Владлен Каплун. Запоздалое счастье

 

 Взявшись за руки, ребята ходят вокруг костра, поют комсомольские песни. Всё было, как говорится, чинно и благородно. Ведь в те годы о спиртных напитках школьники и думать – то не смели. Вот такие были времена!...
В какой-то момент, в разгар веселья, когда Людмила оказалась в сторо¬не от всех, неведомая сила подтолкнула Федю, заставила его приблизиться к ней. Даже повязанная пуховым платком, в сестринском пальто, в огром¬ных валенках, она была привлекательна.
– Люда, давай с тобой дружить, мы ведь уже так давно знакомы, и зна¬ем многое друг о друге, – предлагает юноша, не задавая вопросов.
Она спокойно, как будто бы давно ожидая это предложение, посмо¬трела прямо в его карие глаза. В них она прочла смирение, быть может, даже мольбу.
– Мне нужно подумать, поговорим завтра, – произносит она обнадё¬живающим тоном.

Экспедиция двинулась в обратный путь. Добравшись до станции, ре¬бята быстро втащили елку в вагон подошедшей электрички. Красавица-ель была успешно доставлена в школу. Естественно, что там разразился скан¬дал, поднятый физруком, который пригрозил всему составу «елочной экс¬педиции» снизить оценки за четверть. Вместо похвалы, ребят пожурил и ди¬ректор школы, но незабываемое посещение новогоднего леса стоило того.
Фёдор с нетерпением ждал предстоящего выяснения отношений с Людмилой. Интуиция подсказывала, что она не отвергнет его предложе¬ние. И он не ошибался. К тому времени уже большинство её одноклассниц сделали свой выбор и не без гордости делились с подругами впечатлениями о своих любовных переживаниях. А она уже давно в душе симпатизировала этому парню. И девушка решает с ним дружить, не думая о чем-то более серьёзном. К тому же, она понимала, что отличник Федя мог помочь ей подготовиться к выпускным экзаменам, особенно по математике. Давниш¬ней мечтой Людмилы было поступление в медицинский институт, чтобы в будущем стать детским врачом.
На следующий день после похода в лес, дождавшись окончания уро¬ков, сильно волнуясь, Федя подошел к Людмиле.
Ну, как, Люда, ты согласна с моим предложением? – тихо спрашивает он, заглядывая ей в глаза...
Да, согласна я, – также тихо отвечает она. И я прошу тебя, как друга, помоги мне лучше подготовиться к выпускным экзаменам.
Конечно! – радостно восклицает он. Мы можем после уроков оста¬ваться в школе или заниматься у меня дома. А когда станет тепло, можно готовиться к экзаменам на свежем воздухе, в нашем парке.

