Зиновий  Сагалов. Слушается дело о покушении на тело

Раешник на темы III Рейха


-0-

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Лео
Ирена
Судья
Секретарь
Адвокат
Давид
Г-н Гете
Доктор
Свидетель
Д-р Гильотен
Фрау Эн
Соседи


Нюрнберг, март 1942 года



1. Судья и секретарь

С у д ь я. Слушается дело! Слушается дело! Слушается дело о покушении на тело. Над ним надругались, оно обесчещено - святое арийское тело женщины! Секретарь, доложите!
С е к р е т а р ь. Ваша честь, все, что желаете, у нас уже есть: веревка – такая, что не оборвется, пуля – такая, что не промахнется.
С у д ь я. Этого мало! Мне нужно, чтоб нация задрожала от справедливого гнева и ярости.
С е к р е т а р ь. Но ведь наш подсудимый в глубокой старости.
С у д ь я. Я чт о-то не пойму тебя, секретарь. Одну щеку набили, теперь другую ударь?
С е к р е т а р ь. Что вы, разве я пастор христолюбивый? Я в партии пятый год!
С у д ь я. Тогда слушай меня и заткни свой рот! Эту скотину я хочу подвести под гильотину!
С е к р е т а р ь Гиль…гиль…гиль…отину?
С у д ь я. Чего заплетается твой язычок? Мы войдем в историю, дурачок. Есть подписанный фюрером указ. Мы, выходит, первые. Нация смотрит на нас!
С е к р е т а р ь. Понял, ваша честь, сделаем, как скажете.
С у д ь я. Пусть наточат нож, все винтики смажут .А мы потихоньку с преступником разберемся. Немножко по - серьезному, немножко посмеемся.


2. Судья, Секретарь и Лео.

С у д ь я. Садись. Объявляю тебе для начала: дело слушается на заседании Особого трибунала. Нюрнберг, 10 марта 1942 года. 15 градусов выше нуля, солнце, легкие перистые облака, замечательная весенняя погода. Тебе все ясно?
Л е о. Ясно.
С у д ь я . Ну и прекрасно.Тогда отвечай. Не ври. Не размазывай. Точно и кратко. Кто ты такой и как дошел до блуда и разврата.
Л е о. Какого разврата, ваша честь?
С у д ь я. Суд докажет тебе, извращенец, кто ты на самом деле есть. Отвечай.
Л е о. Я Лео Каценбергер…
С у д ь я. Уже соврал. «Леман» - так в метрической книге тебя раввин записал. А ты христианское имя просто взял и украл.
С е к р е т а р ь. А за воровство в нашем законе параграфов сто.
Л е о.Так зовут меня товарищи и друзья. Неужели на выбор имени прав не имею я? Я Лео Каценбергер ,родился в Масбахе, 69 лет. Владелец обувной фирмы … Впрочем, когда-то была, теперь ее нет...
С у д ь я. Большой был гешефт, доходы жирны. Сколько магазинов было у фирмы?
Л е о. Тридцать… Да что теперь вспоминать.Там теперь другие владельцы.
С у д ь я. Истинные немцы!
Лео. А за этим 30 лет безупречной работы.
С у д ь я. Безупречной? Читаю рекламу твою: французские туфли, итальянские боты…Вся обувь, выходит, у тебя заграничная? Скажи, это разве патриотично? Вот мои туфли. Их сделал немецкий рабочий в Берлине. Купил до войны, ношу и поныне. Хочешь- станцую, хочешь- в лужу стану-железная обувь, никакого изъяну. А тебе было важно обогащение.Ладно, продолжаем. Семейное положение.
Л е о. Женат. Отец двух взрослых дочерей.
С у д ь я. Ну…Чего о самом главном молчишь?
Л е о. О чем, ваша честь? С у д ь я. Ведь ты - иудей.
Л е о. Я этого ни от кого не скрываю. Четвертый год, ваша честь, возглавляю в Нюрнберге еврейскую общину.
С у д ь я. Значит, и развратничал ты по чину! С большим аппетитом и еврейским размахом!Только не предполагал, что все закончится крахом. Ответь суду : фрау Шефлер Герта тебе знакома?
Л е о. Конечно, она арендовала часть моего дома на Шпитлерграбенштрассе. Фотомастерская и квартира.
С е к р е т а р ь. Ты к ней тоже подкатывался, старый кутила?
Лео. Да что вы!... На что разбирательство это похоже? Где мой адвокат?
С у д ь я. Будет тебе адвокат, но немножко позже. Он, понимаешь ли, тоже еврейской нации. А посему не имеет права выступать в суде, он лишь может давать консультации. Сейчас тебя консультировать нечего .Явится он, но не раньше вечера…Итак, на чем ты остановился ? От фрау Герты , значит, ничего не добился?
Л е о. Не добился, потому что и не пытался…
С у д ь я. Ты младшей сестренки ее дожидался? Старшая вскоре съехала …И вместо нее новый ангел явился?
Лицо Лео преображается.
Л е о. Да, ваша честь, да! Будто в сумрачном небе загорелась звезда.
С у д ь я. Ха-ха-ха! Вот как запел! И как звали ее, старый хрен?
Л е о. Ирен!

