Зухра Абдул. Любовь без правил, или разбудить дьявола

Она появлялась на этой оживлённой улице почти каждый день. В галошах на босу ногу, в длинном, до щиколоток, тёмном платье с глухим воротом. Всклокоченные сальные космы пепельных, словно припорошённых инеем, волос и тихое безумие в глазах. Цепко хватала за руки прохожих, совала им под нос цветную фотографию – хорошенький малыш-пупс, нарядный, весёлый – и спрашивала хрипло сорванным голосом: «Вы не видели здесь мальчика? Два годика. Максимкой зовут». И когда люди шарахались от неё в сторону, не выдерживая её невидящего, страшного взгляда, она кричала в исступлении вслед: «Помогите, ребёнка украли! Верните мне моего сыночка! Сволочи!» И так до самого вечера, пока не приходила молоденькая девушка и силой не уводила её: «Мама, пойдём домой, перестань, мам…» Женщина не сопротивлялась. Она уходила, покорная и поникшая, монотонно бормоча: «Сыночка-сыночка, где же, где же ты, маленький? Мамочка тебя найдёт…»

Торговки с маленького стихийного базарчика возле остановки, сочувствующе вздыхая, переговаривались:
- Бедная, бедная, это надо же – и мужика, и дитё зараз потеряла…
- Ой не говори, горе-то какое…Свихнулась баба на этой почве. А ведь какая весёлая по жизни была. Всё ей нипочём было!

Да, ещё пять лет назад Анна, так звали несчастную, работала парикмахером в маленьком захолустном городишке, воспитывала двоих детей, воевала с мужем, пьяницей и дебоширом, и мечтала о другой, светлой и красивой, жизни, как в тех сериалах, которые она любила смотреть долгими вечерами за вязанием. Добротный дом, крепкое хозяйство, своя машина, непьющий и работящий муж – любая нормальная женщина хочет простых человеческих радостей. А если ещё и любовь до гроба, чтоб на руках носил и подарки дарил, так это, вообще, предел мечтаний!

Но на мужиков Анне не везло: попадались одни гады и уроды. Первый раз она выскочила замуж в семнадцать по огромной, просто вселенской любви. Его звали Виктором. Красавчик! Все окрестные девчонки обзавидовались, когда он закадрил с неприметной Анькой. Пару месяцев пообжимались по подъездам да по скамейкам в местном парке и сходили в ЗАГС. И платье белое было, и «Волга» с куклой на бампере и кольцами, и «горько» тысячу раз было. Так горько, что через полгода Анна взвыла. Любимый муж нигде не работал, дружки-приятели каждый божий день. О, это мой кореш! А, братан, заходи, гостем будешь! И с утра до утра дым коромыслом! Ни денег тебе, ни цветов-подарков! Анька, подай! Анька, принеси! Закрой пасть, дура! И Анька тихо-тихо, сапом, вещички в чемодан и за порог – ушла к родителям.

Через месяц Витьку порешил по пьяни кто-то из друганов-братанов. Анна получила статус вдовушки, свободной, как ветер. И понеслась душа в рай! Кафешки, бары, парни знакомые и случайные. То ли тоску по любви глушила, то ли приключений на задницу искала. В общем, загуляла деваха круто. С Валерой её познакомила лучшая подружка, ещё со школы, Верка. Тот только что из армии вернулся, Вере приходился братом, не то двоюродным, не то троюродным. Симпатичный. Высокий. За Анной с первого дня знакомства чуть ли не по пятам. А на третий день прямо поразил: «Ань, а выходи за меня!» Анна дар речи потеряла. Вера подзуживала: «Ну чё думать-то, он у нас хороший парень, да и породнимся с тобой!»