По всему было видно, что Федя был счастлив. И в этот момент он был готов поцеловать Людмилу. Но юноша мгновенно сообразил, что за это мо¬жет схлопотать пощёчину и испортить всё, о чем только что удалось дого¬вориться с девушкой.
На новогоднем балу Людмила и Федя были всё время рядом. Их одно¬классники быстро сообразили, что отношения между ними стали другими. Немного пошептавшись, девчонки пришли к выводу, что рано или поздно, это так и должно было случиться: оба были внешне привлекательны, оба обладали спокойными, покладистыми характерами. А у мальчишек вообще вопросы не возникали. Ведь Фёдор считался лидером, действия которых обычно не обсуждаются.
Итак, это был их последний новогодний школьный бал. Фёдор и Люд¬мила стараются не пропустить ни одного танца. Они кружатся, лишь из¬редка делая передышки. Всё было так хорошо. В момент, когда они стояли и увлеченно обсуждали план проведения зимних каникул, молодые люди увидели приближающегося к ним парня, высоченного роста капитана ба¬скетбольной команды школы.
– Прошу вашу ручку, мадам, я приглашаю вас на танец, – говорит, на¬клонившись к девушке, пришелец.
Людмила презрительно глянула на небрежно одетого и, вероятнее все¬го, выпившего парня.
– Извини, как видишь, я занята! – резко отвечает она.
Не ожидавший отказа, баскетболист задумывается и, скрестив руки на груди, нервно похлопывает по полу носком туфли. Фёдора он явно игнори¬рует, как будто бы его вообще нет.
– Так, хватит ломаться, дай твоему кавалеру отдохнуть, – окончатель¬но наглея, говорит парень, глянув сверху вниз на Фёдора уничтожающим взглядом.
Ну, это было уж слишком. Неприкрытое хамство возмущает Федю, об¬рывает его терпение.
– Отстань, вали отсюда! – очень громко восклицает он.
– Что? Ты это мне?! – угрожающе и ещё громче зарычал парень и по¬пытался схватить соперника за шею…
Но не тут то было. Федя мгновенно разводит обе руки «врага» в сто¬роны, и, если бы не подоспевший вовремя преподаватель физики, то он нанёс бы наглецу сокрушительный удар головой. Учитель, быстро разо¬бравшись в обстановке, уводит хулигана, после чего тот больше не по¬является. Инцидент был исчерпан, и Федя с Людмилой спокойно продол¬жали веселиться.
После окончания вечера Федя провожал Людмилу домой. Взявшись за руки, они медленно шли по опустевшим зимним улицам. Был довольно крепкий мороз, но холода молодые люди не чувствовали. Говорили о про¬ведении каникул. Они подошли к дому Людмилы, настало время прощания. И снова Федору так сильно захотелось приблизиться к раскрасневшему¬ся лицу девушки. Но, усилием воли, он удерживает себя от этого. Да, это может показаться странным, но он очень дорожил достигнутым, и просто боялся сотворить то, что могло не понравиться его избраннице.
После новогодних каникул Федя начинает осуществлять своё обеща¬ние. Они вместе выполняют домашние задания, он помогает разбираться с наиболее сложными темами. Причем, делает юноша это очень вдохно¬венно, испытывая всё большее влечение к девушке. Теперь Фёдора радует каждая минута, проведённая рядом с его «ученицей». Он уже понимает, что влюблён.
Ослеплённый этим чувством, парень даже не замечает того, что пока, кроме проявления благодарности за помощь в учебе, девушка по отноше¬нию к нему особых чувств не выражает. При всех явных достоинствах Феди, сердце Людмилы пока для него было закрыто.
Благотворное влияние совместных занятий начало сказываться ещё задолго до выпускных экзаменов. Текущая успеваемость Людмилы зна¬чительно улучшилась, что было приятным сюрпризом, как для учителей, так и родителей девушки. К экзаменам молодые люди также готовились вместе. Настойчивость ребят была вознаграждена. Фёдор заработал сере¬бряную медаль, а Людмила получила Аттестат зрелости, в котором не было ни единой тройки.
Наступила долгожданная, но печальная пора расставания со школой. Бал проходил очень весело. В буфете кроме мороженого, бутербродов и си¬тро было даже шампанское. Торжество прошло без происшествий. После его окончания, когда уже светало, взявшись за руки, выпускники пошли по спящим улицам города. Федя всё время был рядом с Людмилой. Ребята тра¬диционно возложили цветы к памятным местам района, после чего начали расходиться по домам.
Федя и Людмила, не торопясь, доходят до парка и садятся на скамей¬ку, утопающую в зелени аккуратно подстриженного высокого кустарника. Лучи только начинавшего подниматься солнца ещё не успели преодолеть ночную прохладу. Федя придвигается к девушке, кладёт руку на её плечо. Она не сопротивляется и даже плотнее прижимается к нему. Обоим стано¬вится теплее. А время стремительно летит.
– Сегодня мы попрощались со школой, а уже совсем скоро расстанем¬ся с тобой, – печально говорит юноша.
– Когда ты уезжаешь? – тихо спрашивает она.
– Пока точно не знаю, завтра иду в военкомат оформлять документы, наверное, там и выяснится день отъезда. Ты будешь мне писать, Людочка?