3. Просцениум слева.
Появляется Ирена. У ног ее огромный чемодан.
Музыка
.

И р е н а. Как я рада, повезло мне крупно –
Это судьбы моей успех:
Я сегодня из маленького Губена
Переехала в Нюрнберг!

Ах, какие на улицах машины!
Ах, какие высокие дома !
Как нарядны дамы и мужчины-
Я сегодня сойду с ума!

Мне сестренка Герта оставила
И квартиру, и фотоателье.
И по всем законам и правилам
Я хозяюшка здесь уже!

Так владелец дома сказал мне,
Даже помог занести чемодан.
Я, сдается, ему понравилась,
Прямо обалдел от меня старикан!

Что ж, я умею за две минутки
Каждому мужчине голову вскружить.
Только, конечно, ради шутки-
Чтобы веселее было жить!

4.Судья, Лео, Адвокат и Секретарь

С у д ь я. Итак, осквернение расы началось с чемодана… Не находит ли суд, что это довольно странно: какой изощренный, понимаете ли, еврейский ход придумал этот урод!
А д в о к а т . Протестую! Прошу моего подзащитного не оскорблять.
С у д ь я. Блядь? Что сказал адвокат? Или мне послышалось? Во Дворце правосудия? Такое бранное слово? Выйди, еврей, из зала, остынь, потом пригласим тебя снова.
Адвокат выходит.
Продолжим разбор. Секретарь, покажите вещдоки.
С е к р е т а р ь. Вот чемодан. Тот самый. Тяжелый, глубокий.
С у д ь я . Как и владелец его -глубокий… но только старик. Взялся за чемодан и забыл про свою непременную грыжу. Еврейскую грыжу. Она в паху, да-да, справа, я ее отсюда вижу. Ладно. Введите Свидетеля номер один.


5. В зале суда.
Входит Свидетель.

С у д ь я .Ты гражданин Германии?
С в и д е т е л ь. Ну да, гражданин.
С у д ь я. Ариец? С в и д е т е л ь. Яволь. По папочке и по маточке.
С у д ь я. Клянись говорить только правду!
С в и д е т е л ь. Клянусь!Только я… Ой, отпустите, а то я от страха ус…сусь.
С у д ь я. Затяни пояс, болван. Покрепче. Узнаешь чемоданище этот?
С в и д е т е л ь . Чего уж тут легче?
Судья .Можешь подтвердить это?
С в и д е т е л ь . Беспременно. С ним приехала, помню, хоть было давненько, фрау Ирена.
С у д ь я . Фрау Ирена? О, как интересно! И как же встретил ее дамский угодник? Наш греховодник?
С в и д е т е л ь. Сразу же схватился за ручку…
С у д ь я . Великолепно! За чью? Уточни. С в и д е т е л ь. Да за ручку того чемодана и попер его, значит, в комнату фрау Ирены , аж до дивана.
С у д ь я. Стоп!
С в и д е т е л ь. Потом сказал «ух!» и вытер со лба пот.
С у д ь я . Хватит!.. «Лоб» и «пот» изымите из протокола. Вот!!! Таким-то образом и разгадали хитроумный ход этого бонвивана: от чемодана прямиком до дивана!
С е к р е т а р ь. Неплохое начало романа!
С у д ь я . А диван- это уже намек.
С е к р е т а р ь. И не только. Позвольте еще вещдок.
С у д ь я . Книга?
С е к р е т а р ь. На диване лежала. В ней порок и разврат.
С у д ь я .Разложил для девчонки невинной, вот гад!