Вышла. И потекла жизнь, семейная, спокойно-размеренная. Через год родили Настьку, через два – Машутку. Валерий работал водителем на автобазе. Получил квартиру, как чернобылец-ликвидатор. Деньги в дом. Руки золотые. Казалось бы, ну вот оно, счастье-то! Но в одночасье всё пошло наперекосяк. Сдало здоровье: постели с Анной у них не было по нескольку месяцев. Переживал страшно, стал заглядывать в бутылку всё чаще и чаще, ходить налево и направо, пытаясь доказать себе свою мужскую состоятельность. И пошло-поехало: скандалы, взаимные упрёки. Потерял работу: «Ты, стерва, виновата!» Теперь Валерий пил по-чёрному, месяц-два в запое, пару недель, чтоб глаза продрать и по новой. Пьяный лез драться. Ломал мебель, бил посуду. Девчонки убегали на улицу, чтобы не попасть под тяжёлую отцовскую руку. По утрам Анна замазывала синяки и тащилась на работу. В редкие часы просветления муж валялся в ногах: «Аннушка, не бросай, без тебя умру!» И она терпела, говоря себе: «Ради детей…» И дотерпелась. На 8-ое Марта получила от муженька назабываемый подарок – сотрясение мозга и перелом рёбер. Выйдя из больнички, подала на развод. Собрала девчонок и переехала в пустующий после кончины родителей отчий дом.

- Ну и правильно, Ань. Ты прости меня, что дурака нашего тебе сосватала. – утешала Верка – добрая душа. – Не горюй, мы тебе такого мужика найдём! Закачаешься!
Анна грустно улыбалась:
- Где ж его, подруга, найти-то? Все говно и скоты. Не хочу больше никого. Мне вон детей поднимать надо.
- Надо, Анют, надо. А как ты их одна поднимать будешь? Ну, скажи мне: как?
- Не знаю ещё. Подрабатывать буду. Причёски свадебные делать.
- Ага, и много ты заработаешь на причёсках-то? Я тебе вот что скажу: мужика надо с умом искать. Сейчас люди знакомятся по Интернету. Слыхала?
- Ой, Вер, ну где я его возьму, твой Интернет? Ну, ты сказала: хоть стой, хоть падай!
- Где-где. Для начала надо тебе купить хорошую сотку, дорогую, с подключением к Интернету. Потом разместить твою анкету и фотки на каком-нибудь сайте знакомств с иностранцами. Глядишь, и выдадим тебя замуж в Америку! За миллионэра! А? Хочешь, подружка, в Америке завихеривать?

Посмеялись-посмеялись подруги, да и задумалась Анна: «А вдруг?» И купила мобильный телефон. Сделала несколько фотографий при полном параде. Получилась просто красотка! Аппетитная, в соку, губы полные, улыбка ясная, зубки жемчужные, томный взгляд нарисованных глаз, ямочка на щеке – ну чем не невеста! В общем, самой себе Анна жутко понравилась.

Через месяц-другой её уже тошнило от недвусмысленных предложений соотечественников и заморских женихов: Секс? Sex? Web-kamera? Virt? MSN есть? Виртуальные розочки приелись. А принца на белом Мерседесе всё не было. И вот однажды: «Анечка, у Вас потрясающая ямочка! Вы прелесть!»

Сергей, так звали нового знакомого, оказался приятным собеседником. Поболтали о жизни, о том о сём. Через пару недель он предложил встретиться. Анна недолго колебалась. В воскресенье с утра наняла частника-таксиста и через полтора часа была в областном центре, где жил Сергей. Лысый, коренастый, крепкий, он производил впечатление серьёзного, уравновешенного человека. Спокойный чистый взгляд глаз цвета апрельского небушка, тёплые, сильные руки – вроде неприметный мужик, а таким уютом потянуло от него, что у Анны часто-часто забилось сердце.