– Конечно, буду, не сомневайся.
В этот момент Федя поворачивается к девушке, и, крепко прижав её к себе, целует. Это был первый в жизни Людмилы мужской поцелуй. В деви¬чьих мечтах она порой представляла себя Джульеттой, которая, встретив¬шись с Ромео, сольётся с ним в горячем поцелуе. Однако сейчас Людми¬ла не почувствовала того удивительного, страстного порыва, способного вскружить голову. А юноша не замечает этого, он счастлив.
Итак, в жизни Людмилы и Феди начался очень важный, судьбонос¬ный период. Девушка подала документы в Медицинский институт, одно из самых престижных учебных заведений города. Обложившись учебниками, она с утра до вечера упорно готовилась к вступительным экзаменам.
А Фёдор получил направление в Ленинградское Высшее военно¬морское училище, куда его, медалиста, должны были принять без экза¬менов. Ему нужно было лишь пройти довольно строгую медицинскую комиссию. Парень родился и вырос в семье потомственных моряков. Его дед служил ещё в императорском флоте. Отец Феди, капитан второго ранга, служил в военной приёмке завода «Красное Сормово», строившего подво¬дные лодки. Так что выбор юноши не был случайным.
На перроне Горьковского вокзала Федю провожали родители, друзья и, конечно же, Людмила. Перед этим они обменялись фотографиями и обещаниями поддерживать переписку. До отправления поезда оставалось пять минут. Начали прощаться, целоваться с отъезжающим. Федя так пе¬чально посмотрел на Людмилу, что у неё появились слёзы. Он как будто почувствовал, что у них нет будущего, что он прощается со своей первой любовью навсегда.
Вскоре предчувствие Феди начало оправдываться. В своём письме он сообщает Людмиле, что его отец назначен на вышестоящую должность в Ленинградскую военно-морскую базу. В связи с этим их семья покидает город Горький. Далее он пишет, что, скорее всего, они смогут увидеться только через год, во время его летних каникул.
В первые дни после отъезда Феди, Людмила сразу ощущает, что ли¬шилась надёжного друга и помощника. Она подолгу сидит над раскрытыми книгами, не в силах сосредоточиться на их чтении. Но постепенно тоскли¬вое настроение начинает развеиваться. Впереди вступительные экзамены, и она начала настойчиво к ним готовиться.
Экзамены были сданы на хорошо и отлично, и теперь всё решалось конкурсным отбором. С сильно бьющимся от волнения сердцем, Людмила подходит к доске, где вывешены списки абитуриентов, успешно прошедших конкурс. Несколько раз, пробежав по списку счастливчиков, своей фамилии в нём она не обнаруживает. Это была первая, значительная неудача в её мо¬лодой жизни. Забрав из канцелярии института документы, сильно расстро¬енная, с заплаканными глазами, Людмила возвращается домой. Родители с пониманием и сочувствием отнеслись к дочери, всячески её успокаивая.
На семейном совете было решено повторить попытку поступления в этот же институт в следующем году, для чего ещё лучше подготовиться к экзаменам, посещая весной подготовительные курсы. А пока, временно, в связи со сложным материальным положением, родители предложили дочке поработать на авиационном заводе, расположенном всего лишь в десяти минутах езды на трамвае от их дома.
Отдел кадров направил Людмилу в цех, производящий крылья самолё¬тов. Ей предстояло в течение нескольких месяцев освоить процесс клёпки. Огромный цех встречает молодую работницу шипением сжатого воздуха, грохотом пневматических молотков и любопытными взглядами рабочих, обративших внимание на проходящую мимо стройную, очень симпатич¬ную девушку с двумя длинными косами.
Начались трудовые будни. Ученицу прикрепили к опытной клёпаль¬щице, которая терпеливо учила девушку непростому и очень ответствен¬ному процессу клёпки. Целый день проходил в непрерывном грохоте. Ви¬брирующий в ещё не окрепших девичьих руках инструмент было трудно удерживать. К концу смены Людмила уставала так, что, придя, домой вали¬лась с ног. Для занятий, конечно, сил не оставалось.
В начале письма от Феди приходили довольно часто. Он прислал не¬сколько фотографий, на которых выглядел очень эффектно. Военная форма к лицу любому мужчине, а такого симпатичного, как Фёдор, сделала во¬обще неотразимым. И всё же, глядя на фото, Людмила, честно признаваясь себе, не испытывала трепетных, любовных чувств. Он был дорог ей как друг, преданный друг. И всё же в её письмах были нежные слова, которые она никогда не произносила, когда они бывали вместе. Просто, девушка отвечала Феде взаимностью, помогая ему переносить тяготы нелёгкой во¬инской службы вдали от родных и близких ему людей. Понимал ли, чув¬ствовал ли это он?..
Прошел почти год. Родители Феди переехали в Ленинград. Кстати, Людмила всегда чувствовала, что они не одобряют сына, влюбившегося в девушку из простой рабочей семьи. Постепенно письма стали приходить всё реже, а их содержание становилось всё холоднее. Но Людмила не огор¬чалась. Она воспринимает это как должное. И, наконец, приходит письмо, в котором Федя сообщает, что, к сожалению, приехать в Горький после окон¬чания первого курса, не сможет. Людмила понимает, что это конец. В таком прекрасном большом городе, как Питер, у Феди уже вполне могла появить¬ся другая девушка. И она была недалека от истины...
Время, прошедшее с момента поступления Людмилы на завод, изме¬нило её планы на дальнейшую жизнь. Мечта о врачевании отдалилась, а затем и вообще погасла. Ко второй попытке поступления в мединститут она не подготовилась. Вначале не хватало физических сил, а потом и же¬лания. Этому способствовало и то обстоятельство, что, обладая завидным трудолюбием и спокойным характером, Людмила прекрасно вошла в за¬водскую жизнь. Девушку в одинаковой степени уважала и администрация, и товарищи по работе. Однажды, начальник цеха, сам седоусый Анатолий Петрович, пригласил Людмилу в свой кабинет.
– Послушай, Хохлова, ты способная девушка. Тебе нужно учиться. Я советую тебе поступить в наш авиационный техникум, дающий среднетех¬ническое образование без отрыва от производства. Я знаю, что твоя семья нуждается в твоём заработке, не так ли? – спросил он
– Да, нуждается, – отвечает, покраснев, она.
– Так вот, продолжая зарабатывать денежки, будешь учиться и через четыре года станешь инженерно – техническим работником. Не век же тебе заниматься клёпкой.