6.Просцениум слева. Появляется г-н Гете в старинном камзоле, рукава отделаны кружевом.

Звуки менуэта.

Г е т е . Здесь судят кого-то? А где адвокат? Боже ты мой, и это в двадцатом-то веке! У нас больше радели о человеке.
Г о л о с С у д ь и. Кто вы такой? Немедленно вон! Охрана!
Г е т е . Я пришел защитить честь читателя «Западно-восточного дивана», моего сочинения.
Вбегает Лео.
Л е о. Господин Гете, господин Гете! Я так и знал, что вы придете! Я подсудимый. Меня обвиняют в том, что лежал на моем диване или комоде стихов ваших избранных том, с закладкой на той странице, где вы, обращаясь к девице,писали :
Она влекла…

Г е т е . Она влекла… И целуя, и лаская.
Ножки стройны, грудь бела,
Были упоенья рая.
Были? -Да. -В каком краю?
В том! Вошла, околдовала,
Отдалась -и жизнь мою
К сновиденью приковала.

Мне было столько, Лео, сколько и тебе.
Но я был юн, встречая с ней рассвет.

Л е о. А я любовь свою таил в себе,
Я знал, что для нее я стар и сед.
Я любовался ею, как хрустальной птицей,
Боясь ее нечаянно разбить.
Я мог часами на нее молиться,
А без нее – стонать и выть.

7.Снова зал суда.

С у д ь я. Как будто кто-то посторонний здесь шуршал?
С е к р е т а р ь. Нет, ваша честь , охрана стережет судебный зал.
С у д ь я . Свидетель, продолжайте ваш рассказ. О том, что ухо слышало, о том, что видел глаз.
С в и д е т е л ь. Вот у меня тетрадка - для полного, значит, порядка. Заметил случай разврата - тут ему час и дата. ( Листает тетрадку). Старик в рот ей совал конфеты… Оба до упаду смеялись. Дымили в окно сигаретами и никого не стеснялись.
С у д ь я. Выпивали ?
С в и д е т е л ь . Было…По-моему, кофе «мокко». Я это заметил.
С у д ь я.С коньяком или с ромом? Говорите смелее.
С в и д е т е л ь.Как вы сказали… И с тем и с этим…
С у д ь я. И она захмелела?
С в и д е т е л ь. Совсем обалдела!
Л е о. Он лжет, ваша честь, лжет снова и снова.
С у д ь я. Подсудимый, я вам не давал еще слова!
Лео. Мне доктора запретили пить…
С е к р е т а р ь .А арийских девушек тебе не запретили любить? В«крайслер» он ее посадил. И покатил…
С у д ь я. Далеко? В лесочек? На озеро?
С в и д е т е л ь. Вот этого, ваша честь, врать не буду, не наблюдал. Во дворе, разинувши рот , я стоял. А шофер увидел, что я гляжу, развернулся и притиснул меня к гаражу. Нарочно притиснул, чуть ребро не сломал.
С у д ь я .Негодяй! Жидовский прислужник! От врача справку взял?
С в и д е т е л ь. Никак нет, ваша честь, не догадался. Ой, отпустите скорей, кажется, я… уссался…


8. Просцениум справа. Коридор суда .
Секретарь, Адвокат

С е к р е т а р ь . Господин адвокат! А д в о к а т. Макс! Мы же в коридоре, к чему формальности эти? Вспомни, мы же учились с тобой на одном факультете!…
С е к р е т а р ь . Господин адвокат, судья приказал: вы можете сейчас вернуться в зал.
А д в о к а т. Спасибо, старик…Помнишь ,как в келлере …Где это
было? …Мы назюзюкались вместе с крутыми девицами, светскими львицами до положения риз.
С е к р е т а р ь. Остановись! Под сводами этими не рекомендуется вспоминать о прежних годах.
А д в о к а т . Здесь царит только страх?
С е к р е т а р ь . Возможно. А для евреев, как ты, страх двойной.
А д в о к а т. Максик, ты что, издеваешься надо мной? В чем моя нация виновата? Мне же вот доверили диплом адвоката! А ты…
С е к р е т а р ь. Хочешь напомнить, что я недоучка? Да, диплом дорогая штучка
для сына солдата, инвалида войны.
А д в о к а т . Несправедливо, согласен, но нет в этом нашей вины. С е к р е тарь. Не будем копаться, есть или нет. Могу, если хочешь, дать совет. Защищая еврея, думай прежде всего о себе. Не трать свои силы в неравной с нами борьбе. Не умничай, не усердствуй, не прекословь. Не раздражай господина судью, не порть ему кровь…
А д во к а т .Послушай, но ведь я адвокат!
С е к р е т а р ь . Не поймешь – пожалеешь потом.
А д в о к а т. Как, скажи, защищать человека с завязанным ртом? С е к р е т а р ь. Защищать! Это право изъято у лиц вашей нации. Судья ведь сказал: ты можешь давать лишь одни консультации. Твоему подзащитному все равно ничего не поможет. Этот судья его уничтожит. Мозг его написал приговор, палач уже точит свой топор.
Мы все играем одной командой,
Каждый делает то, что надо.
Как в футболе - чувство плеча.
Пас одному, передача другому
Мы все играем на палача.
С правилами игры все знакомы.
Только вместо мяча голова.
Так спасут ли слова ,если прямо в ворота летит голова? А?