Сорокалетний Сергей был когда-то женат, бездетный брак давно распался. Годы шли, сменялись случайные подруги, и настал момент, когда вдруг остро захотелось стабильности и покоя, тепла семейного очага, да и мать пилила при каждой встрече, дескать, хочу внучат понянчить. Анна ему понравилась. Простая и домашняя, без претензий. И детей у неё двое – настоящая семья, глядишь – и третьего сможет родить. Он стал осторожно расспрашивать: «Хотела бы ты ещё детей?» Женщина пожала плечами: «Почему бы и нет? Если, конечно, надёжный человек попадётся».

Следующую встречу назначили у неё. Два дня Анна пласталась, генералила, чистила, мыла, скоблила дом. Не хотелось ударить лицом в грязь перед дорогим гостем. Потом ещё полдня наводила красоту-марафет: Верка сделала ей новую модную стрижку, перекрасила волосы в новый тон «золотистый песок», маникюрщица Оксанка потрудилась на славу над её пальчиками. Одалживая своё лучшее платье «из бутика», Верка давала ей последние наставления:
- Ты ему сразу не давай. Поняла? Мужики, они хотят, чтобы сразу, а потом – поминай, как звали!
-Да, ладно, Вер, не такой он, вроде.
- А, все они одним миром мазаны, всем подавай только трахтибидох. А тебе кто нужен? Муж! Поэтому слушай сюда. Женятся на ком? На по-ря-доч-ных! А порядочная сразу в койку не прыгает. Она помучает-помучает, распалит-распалит, а потом, как дааааст, так даст: и так, и этак, и сверху, и снизу, и боком, и раком, и ср*ком. И всё – никуда он, голубчик, не денется! Вяжи и прямиком в ЗАГС!
- Ну, ты, подруга, скажешь.
- А ты мотай-мотай на ус. Я тебе от души, Ань, как самой себе.

И вот Сергей приехал. Анна познакомила его с детьми, напоила-накормила и спать уложила. С собой. Выходные пролетели, как мгновенье. В понедельник сказка-иллюзия семейной жизни закончилась. Гость отбыл восвояси. И… исчез. Три дня ни слуху ни духу. На сайт не заходил. Не позвонил. Анна маялась, ревела-ревела и побежала к Верке. Та всплеснула руками:
- Вот гад! Я ж тебе говорила…
Анна захлюпала носом:
-Верааа, нравится он мне. Я замуж хочу за него.
-Не реви! Придумаем что-нибудь. В любви, Анют, как в боях без правил, все средства хороши! Слушаааай, надо к Леонтьевне сходить. Точно! Ноги в руки и дуй к ней! Она поможет!

Леонтьевна – местная знахарка и колдунья жила на самой окраине городка. И бабы, и молоденькие девчата бегали к ней за помощью в любовных делах. И привораживала, и отвороты делала, и порчу снимала-наводила. Лечила травками-корешками. С замираньем сердца переступила Анна порог приземистого, словно вросшего в землю, жилища Леонтьевны. Маленькая круглая седая старушка с пронзительно-чёрными цыганскими глазами на полном румяном лице совсем не была похожа на ведьму.
- Тебе как привораживать, милая? По-чёрному или по-белому?
Анна опешила:
- Не знаю. А как лучше?
- Сделаю белый приворот – ждать дольше придётся. И узда некрепко держать будет. А если мужик духом силён, развязаться сможет сам. А по-чёрному – сразу и до гроба твой будет. Подумай хорошенько, девонька, так ли он тебе нужен?
- Нужен, бабуль, нужен. Делай навек.
- Я-то сделаю. Только предупредить хочу: опасно это.
- Почему?
- Он, - старуха ткнула пальцем куда-то в потолок, - рассердиться может.
- Да кто он-то?
- Нечистый, милая.
- Ой, Леонтьевна, не пугай так. И что тогда будет?
- Заплатить придётся за грех. Может, через год-другой, может, через сто лет.
Анна рассмеялась:
- Да ты что, через сто лет меня уже не будет. Я счастья хочу сейчас, немедленно.
Бабка усмехнулась:
- Ну, смотри, милая, отговаривать больше не буду. Вижу, что согласная ты на всё. Будь по-твоему. Неси фотокарточку евошнюю.
Сказано-сделано. Анна распечатала с телефона фотку Сергея и принесла колдунье. Леонтьевна вынесла ей пузырёк из-под пенициллина, наполненный желтовато-зелёной жидкостью и велела:
- Когда он появится, подмешай вот это в еду или питьё.
- А когда он появится? – Анна затаила дыхание.
- На убывающую луну, через денька два, я всё сделаю. Через неделю жди его. И помни: никому ни слова о том, что делала.
Анна сунула Леонтьевне завёрнутые в бумажку деньги и, принимая из её рук зелье, вдруг почувствовала неприятный холодок между лопаток и в кончиках пальцев. Глубоко вдохнув, женщина повторила про себя, как заклинание, подружкины слова: «В любви, как в боях без правил…»