Совет начальника был убедительным. Его поддержали и товарищи по работе, и родители, мнением которых она очень дорожила. А вскоре проис¬ходит событие, которое помогает Людмиле окончательно определить свой трудовой путь на долгие годы.
Все сидения автобуса были заняты молодыми работниками разных цехов авиазавода. Возглавлял «экскурсию» представитель профсоюзного комитета завода. Перед отправлением, он строго предупредил, чтобы ни у кого с собой не было фото или кино аппаратуры, и запретил выходить из автобуса без его команды. Они ехали на заводской аэродром, режимный объект, допуск, на территорию которого, производился только по специ¬альным пропускам.
Автобус останавливается вблизи стоянки самолётов. Вскоре появляет¬ся несколько лётчиков. Вот один из них занимает место в кабине истребите¬ля. Через несколько минут слышится рёв запущенного двигателя, и самолёт медленно выруливает со стоянки. Молодые рабочие завороженно смотрят на серебристую птицу, в создании которой каждый из них уже принял участие. А самолёт уже на взлётной полосе. Начинается его разбег. И вот, сверхзвуковой истребитель МиГ-19 круто взмывает в небо, поблескивая на солнце крыльями, склёпанными и её, Людмилы Хохловой, девичьими руками! И тогда девушка твёрдо решает связать свою жизнь с самолёто¬строением. Она решает поступить на подготовительные курсы, начинает настойчиво заниматься сама.
Первый год труда молодой клёпальщицы на заводе был вознаграждён путёвкой в пансионат «Буревестник», расположенный на живописном бе¬регу рукотворного «Горьковского моря» в окружении хвойных лесов. Такой чести профсоюзный комитет цеха удостоил всего лишь двух работниц. На дворе был октябрь, время года не отпускное, но ведь «дарованному коню в зубы не смотрят».
Вдоволь насладившись прогулкой по осеннему лесу, изрядно устав¬шие и проголодавшиеся, Людмила и её попутчица к вечеру добрались до столовой пансионата. И только они успели занять свои места за столиком, как звучавшая музыка внезапно оборвалась. Послышались знакомые по¬зывные Москвы, обычно предвещающие важные сообщения.
«Говорит Москва! Работают все радиостанции Советского Союза! Се¬годня, 4 октября 1957 года...
Диктор Юрий Левитан своим торжественным голосом объявил о том, что впервые в мире на околоземную орбиту успешно запущен советский искусственный спутник. Из космоса донеслись его пикающие сигналы. Людмила почувствовала, как мурашки побежали по её телу. В те минуты ей было приятно осознавать, что она работает на предприятии, изготавливаю¬щем самолёты, тоже летающие над землей, как и космические корабли, но только немного пониже.
Вскоре после окончания отпуска, нежданно-негаданно, в жизни Люд¬милы происходит событие, существенно изменившее её размеренное тече¬ние. Накануне выходного дня, в конце смены, к ней подошла её подруга, лишь несколько месяцев тому назад вышедшая замуж.
Люд, а Люд, – пойдём завтра с нами на танцы в клуб. Посмотришь, какое мне Лёшка платье подарил на 8 марта! – протараторила Нина.
Да я бы с удовольствием потанцевала, но не могу я сейчас тратить время на развлечения. Совсем скоро экзамены в техникум, а я чувствую, что ещё не готова. Вот поступлю и буду с вами проводить время, – оправ¬дывает свой отказ Люда.
Я понимаю, но один-то вечерок можно же пожертвовать, всего один. После отдыха лучше будут усваиваться твои науки и ты с лихвой наверста¬ешь затраченное время, – убеждает подругу Нина.