9.Просцениум слева.

Лео в камере.
Лязг железных дверей. Входит Доктор.


Д о к т о р. Прошу прощения, пиджак снимите.
Дышите… Не дышите… Дышите…Не дышите…
И легкие, и сердце, как у здорового мужчины.
Полностью годитесь¸ дорогой, для гильотины.
Пишет.
Л е о. Что?!
Д о к т о р. Да, дорогой, для гильотины.
Я должен освидетельствовать вас,
Чтоб не упали в обморок вы сдуру,
Чтоб не изгадили свой смертный час,
Чтоб, в общем, выдержали эту процедуру.
Глаза закройте, а теперь откройте.
Как спите вы, как мочитесь? Нормально?
В области шеи ничего не беспокоит?
Ни ранок, ни порезов. Идеально.
Я на полставки здесь… И смертников готовлю и больных лечу.
Забот и дел по горло. Завидую порою палачу.
За миг один 120 марок схватит.
А мне за месяц столько не заплатят!


10. Просцениум справа
Лео и Ирена. Она в солнцезащитных очках, играет зонтиком

Л е о. Не правда ли, мило здесь, а?
И р е н а. Удивительно !
Л е о. Ты слышишь, как птички поют? И р е н а . Восхитительно!
Л е о. Я вижу, не рада ты этому озеру, да? Ты не рада?
Гляди, как рождается радуга из брызг водопада.
Как ивы склонили над самой водой свои головы,
И старые вязы, смотри, по-весеннему молоды. И р е н а. Ой, добрый мой Лео, вы просто поэт.
Л е о. Пописывал вирши с семнадцати лет. И р е н а.И туфлями успевал торговать?
Лео. Что делать, мой ангел, отцовское дело сын старший обязан был продолжать.
Вступает музыка.
И р е н а. А я вот из Губена, маленького города,
Там эта природа на каждом шагу.
Но сгубить из-за этого молодость
Не пожелаю и врагу.
О б а. Поворот направо, поворот налево-
Были мы захвачены веселой игрой!
-Ты была прекрасной, как королева,
-Потому что рядом был король
И р е н а. Ах, как мы с вами на «крайслере» гнали-
45 лошадиных сил!
Нам людишки руками махали-
Это праздник мечты моей был.
О б а. Поворот направо, поворот налево-
Были мы захвачены веселой игрой!
-Ты была прекрасной, как королева,
-Потому что рядом был король!

Они слегка подтанцовывают
Музыка обрывается…

И р е н а. Ой, дядюшка Лео, милый мой друг! Глядите-ка…я только что оступилась…И вот…кажется…сломался каблук… Ах, беда, скажите на милость…Как же добраться мне до машины?
Л е о. Могу предложить тебе руки мужчины. И р ена. О.верный мой рыцарь! Я могу опереться?
Лео. Конечно, мое сокровище…Конечно, мое сердце…




11.Судья, Секретарь, Адвокат и Лео

С у д ь я . Ну, ну, продолжай…
Л е о. На обратном пути нам пришлось в магазин моей фирмы зайти. С у д ь я. На Каролиненштрассе, 24.Знаем, знаем.
Л е о. И подобрали там туфли .
С е к р е т а р ь . Лакированные, высшего класса, с черно-синим отливом.
А д в о к а т. Ваша честь, обычные туфли…
С у д ь я . Не надо быть лживым, господин адвокат. Немедленно возьмите эти слова назад.
А д в о к а т. Беру. Я ошибся. Мерили туфельки всевозможные и выбрали самые дорогие, самые роскошные. И мой подзащитный их самолично на ножке Ирены померил.
С у д ь я . Ах, дамский угодник! Ах, старый мерин! И сколько ж за туфли заплачено марок? Л е о. Нисколько. Я сделал Ирене подарок.
С у д ь я. Она рассчиталась с тобой поцелуем? С е к р е т а р ь. Двойным или тройным? Ха-ха-ха!
Л е о. Нет, ваша честь, за поцелуи мы не торгуем.