Ведьма не обманула. Сергей появился ровно через девять дней. Извинился, что не мог раньше – было много работы. Привёз подарки девчонкам – конфеты и мягкие игрушки. Был торжественно серьёзен: «Аня, будь моей женой!» И хоп – кольцо на палец! За ужином проглотил порцию колдовского зелья. И снова Анна почувствовала покалывание в пальцах и холод в спине.

Сергей переехал к ней, оставив в родном городе престижную работу зама главного инженера. Его полуторку в областном центре и Аннин домишко обменяли на просторный коттедж с огромным садовым участком. Официально заключили брак. Новоиспечённый муж устроился на местную СТО. И Анна облегчённо вздохнула: оказывается, мечты сбываются. Золотой мужик. Не пьёт. Голова на плечах. Иномарка не абы какая, а джип с наворотами. Дом – полная чаша. А главное – к детям и к ней с душой. И девчонки оттаяли, младшая стала Сергея папой называть.

- Ань, а давай родим пацана ещё!
Через пару месяцев Анна забеременела. Ходила тяжело. Мучил токсикоз. Поднялось давление. Отекла вся. Всё-таки, не молоденькая, а к сороковнику приближалась. Капризничала, заводилась с полуоборота, всё ей не так. Сергей взвалил на себя и заботы по дому, и о детях, и о жене.

Зимой Анна родила долгожданного наследника – Максима Сергеича. Отец был на седьмом небе от счастья. Сам пеленал, сам купал, сам укладывал спать. Верка подшучивала:
- Серёга, ты ему ещё титьку дай!
- Дал бы, если б мог! – улыбался довольный папаша.

Сосредоточив внимание на сынишке, Сергей как-то незаметно отдалился от жены. Подолгу к ней не прикасался, ссылаясь то на усталость, то на то, что ребёнок проснётся. Анна заподозрила неладное: «Неужто, история повторяется, как тогда, с Валеркой?» Пыталась вызвать мужа на откровенный разговор. Но только рассердила его: «Всё у меня в порядке». Заметила, что он частенько сидит с сотовым телефоном в руках. И как-то, субботним вечером, когда муж был в баньке, воровато оглядываясь, Анна взяла его мобильник, лежавший на столе, и проверила эсэмэски. Ничего подозрительного! Решила проверить и почтовый ящик, так, на всякий случай. Входящих было не счесть. «Серёженька, милый, как ты живёшь без меня?» «Любимый, мне тебя не хватает, Серёжка, глупый, ну, что мы делаем с нашими чувствами? Во имя чего?» «Я очень-очень сильно тебя люблю и буду ждать хоть всю жизнь…» Исходящее всего одно. Но какое! Мелкие буковки рябили в глазах:

«Родная моя, единственная… прости меня за все страдания, что я причинил тебе вольно или невольно…Мы слишком поздно с тобой встретились, девочка моя… Никого и никогда я так не любил… да и в любовь не верил… Ты из тех женщин, к которым надо либо уходить сразу и бесповоротно, либо постараться забыть навсегда, что я и пытаюсь сделать всё это время со дня нашей встречи…У меня есть обязательства перед семьёй, сыном… Я знаю, что ты всё-всё понимаешь и от этого мне ещё горше… прости… нет у меня права ломать чужие жизни…»