Девушка задумывается. В её памяти всплывают воспоминания о школьных балах, о том счастливом времени, полном надежд на светлое бу¬дущее. Вспомнила она те приятные минуты, когда она танцевала со своим «принцем», мелькнувшим и исчезнувшим из её жизни.

– Ну ладно, уговорила ты меня, подружка. Заходите завтра за мной, По-моему, вам это по пути, – наконец соглашается Хохлова.
Алексей, муж Нины, бережно держа спутниц под руки, останавливает¬ся у заводского клуба, возле которого уже толпится молодёжь в ожидании начала танцев.
– Я закурю? – стараясь быть галантным, спрашивает он, обращаясь к подругам.
– Ты же утром обещал бросить эту гадость, забыл что ли, как кашлял?!
– с упрёком отвечает Нина, сурово глянув на мужа

– Ну, всё, всё, не буду, – успокаивает жену Алексей.
Диалог молодых супругов прерывает подошедший к ним франтовато одетый высокий, но не богатырского телосложения, парень.
– Привет Лёха, здрасьте девушки! Я вижу тебе уже одной, своей «за¬конной» мало, ещё одну красавицу где-то прихватил, – нагловато говорит пришелец, дыхнув на компанию спиртным.
– Завидное у тебя чутьё, Валера, всегда появляешься в нужном месте и в подходящее время. Знакомься, красавица эта, лучшая подруга моей до¬рогой супруги. Людмила работает в двадцать втором цехе, ударник комму¬нистического труда, «окрыляет» наши самолётики. Может быть, если тебе повезёт, «окрылит» и тебя, – шутя, говорит Алексей своему товарищу, вме¬сте с которым работает в сборочном цеху.
– Валерий, пока не ударник, но зато играю на баяне и гитаре, и вообще со мной не соскучишься, – говорит парень и подаёт руку Людмиле. Она молча пожимает его холодную руку, а он, заглядывая ей в глаза, старается задержать рукопожатие.
В клуб они заходят уже парами. Зазвучала музыка, и началось дви¬жение. Танцевали вальсы, танго, фокстроты. Валерий танцевал легко, красиво. Людмила повиновалась движениям, задаваемым его сильными руками, в ритмах танцев. Они не пропускали ни одного танца. Наконец, почувствовав усталость, она повела своего партнёра к Нине и Алексею, стоящим в стороне.
– Пойдём, покурим, Лёша, – обратился Валерий к другу, с опаской гля¬нув на Нину.

– Да ладно уж, идите, – снисходительно провозгласила молодая супруга, подчеркивая своё командное положение. Парни резво устремились к выходу, причем движимые желанием не только покурить. Вырвавшись на «свободу», они оказываются у буфетной стойки. Опрокинув по полстакана водки и проглотив по пирожку, друзья вышли на свежий воздух. Задымили.
– Ну, как тебе Людмила? – сразу спросил Алексей друга
– Симпатичная, конечно, неплохо танцует. Но, если честно, то я думаю, что с ней здорово не разгуляешься. Посмотрим дальше, что за птичка.
– Валера, по моему ты уже просто разбаловался, привык, чтобы жен¬щины тебе сходу сдавались. Но, наверное, пора подумать о будущем. Ты уже армию отслужил, ты старше меня, женатика, на несколько лет. Так мо¬жет быть пора уже искать женщину не для временных развлечений, а для семейной жизни?...
– Так, Лёха, хватит меня воспитывать. Женился, и будь доволен. Я ещё не созрел для этого, не хочу, чтобы кто-то командовал мною. Мне хватает завод¬ской дисциплины. Пока, я сам себе хозяин. Мои родители, слава Богу, уже давно не вмешиваются в мои дела, им бы со своими проблемами разобраться.
– Валера! Я всё же хочу тебя предупредить: не вздумай обидеть Людку. Я знаю, что её отец крутой мужик, одним словом, настоящий казак, дошед¬ший аж до Берлина. За дочь башку свернёт любому, будь уверен!... Тем временем, Нина и Людмила тоже не скучают, говорят о мужчинах.
– Люда, если у тебя до сих пор, после отъезда Федьки, никто не поя¬вился, советую тебе начать встречаться с Валерой. Парень он весёлый, хо¬рошо зарабатывает. К тому же, играет на баяне и поёт. У него, конечно, нет проблем с ухажерками, но ты девушка привлекательная. Я думаю, что он захочет с тобой дружить, а там видно будет.
– Нин, да рано об этом говорить. Ну, ведь я не знаю этого парня совсем. Да, симпатичен, танцует хорошо. Конечно, в нём чувствуется мужчина, он не похож на моего скромного Федю. Думаю, что Валера уже не одну девушку охмурил.
– Ладно, поступай, как знаешь, я высказала тебе своё мнение, желая тебе счастья. Ведь как хорошо, когда есть муж, такой как мой Лёша, на¬пример.