12. Просцениум справа.

Лео и Давид.

Д а в и д . Мой Лео дорогой, скажу тебе как брат: ты должен прекратить свиданья эти. Л е о. Нет, ни за что на свете! Ты, может, скажешь, в чем я виноват?
Подумаешь, конфеты, крем для рук, цветочки…
Д а в и д . Ухаживанья эти ни к чему: она по возрасту тебе годится в дочки. Л е о. Ты прав, Давид…Быть может, понимаешь, потому … С отъездом Лии, дочери, мне в доме стало тесно - нет песенок ее, все как-то кисло, пресно… И вот судьба послала мне Ирен… Господь, прости меня, что я попал к ней в плен. Чуть голосок ее услышу, чуть локон белокурый вижу…Лечу, как бабочка, на свет….
Д а в и д . Остановись!
Л е о. Ах, к черту годы! Луч от звезды далекой шел мильоны лет, чтоб дать мне в старости глоток свободы.
Д а в и д. Прости, но он и разума тебя лишил. О фирме, о семье ты позабыл ради девчонки этой.
Л е о. Не смей так говорить, не смей.
Д а в и д. Забыл, что ты не немец, ты – еврей. Газета «Штюрмер», вот…
Л е о. Листок вонючий!
Д а в и д . Призвала массы..

Л е о. Следить за чистотою расы?
Д а в и д. Лишить евреев фабрик и домов.
Л е о. Что ж, в мире много глупых, грязных слов.
Д а в и д. Слова становятся делами. Висит дамоклов меч над нами. Над нашими седыми головами висит.«Арийку соблазняет жид»- так, братец мой, соседки во дворе твердят…Хозяевами жизни стать хотят, а нас на свалку. Так не дразни, глупец, гусей.
Л е о. Прогнуться? Ни за что!
Д а в и д. Благоразумным должен быть сейчас еврей! Висит дамоклов меч над нами, над нашими седыми головами. Забудь о ней… Забудь о ней…



13.Просцениум слева.

Лео и Ирена в театре. Ирена обмахивается веером.

Музыка из третьего действия оперы Пуччини «Тоска».


И р е н а . Дядюшка Лео, на ваших глазах слезы… Л е о. Да, милая…Самая тяжелая сцена… Сейчас выведут из тюрьмы Каварадосси. Невинного, для казни, для расстрела.
Звучит ария Каварадосси :
«Горели звезды, благоухала ночь…»…
Ирена кладет ладонь на его руку.
И р е н а. Не плачьте, дядюшка Лео, не бойтесь. В театре все понарошку, он не умрет. Как только занавес за ним закроется, он встанет и пиво пить пойдет.
Лео. Глупенькая, артист, может быть, и пойдет, а Каварадосси лежать останется.
Ирена. И даже Тоска его не спасет?
Лео. Она, безумная, за ним бросается с башни в реку забвения Лету…
Ирена. Чтоб утопиться? Нет, пуля лучше: хлоп и нету.
Лео. Хлоп и нету…