Давясь злыми слезами обиды, Анна переписала электронный адрес, на который ушло письмо мужа. Набрала в поиске со своего телефона. И вот он, её Мир на mail.ru. Несколько фотографий. Улыбается. Молодая. Красивая. Разлучница. Соперница. Стиснула зубы: ах, ты так со мной, урод, ещё один гад на мою голову! А Леонтьевна-то обещала ведь, старая ведьма, что навек моим…

Старушка, чистенькая, благообразная, пила чай, восседая за круглым столом у пузатого самоварчика.
- Не кричи, милая. Сядь. Другая говоришь? А что ты хотела? Твой мужик сильный духом оказался, сопротивляется душа евошняя насилию. Ту он любит от Бога, а тебя – от дьявола. Пока сила на твоей стороне. А дальше как – не ведаю. То не в моей власти.
- Помоги, Леонтьевна, помоги! Век помнить буду. Хочешь - на колени встану? – захлёбывалась Анна рыданием.
- А не пожалеешь?
- Нет, не пожалею. Убери её с нашей дороги. Вот я и фотку принесла уже, - дрожащими руками обманутая жена извлекла из сумочки снимки ненавистной соперницы.

Прошло чуть больше месяца. Анна исподтишка наблюдала за мужем.Сергей был всё таким же нежным и заботливым отцом. Девчонок её не обижал. Сына обожал. По вечерам копался то в гараже, то в саду, пересаживая клубнику. Как-то вечером вернулся с работы, поужинал, поиграл с Максимкой и сел читать свежие газеты. Анна у телевизора довязывала Настёнке новую кофточку, когда в соседней комнате раздался грохот. Побежала туда. Бледный Сергей опрометью выскочил вон, запнувшись, снёс тумбочку у двери. Бегом к машине и уехал неизвестно куда. На полу валялась смятая газета. Аршинные буквы заголовка кричали: «Трагедия в горах».

«Вчера трагически погибла корреспондент областной газеты «Огни N-ска» Ирина Ставская…» И портрет. Она. Разлучница. Анну заколотило от ужаса: «Я не хотела, не хотела, чтобы так!»

Леонтьевна молча встретила её на пороге, выслушала не перебивая и сухо отрезала:
- Ты хотела, чтобы я её убрала? Хотела. Я тебя предупреждала, девонька, помнишь? Ты ЕГО разбудила. Не взыщи теперь. Не я это сделала. А ОН. И ответ не мне, а тебе держать. Всё. Уходи. Помочь тебе я не могу. Стара я уже тягаться с НИМ.

За несколько дней Сергея словно подменили. Похудел, ослаб, глаза потускнели и ввалились. А через месяц на него было страшно смотреть. Словно душа его вознеслась на небеса с той, другой, любимой… И на Земле осталось только бренное, пустое тело. Односложные ответы: да, нет. Полная отрешённость. Только беря на руки маленького сынишку, он оживал ненадолго. Анну просто не видел, смотрел сквозь неё.

Верка, с которой Анна поделилась, как на духу, буквально затряслась,перекрестилась и потащила подругу в церковь. Но та в храм войти не смогла: будто неведомая сила преградила ей путь…

Из сводки дорожно-транспортной полиции: «20 августа 2007 г. на пересечении проспекта Победы и улицы Чернова произошло ДТП. Водитель автомобиля Мицубиси-Паджеро г-н Р-ов не справился с управлением. В аварии погибло два человека: водитель и его двухлетний сын. Жена погибшего в состоянии шока доставлена в городскую больницу».

Через три дня пострадавшую, повторявшую без конца одну и ту же фразу: «Я разбудила дьявола…», перевели в областной психоневрологический диспансер…