Кавалеры вернулись к дамам весёлыми, с блестящими глазами и не с пустыми руками. Они угостили женщин мороженым, единственным в ас¬сортименте клубного буфета. Но и такой «взятки» оказалось достаточно для того, чтобы парни не услышали упрёков об их выпивке.
Танцы продолжались. Теперь Люда ещё сильней ощущала силу рук партнёра, его стремление как можно ближе быть к ней. Ей это не только не доставляло удовольствия, но было неприятным и она, как могла, пока молча сопротивлялась навязываемой близости. А после того, когда парни ещё разок отлучились, чтобы «покурить», подруги дружно отказались от продолжения танцев и твёрдо заявили о желании вернуться домой.
Провожая Людмилу, Валера шагал уже нетвёрдой походкой, и его речь стала не совсем понятной. Однако, подойдя к её дому, ему удалось угово¬рить спутницу присесть на скамейку. Таков был характер у этой девушки, что она умела до поры до времени терпеть неприятности, избегая конфлик¬тов. Изрядно выпивший Валерий воспринял это по-своему. Не теряя вре¬мени, он внезапно обнимает Людмилу, старается прижаться к её груди и пытается поцеловать в губы.
Откуда взялась такая сила у девушки, непонятно. Она так рванулась из объятий парня, что от неожиданности, потеряв равновесие, он падает на землю, а она, с выпрыгивающим от волнения сердцем, хлопнув дверью, скрывается в подъезде своего дома.
Валерий сразу протрезвел, как будто бы его обдали ушатом холодной воды. Вот так птичка, подумал он. Надо же, какие они разные эти бабы, не угадаешь. Таких случаев у него, имеющего уже солидный опыт общения с женщинами и девушками, ещё никогда не было. Он понуро побрёл домой, обдумывая события прошедшего вечера. Так хорошо всё начиналось, и та¬кие надежды он возлагал на проведение времени с этой Людкой. Но, она оказалась не просто недотрогой, а более того. И его мозг, освободившийся от винных паров, уже подсказывает, что обижаться, или, тем более злиться на девушку он просто не имеет права. Придя домой, Валера долго не может уснуть. Как-то необычно защемило сердце от понимания своей вины перед этой девчонкой. Такого он не ожидал.
Людмила тоже долго не могла успокоиться. Она сожалела о том, что вечер, под конец, был неожиданно омрачен бестактным, грубым поведени¬ем выпившего парня.
Страна ещё не успела полностью залечить раны, полученные во вре¬мя Великой Отечественной войны, как началась другая, «холодная война». Международная обстановка то и дело напрягалась военными конфликтами в разных регионах планеты. Выполняя интернациональный долг, Совет¬ский Союз поставлял военную технику дружественным странам, а в не¬которых из них принимал непосредственное участие в боевых действиях. Так, советские лётчики защищали небо Северной Кореи и других стран. Основными самолётами при этом были истребители типа МиГ разных мо¬дификаций. Естественно, что не обходилось без потерь, которые нужно было восполнять. Поэтому труженики Горьковского авиационного завода на себе ощущали события, происходившие где-то там, вдалеке от их города. Завод работал напряжённо, в три смены, своевременно выполняя государ¬ственные заказы на поставку самолётов-истребителей.
До окончания смены оставалось чуть меньше часа. На стапеле уже отчёт¬ливо вырисовывались контуры изготавливаемого крыла истребителя. Устав¬шие за день руки Людмилы Хохловой с трудом удерживали пневматический молоток, под ударами которого образовывались головки заклёпок, накрепко скрепляющих обшивку с каркасом крыла. На мгновенье, бросив взгляд в цех, она увидела Валерия, который явно направлялся к ней. Делая вид, что она не заметила своего обидчика», Людмила продолжала работать.
Он подошёл сзади и легонько тронул её плечо. Она резко обернулась, окинув Валерия холодным, презрительным взглядом, не оставляющим на¬дежд на примирение. Он, виновато улыбаясь, начинает что-то говорить, стараясь быть услышанным, но она лишь видит его шевелящиеся губы. Люда даже не снимает противошумные наушники. Поняв, что разговор невозможен, Валерий что-то пытается показать руками. Но бесполезно. Упрямая девушка, отвернувшись, включает в работу свой грохочущий мо¬лот. Валерий, глянув на часы, направляется к выходу. Лицо парня отражает печальное состояние его души.
Смена закончилась. Рабочие потянулись из цехов к заводским проход¬ным. Увидев идущую в толпе Людмилу, что-то оживлённо рассказываю¬щую своим попутчицам, он решается подойти к ней только за воротами завода, на трамвайной остановке.
– Люда, привет! Нам нужно с тобой поговорить, я виноват, я хочу из¬виниться, – жалобным голосом говорит парень.
– Нам не о чём с тобой говорить, и не преследуй меня, понял?! – гнев¬но провозглашает Людмила и заходит в вагон трамвая.
Валера настолько шокирован, что даже не успевает сесть в трамвай. Да, в его жизни ещё ни одна женщина так с ним не обращалась, хотя вёл он себя с ними порой круче. Он медленно бредёт домой, пытаясь разобраться в том, что же с ним случилось. Почему его так неодолимо тянет к ней даже тогда, когда она ведёт себя так дерзко. И парень начинает понимать, что, кажется, он по-настоящему влюбился в эту девушку, чего с ним ещё никог¬да не бывало. Он направляется уже не к себе домой, а к тем, кто свёл его с этой недотрогой.
– Братцы, выручайте меня! – обращается незадачливый кавалер к Нине и Алексею, придя к ним в дом.
– В общем, так, кажись, втрескался я в эту вашу подругу, Людку, по самые уши, но получил от ворот поворот. После танцев, в тот вечер, про¬вожал её домой ну и попытался обнять да поцеловать. Так она так рванула от меня, что не смог я её остановить, а сейчас, хотя я не так уж и виноват перед ней, она не хочет принять мои извинения, вообще разговаривать со мной не хочет.
– Валера! Я же, кажется, тебя предупреждал, чтобы ты был осторожен с этой девушкой. Ты же сам тогда понял, что она не из тех, кто теряет голову от даже таких привлекательных мужчин, как ты. Я помню, мы с тобой тогда изрядно выпили и, видимо, ты «отпустил тормоза».
– Так, мужички! Я знаю, что нужно делать. Прежде всего, немного по¬дождать, пусть подруга успокоится. А потом я с ней поговорю, подготовлю к встрече с тобой, Валера. Что вы за существа, вечно стремитесь затума¬нить себе мозги, а потом сами же и страдаете от этого, – с укоризной сде¬лала вывод Нина.
– Я на всё согласен, Ниночка. Я буду очень вам с Лёшей благодарен и конечно приглашу вас на свадьбу, будете моими свидетелями, – повеселев, говорит Валерий.

