Леонета Рублевская. Теория узнавания

 

Всякий раз, попадая на какое-то зрелище, встречу, концерт, выставку, я стараюсь взять как можно больше сопроводительной информации. Да и многие так делают, потому что наличие оной часто помогает восприятию. Скажем, что бы вы делали, если б пришли на художественную выставку, глядели на картины и не знали ни одной фамилии авторов?! Или на оперу, балет, где для вас неизвестные актеры исполняли прекрасные арии и виртуозные танцы неизвестных для вас авторов... Безусловно, можно просто довольствоваться происходящим, но дополнительная информация, согласитесь, все же необходима.

Не так давно в Форт Лаудердейле – городок рядом с Майами - происходила арт выставка. Я блуждала между палатками и с удовольствием рассматривала произведения искусства, которые здесь представляли многие местные мастера, а как подсказала мне дополнительная сопроводительная информация, не только Флориды. Я развернула карту-схему выставки и стала знакомиться с ее расположением: мол, где-кто-что выставляют... И, как бывает уже не первый раз, наткнулась на фамилию, которая просто заставила обратить на себя внимание. Это сработала моя так называемая «теория узнавания». Ну, скажите, что будет делать русский человек, встретив знакомую фамилию? Обрадуется! Конечно! Захочет пообщаться с ее обладателем! Конечно! Вот это случилось и со мной. И хоть фамилия для меня была на самом деле незнакома, но ее созвучие говорило мне о том, что этот Михаил Кивачицкий – «наш человек!» Я немедленно разыскала палатку, в которой выставлял свои работы художник, и закинула удочку. Конечно,  данная фамилия могла меня и подвести, но все равно – я чувствовала, что я почти у цели!

«Нашим человеком» оказался профессиональный художник, приехавший на флоридскую выставку из Калифорнии, где живет уже несколько лет. Мой первый вопрос к Михаилу был: «Говорите ли вы по-русски?» «Конечно!» - услышала в ответ.

Я поняла, что промашки не произошло,и окинула взглядом работы, которые были выставлены моим новым знакомым на всеобщее обозрение. В данном случае очень хотелось выяснить для себя: как на этом «всеобщем» горизонте смотрятся русские. Тут нужно сделать сноску, что в Америке под «русскими» понимают людей разной национальности, приехавших «оттуда», из бывшего Советского Союза. Как я выяснила позже, Михаил приехал из Киргизии, где жил и учился и где получил свое первое признание как скульптора. Его ранние работы и ныне можно найти в Национальном музее Бешкека и даже в городском парке. А уже по мере взрастания его мастерства, - и не только в скульптуре, - география признания разширялась: и некоторые другие музеи в нашей бывшей стране, и за рубежом, и частные коллекции многих стран являются обладателями работ молодого художника.

Чем же они интересны для всех?

С первого взгляда мне стало понятно, что здесь беглым осмотром не обойтись. И те несколько картин, и то немногое количество малой скульптуры, выставленные здесь,  на флоридской выставке, просто не поддавались оценке «с первого взгляда». Это были произведения, которые требовали времени, особого внимания к себе; они заставляли думать, приглашали себя расшифровывать. Портреты, скажем, представляли собой не просто разноцветное полотно с красивенькими лицами, а образы, которые нужно было понять, углубиться во внутренний мир персонажа, ну и, конечно, автора. Кстати, именно персонажи присутствовали на картинах. Мне так и рисовалось в моем воображении, как подымается занавес и, освещенный лучами света, выходит к нам, зрителям, театральный герой... Он несет нам свою жизнь – свои радости и страдания; шаг за шагом открывает свою душу... Вот как та девчушка в голубом и с такими же голубыми глазами, - воплощение ангела, - прижимающая к себе музыкальный инструмент...  А может она и есть ангел? Художник поймал ее в момент мечтания о чем-то сокровенном, - ее взгляд, застывшая поза излучают это приятное состояние. Как трепетно оно! Кажется: пошевельнись это юное созданье, и ее мечта упорхнет вместе с птицами на ее шляпе и плече!..

- Михаил, мне кажется, что ваши герои очень театральные, почему? – вырвался мой вопрос к автору.

Михаил ответил мне не сразу, так как был окружен многими посетителями, желающими выведать секреты его творчества. Все засыпали его разными вопросами. И он очень терпеливо, спокойно, рассудительно, отвечал каждому: мол-де увлекаюсь философией, восточной преимущественно; мол-де хочу познать бытие мира и сознание человека; мол-де стараюсь облачить эти мысли в своем творчестве...

«Театральные?, - переспросил он, наконец, меня, - может быть! – И отшутился: вся наша жизнь – большая сцена!» А потом подошел к портрету и сказал: «Когда рисовал, не думал об этом!»