14. Судья, Адвокат , Секретарь, Ирена

С у д ь я . Слушается дело, слушается дело, слушается дело о покушении на тело!
С е к р е т а р ь. Вызывается лицо следующее, в нашем деле сведующее.
Входит фрау Эн.
С у д ь я . Вы фрау Эн?
Ф р а у Э н. Да. Я соседка подсудимой Шефлер Ирен.
С у д ь я . Что можете сказать по данному делу?
Ф р а у Э н. Вы знаете, у всех нас прямо в душе кипело, когда мы видели, как этот старый еврей каждый день открыто захаживал к ней.
А д в о к а т. Позвольте, но ваше окно выходит на север, а окно фрау Шефлер – на юг.
Ф р а у Э н. Ты что, географии меня учишь, друг?
С у д ь я . Действительно, господин адвокат, ваша реплика не относится к делу.
А д в о к а т. Извините, ваша честь…
Ф р а у Э н . Разъясняю ему: через зеркало я смотрела. Установила на подоконнике, убираюсь , а сама поглядываю, что делают наши любовники.Пару раз он сидел и как - будто что-то писал.
И р е н а. Декларацию для налоговой составлял.
А д в о к а т . Ваша честь, он в молодости немножко работал бухгалтером.
Ф р а у Э н. Вот тут, за бюстгальтером, ласкал он ее жадным взглядом. А она, подсудимка, к нему притиснулась рядом. Никакой декларации я не видала.
С у д ь я. Что дальше по делу?
Ф р а у Э н. Вам этого мало? Пишите: однажды она его поцеловала!
С у д ь я. О ! Вот это улика!
И р ен а. Не отрицаю. Такое было. Я себе шелковое платье купила. Шик- электрик, глубокий здесь вырез, воланчики, приталенный покрой. Ну и стоило оно, конечно, ой-ой-ой! Все денежки вбахала , но платьичко это купила ,пошла на танцульки – всех баб обломила! А вот счета оплатить денег нет. Тут и началось! Отключили газ, отключили свет. Сижу и вою над своей горемычной судьбою. Отнесла в ломбард фотоаппарат .Заплатила за газ, заплатила за свет. А аппарата-то нет . Как работать, как жить - не знаю. Сижу и опять рыдаю. А мимо дядюшка Лео как раз проходил. Услышал и все долги мои в тот же день оплатил. Даже поехал в ломбард и выкупил фотоаппарат! Конечно, я ликовала. Взяла и поцеловала!




15.Просцениум слева.
Лео и Ирена с фотоаппаратом.
Музыка
.
И р е н а. Вернулся назад
Фотоаппарат!
Из плена вырвался друг.
Я его теперь,
Дядюшка, поверь
Никогда не выпущу из рук.
Щелкает затвором, кружась и приседая.
Л е о. Почему ты раньше не сказала,
Что теперь клиентов стало мало?
И р ена. Разве вы мне можете помочь?
Л е о. Сделай мне портрет.
И р е н а. О, я не прочь!
Щелкает затвором фотоаппарата.
Л е о. А теперь еще один, с очками.
Вспышка молнии, щелчок затвора.
А теперь я улыбаюсь даме.
Вспышка молнии, щелчок затвора.
В профиль сняться я теперь хочу.
А теперь я злюсь….Я хохочу…
Вспышки молний, щелчки затвора.
Лео и Ирена смеются.

Всю семью пришлю к тебе сниматься.
Теток, дочерей и даже братца,
Чтобы перестал, глупец, бояться
Наших встреч с тобою во дворе.

Предков снимешь наново с картины ,
А мои кузены и кузины,
Даже все евреи из общины
Станут завтра в очередь к тебе.
Хохочут.
И р е н а.Спасибо, дядюшка Лео! Выручили! Вы заботитесь обо мне, как мой папка! Я люблю вас!
Бросается к нему на шею и целует. И вдруг отпрянула.
Навела на него фотоаппарат., опустила.Губы дрожат.

Лео. Что с тобой девочка?
Ирена. Тебе …отрубят… голову.

16.Просцениум слева.

Брат Давид с сумкой через плечо.
Появляется Ирена. Она в плаще.
Взволнована. Подбегает к Давиду
.

И р е н а. Давид, скажите, почему его вчера арестовали?
Д а в ид. Поймете, фройлейн, вы едва ли, за что ваш друг попал в тюрьму. Не вас касается проблема.
И р е н а. Давид, я знаю, что вчерашней ночью громили хулиганы магазины. Я видела разбитые витрины. И озверевших молодых людей. С нацистской свастикой на рукавах. Д а вид. Пять магазинов наших пострадали. А Лео в ту же ночь арестовали. Он за решеткой, фрау, как еврей. И р е н а. Давид, меня пронзает страх.
Д а в и д. За нас?
И р е н а. За всех…. Призывы на домах немедленно изгнать евреев прочь.
Д а в и д. «Хрустальной »- так уже назвали эту ночь - за стекла битые и за разбитые сердца.
И р е н а. Что с Лео?
Д а в и д. Брата и еще трехсот евреев за город вывезли и били палками – больных и стариков. И заставляли их зубами рвать траву. И р е н а .Зубами?!
Д а в и д . Да. Лизать собачий кал .
И р е н а . О Боже, Лео! Бедный Лео!
Да в и д . Иду сейчас в тюрьму. Мне дали разрешенье с ним повидаться.
И р е н а .Я с вами!
Д а в и д. Нет, нет. Вам пропуск не дадут.
И р е н а. Тогда скажите…передайте : пусть возвращается быстрей. Его здесь ждут… Его здесь ждут…


17. Судья, Секретарь Адвокат и Лео.