Прошло около месяца после того злополучного вечера. Валера, соблю¬дая советы Нины, не только не стремился встретиться с Людмилой, но даже избегал этого.
А она, позабыв о пережитой неприятности, жила прежней жизнью. Всё свободное от работы время девушка тратила на подготовку к поступле¬нию в техникум. Однажды, входя в заводскую фабрику-кухню, Людмила встретила молодую женщину, которая раньше работала в их цеху. Она не¬долюбливала Зойку за чрезмерно яркий макияж, массивные серьги и юбку, не прикрывающую её колен.
– О, подруга, как хорошо, что мы встретились. Я уже хотела зайти к тебе в цех, чтобы по-дружески рассказать о парне, с которым ты танцевала тогда весь вечер, – пытаясь выразить благие намерения, заговорила Зоя.
– Да не хочу я ничего слушать о нём, я не встречаюсь с ним.
– Так я тебе и поверила! Такого быть не может! Он не из тех, кто не доводит дело до конца, он от тебя просто так не отстанет. Короче говоря, Люда, не верь ни одному его слову! Он бабник и выпивоха. Поверь мне, Валерка уже не одну женщину обрюхатил, я это точно знаю. А заманивает он своей внешностью, пением и игрой на баяне. Ну ладно, я тебя предупре¬дила, а ты поступай, как знаешь, пока, всё, побежала я.
Разговор этот оставил в душе Людмилы неприятный осадок. Вспом¬нить эту случайную встречу ей пришлось, когда вскоре в её доме вечером появилась Нина, пришедшая без супруга.
– Люда, не буду скрывать, что пришла к тебе по просьбе Валеры. Па¬рень просто с ума сходит, очень хочет перед тобой извиниться. Ну, прости его, дурака, был он, крепко выпивши, вот и повёл себя так по – хамски. Он не плохой парень, увидишь. Ты ещё не слышала, как он играет и поёт, не хуже, чем Эдуард Хиль.
– Нина! Я недавно встретила женщину, которая хорошо знает Валерия. Она рассказала мне про него такое, что слушать его извинения мне совсем не хочется. Оказывается, он пьяница и развратник! Зачем мне иметь дело с таким человеком?
Кто же тебе наплёл такое, подруга?
Зойка, бывшая работница нашего цеха, а что?...
– Да, знаю эту дамочку! Она злится на Валерку за то, что он, погуляв с ней совсем немного, оставил её. Валера просто выпивает немного, как все мужики. Его часто приглашают то на свадьбы, то на дни рождения. Но сильно пьяного я его вообще никогда не видела, и работу он никогда не про¬гуливал, это абсолютно точно.
– Но Зойка так убедительно говорила про него.
– Да неужели тебе не понятно, что женщина просто не хочет допу¬стить, чтобы ты с ним встречалась. Она же прекрасно понимает, что ты и моложе, и вообще намного привлекательней её, вот и злится, стерва. Коро¬че, Людка, не будь дурой, ну хотя бы встреться с Валерой разок, другой, а там видно будет.
Слова подруги заставляют девушку задуматься. Обладая мягким, от¬ходчивым характером, она, конечно, уже не держит зла на парня, но и осо¬бого желания встретиться с ним не имеет.
– Ладно, Нина, ты меня убедила, я согласна встретиться с Валерой, но только не специально, а так, по случаю.
– Вот и хорошо, ты умница. Так, я побежала, а то мой супруг ещё не кормленный. Да и подташнивает меня, подруга. На следующей недельке схожу в нашу поликлинику. Пока!