Произведений на данной выставке было немного, а мне захотелось увидеть еще работы Михаила. Он дал мне кое-какие материалы о себе и адрес своего веб сайта. Уже позже из этих источников я и узнала, что имя  художника довольно известно, его творчество хорошо знают в арт-кругах. Михаил участвует во многих выставках, конечно же, много трудится, совершенствует себя. Он – престижный, покупаемый автор. А одна из его скульптур находится в Белом Доме... Не каждому художнику выпадает такая удача!

И для меня встреча сним была тоже удачей. Я порадовалось своей «теории узнаваемости», которая дала мне возможность познакомиться с еще одним моим соотечественником, - талантом признанным и успешным!

*    *   *

Еще одно любопытное знакомство произошло в моей жизни, благодаря моей «теории узнаваемости».

Я вспоминаю, что как-то, просматривая местные газеты, поймала фамилию «Posnak». «Уж ли не наш ли этот Позняк?» – подумалось мне. Ответом на вопрос послужило посещение представления, на которое приглашал этот самый «Позняк».

И вот представьте: крошечный концертный зал на территории небольшого, но очень уютного Ботанического сада, который находится сразу же напротив одного из входов в Центральный выставочный зал на Майами Бич (Convention Center). Концерт и лекция о классическом джазе в исполнении мировой известности пианиста, знатока и педагога, доктора Павла Позняка. Кропотливо и виртуозно, ноту за нотой мастер нес аудитории музыкальные сокровища. Он исполнял произведения Гершвина, Мортона и Валлера совершенно так, как были они описаны самими известными виртуозами, воскрешая бережно каждые нюансы их  джазовых импровизаций и воспроизведя их манеру исполнения. По ходу исполнения он вел очень интересную и познавательную беседу о самих пианистах, которые сложили историю американского джаза.

Честно скажу, что я не ожидала присутствовать на столь уникальном мероприятии! Да и каждый, кто находился в зале в тот незабываемый вечер, был просто ошеломлен происходящим. Об этом свидетельствовали не только овации постоянно возникающие по ходу концерта и особенные - в конце, а и то, как долго не отпускали они известного пианиста после концерта, пытаясь поделиться впечатлениями, высказать свой восторг и признание. Постаралась пробиться к нему и я. И первым моим вопросом был: «Вы – русский?»

ПОЗНЯК: Я родился в Нью-Йорке, поэтому считаю себя нью-йоркцем. А мои родители были из Одессы. И семья моей жены – тоже оттуда. Так что, с другой стороны, - я вроде, русский. Я никогда не говорил по-русски. Но когда, например, играю Рахманинова, очень глубоко чувствую его музыку...

Здесь, в Майами, мы уже долго живем всей семьей и работаем. Я – профессор в Майамском Университете, музыкальной школе, у меня очень много учеников, которыми я горжусь. А помимо преподавательской деятельности я, конечно, очень часто выступаю.

-  Джаз долгое время был запрещен в нашей бывшей стране. Считали, что он очень дурно влияет на воспитание советского человека. Хотя те, кто любил его, все равно находили возможность читать о нем и слушать произведения известных джазовых пианистов. Для вас джаз – вся жизнь?

ПОЗНЯК: Это, в первую очередь, музыка. А прекрасная музыка хороша в любых жанрах. Иногда в своем концерте я даже соединяю классическую музыку и джаз, играю Рахманинова, Шопена и... Гершвина. Я и студентов своих учу использовать музыку широко, иначе из них не получатся хорошие композиторы и исполнители. И у меня в свою очередь были великолепные преподаватели, которые научили меня любить разную музыку. А это помогает мне по сей день легко делать музыкальные импровизации, оранжировки... Как бы выполнять по ходу некие искрящие музыкальные прыжки! Джаз очень хорошо, например, чувствуют дети. Это как занимательная игра!

*    *   *

...Не хотелось заканчивать разговор с Павлом Позняком – человеком очень увлеченным и удивительным. Но я чувствовала, что все же время ему дать отдых после продолжительного концерта и многочисленных интервью. Я попрощалась с ним и вышла в сад, где побродила немного, глядя на цветы вокруг, красивые пальмы. Какое прекрасное соединение – музыка и природа! Чудесный вечер!

Да, спасибо моей теории узнаваемости, которая подарила мне еще одно прекрасное знакомство.

P.S. Для тех, кто, как и я, интересуется сопроводительной информацией, сообщаю адреса сайтов, где можно найти дополнительную справку о моих знакомых:

сайт художника Михаила Кивачицкого -  www.mishastarart.com;

и известного пианиста Павла Позняка -  www.paulposnak.com.

Фото автора