картина получила приглашение на Каннский кинофестиваль, на нашем фестивале она не получила должного освещения. Режиссер признался мне, что «Голос Общины» оказался единственной газетой, попросившей его об интервью. Подобные фильмы, требующие напряженного интеллектуального и душевного труда, к сожалению, не находят массового признания. Педро Агилера сказал, что ему не удалось получить ни финансовой, ни информационной поддержки своей картины в Испании. Даже после того, как фильм получил приглашение в Канны, многочисленные государственные организации, занимающиеся поддержкой испанского киноискусства, не проявили интереса к «Влиянию». Молодой режиссер взял займ в размере 200,000 евро для съемок этого своего первого фильма. Несмотря на огромный долг, Педро Агилера уже приступил к работе над новым сценарием.
Другой испанский режиссер, Мигель Менендес, приехавший на Монреальский фестиваль с картиной «А ты кто такой?», рассказал мне, что в Испании делается многое, чтобы финансирование киноискусства было более справедливым. Все фильмы, вызвавшие интерес государственных организаций (правда, добавлю я от себя, не все этот интерес вызывают), получают одинаковую сумму, вне зависимости от известности режиссера и приглашенных им актеров. «В Испании каждый год снимается очень много фильмов, - сообщил мне в интервью Мигель Менендес. – Я бы сказал даже, что чересчур много. Значительная часть продукции особой ценности не представляет. Но зрители зачастую теряются в обилии новых лент и не знают, какие фильмы стоят потраченного на них времени. Потому-то и важны подобные фестивали, позволяющие выделить действительно стоящие картины». Как, например, фильм «Влияние», - добавлю я от себя.

Мигель Менендес


Менендес продолжает многолетнюю традицию испанского кино, посвященного социальным вопросам. В его новой картине «А ты кто такой?» затрагивается проблематика болезни Альцгеймера. «Для меня было очень важным, - говорит режиссер, - не поддаться соблазну дешевой сентиментальности в фильме на такую непростую тему. Очень часто фильмы, рассказывающие о серьезных проблемах нашего общества, ставят перед собой задачу вышибить слезу у зрителя. Но мы решили поступить по-другому. В нашем фильме много доброго юмора, не снижающего, тем не менее, степени реализма, с которым отображено ужасное заболевание».
Мигель Менендес уже начал подготовку к съемкам своего нового фильма на историческую тему. «Мы привыкли, что красивое костюмное кино могут снять только в Голливуде, просто потому что у более бедных режиссеров нет средств на подобные фильмы. Я хочу показать, что в Испании можно сделать фильм, который не будет казаться дешевой копией голливудских лент», - сказал мне режиссер на прощание.
Картина «Коробка» Хуана Карлоса Фалькона получила на Монреальском фестивале приз за лучший первый полнометражный фильм. Действие происходит на Канарских островах в шестидесятые годы двадцатого века. Там Фалькон родился и вырос, и в своей первой ленте он попытался передать особенности родного региона. «Я поставил перед собой цель, - говорит молодой режиссёр, - сохранить самобытность нашей культуры, но в то же время сделать ленту интересной для всех».

Хуан Карлос Фалькон

Он создал фильм о сильных, интересных и глубоких женщинах, продолжая этим традицию великого испанского писателя Федерико Гарсии Лорки, писавшего пьесы, где все персонажи были женщинами. Фалькон является также давним поклонником итальянского кино пятидесятых и шестидесятых годов и не отрицает его влияния на свой первый фильм.
Разнообразие лент, привезенных на монреальский фестиваль испанскими режиссерами, свидетельствует о бурном развитии испанского кинематографа. Я не сомневаюсь, что для русскоязычного зрителя в испанском кино найдется много интересного. Зрителям, уставшим от однообразия голливудской кинопродукции, я очень советую начать или углубить свое знакомство с фильмами испанских режиссеров.