С у д ь я . Тюрьма святого Михеля тебя не научила германские законы уважать. Срок отсидел и снова есть причина привлечь тебя к суду и строго наказать.
Л е о. Меня законы ваши разорили!
А д в о к а т (Лео) .Не надо, дорогой мой, клеветать. Вы магазин свой продали, его у вас купили.
Л е о. Теперь мне надо свой же магазин арендовать? Я продал, но не получил ни гроша. Мне руки выкрутили, я и подписал.
А д в о к а т . Ваш аризатор человек хороший, надежный и порядочный, сказал, что как еврею объявили вам бойкот. И если покупатель вновь пойдет, получите вы свой процент. После войны, когда-нибудь.
С у д ь я . Нет, адвокат, закон гласит иначе .Читайте, секретарь. Параграф восемнадцать точка зет.
С е к р е т а р ь . О сроках аризации ни слова нет. Все магазины, все торговые дома, земельные участки, яхты, дачи, складские и конторские строенья, изделия из золота и серебра принадлежат арийцам навсегда.
Л е о. Мой Бог, мне кажется, что я сошел с ума!
С у д ь я . Помогут родственники в Штатах. Ты попроси у тех носатых и богатых, которые Германию бомбят. Ведь ты им помогаешь, гад, в тылу арийских женщин растлевая. Нет, кара ждет тебя такая !...Всем соплеменникам твоим урок! И не поможет вам ни черт, ни бог!


18.Просцениум справа. Подвал дома.

Лео , Ирена и их соседи.
Доносятся взрывы бомб. Соседи пригибают головы.


П е р в ы й . Ого, рвануло!
В т о р о й . Чуть не слетел со стула.
Ф р а у Э н . По вокзалу, что ли?
С о с е д к а . Нет, по школе…
П е р в ы й . Грозят всю Германию сделать адом.
С о с е д к а . Помалкивай, дурень.
П е р в ы й. Снова грохнуло рядом.
Ф р а у Э н (показывает на Ирену и Лео).Мерзавцам этим хоть бы хны :что есть война, что нет войны.
Ирена разворачивает пакет и дает Лео кусочек пирога.
Тот охотно ест – видно, что голоден.

И р е н а . Кухен, пирог, я сама спекла.
В т о р о й . Нас бы не было, тут бы и дала.
Хохот.
П е р в ы й . Только не пирог, а то, что промеж ног!
Взрыв хохота.
И р е н а . Мне страшно, Лео, а если попадут?
П е р в ы й. Еврей-то выкрутится, а тебе капут.
С о с е д к а. Глянь, как друг другу они улыбаются...
В т о р о й. Ага, и при этом прижаться стараются.
Ф р а у Э н. Хватит, лопнуло мое терпение. Буду в гестапо писать заявление.
С о с е д к а . Лучше давайте напишем в суд. Там по закону голову снесут.
С о с е д и .И я подпишу! И я! И я!
Фрау Эн вырывает листок из тетради.
Кто-то дает ей ручку, и она начинает писать.

Ф р а у Э н. «В нашем дворе живет особа легкого поведения…Мы, арийские женщины, возмущены…Шашни с развратным евреем во время войны…»
Грохот бомбежки.



19.Судья, Секретарь, Адвокат и Ирена.

С у д ь я . Итак, целовались вы?
И р е н а. Целовались.
С у д ь я . Когда встречались и расставались?
И р е н а. Нет, ваша честь, один или два раза
С у д ь я. Он этим доводил тебя до экстаза?
И р е н а . Никуда он меня не водил. Просто очень ласковым был.
С у д ь я . Значит, было приятно?
И р е н а . Ну да, а вам что, не понятно? Когда целуются люди, будь они даже судьи, на ихних губах, как от меда, сладко.
С у д ь я. Ну ты и развратка!
С е к р е т а р ь . Написано тут, в заявлении, что сажал он тебя на колени.
А д в о к а т. Это было однажды, в день приезда ее отца.
С е к р е т а р ь. Внести в протокол! Секс в присутствии третьего лица!
С у д ь я . А когда ты вставала с колен, он совал тебе в руки свой член?
И р е н а. Да как вам не стыдно? Что вы такое пишите? Мой папка же рядом сидел, вы это слышите?
С у д ь я . А без папки, на озере, ты ж подставляла ему свои апетитные губки?
С е к р е т а р ь . А он в это время газетку читал? Или, может быть, лазил к тебе под юбки!
Судья и Секретарь хохочут
И р е н а . Да ну вас!
С у д ь я. Не будешь отвечать? Заставим!
С е к р е т а р ь . Посидишь в холодной – быстро мозги тебе вправим.
А д в о к а т . За чистосердечное, фрау Шефлер, признание вам сократят срок наказания.
И р е н а . Да в чем я должна еще признаться? Я уже все сказала.
С у д ь я. Мы знаем, что своего любовника ты на пленку снимала.
И р е н а . Снимала. И не раз. В профиль и анфас. И в разных позах. Во дворе и на озере…
С у д ь я. На озере? Обнаженным? Без брюк?
И р е н а (Секретарю). Послушайте, он случайно не болен, этот ваш друг? Я нашего фюрера тоже снимала. Так что, я его раздевала?
В с е с у д е й с к и е . Фю-ре-ра?!
Судейские вскакивают
И р е н а. Ну да, в оперном театре, на «Клеопатре». Фюрер фото мое получил и письменно даже поблагодарил.
С у д ь я . Подписал лично?

Ирена вынимает из сумочки конверт, из него письмо.
Ирена. Лично!
Судьи передают его друг другу. Совещаются.
В с е с у д е й с к и е . Хайль Гитлер! Хайль Гитлер!
Хайль Гитлер !
А д в о к а т . Преследовать фрау Шефлер теперь не логично.
С у д ь я . В данном конкретном случае я соглашаюсь с мнением адвоката.
В с е с у д е й с к и е . Фрау Шефлер Ирен не виновата. Не виновата!
С у д ь я . Подсудимый пытался растлить ее тело, но арийское тело защищалось умело. Ни за туфельки модные, ни за конфетки оно не продавалось.
В с е с у д е й с к и е . Не продавалось!
С у д ь я. И от рук его потных, и от губ его жадных, как могло, отбивалось.
В с е с у д е й с к и е . Как могло, отбивалось!
С у д ь я. Что ты хочешь сказать, оправданная, покидая тюрьму?
И р е н а . Я хочу закричать. Так, чтоб слышно было только ему. Только ему одному!(Судейским).Отойдите! Я видеть вас не могу. Не мешайте! (Кричит). Дядюшка Лео! Я вас не забуду! Спасибо за все! Я люблю вас! Прощайте!

20. Просцениум справа. Одиночная камера.

Лео лежит на койке, укрытый одеялом.
Возник веселый старичок из 18 века.
Это д-р Гильотен. Он в парике и белых чулках.
Музыка. Гильотен обходит спящего, легко касается пальцами его головы.



Г и л ь о т е н . Не может быть, чтоб я тебе приснился.
Я жил когда-то, много лет назад.
Я тысячам помог расстаться с жизнью.
«Секунда – дело» – так все говорят.

Лео просыпается, садится на койке.

Нож падает, и голова - в корзину-
Будь сам Дантон ты или Демулен.
Я изобрел прекрасную машину-
Я доктор Гильотен, я доктор Гильотен!

Лео встает, ходит по камере не замечая Гильотена.

Л е о. Да, миг один – и все вокруг померкнет.
Живым оставлю я весь шар земной .
И луч звезды, упавший в Нюрнберге ,
Последний раз блеснет передо мной.


Зачем, кому нужна была, скажите
Еврейская седая голова?
Остановите нож, остановите!
Услышь, Господь, мои последние слова !

Одеяло падает с его плеч. Он остается в белой рубахе смертника. Д –р Гильотен исчезает.

Надрывный бой барабанов. Темнота.

В наступившей тишине возникает музыка
- ария Каварадосси
.
Горели звезды, благоухала ночь,
Дверь тихо отворилась…

Лучи света выхватывают фотографии. На них
голова Лео.
Лео смеется ,Лео в очках , Лео с сигарой.
Лео счастлив.


К О Н Е Ц