Напряженная жизнь продолжалась. На заводе однообразная, утоми¬тельная и очень шумная работа, а дома – штудирование школьных учеб¬ников, сидя над которыми всё время почему-то нужно бороться со сном. При этом она иногда вспоминала своего школьного друга Федю. Готовясь с ним к выпускным экзаменам по этим же учебникам, спать ей не хотелось никогда.
Нина снова появилась в доме Хохловых как всегда неожиданно. Люд¬мила сразу заметила изменение фигуры подруги.

– Что, Ниночка, я так полагаю, тебя можно поздравить, – улыбаясь, сказала Люда, искренне радуясь.
– Да, спасибо. Всё в порядке, наблюдаюсь у хорошего доктора. Но при¬шла я к тебе не для того, чтобы похвастаться своей беременностью. Мы с Лёшей приглашаем тебя на юбилей его отца, ему пятьдесят исполнилось. Не скрою, что на вечере, который будет проходить в одном из залов завод¬ской фабрики-кухни, будет и Валерий. Кстати, он приглашен туда не просто так, а в качестве баяниста.
– Я понимаю то, что ты задумала, подружка, но всё равно предложение принимаю. Откровенно говоря, мне так наскучило серое течение моей жиз¬ни, что я не против немного развеяться.

– Прекрасно! Мы с Лёшей, как всегда, зайдём за тобой и поедем вместе.
В то время Людмила уже была профессиональной клёпальщицей вы¬сокого разряда и зарабатывала приличные деньги. Родители очень любили свою Людочку, и, как только материальное положение семьи улучшилось, начали одевать младшую дочку. Теперь у неё было столько одежды, что над её выбором она задумалась в преддверии юбилейного вечера.
Войдя в квартиру, Нина и Алексей были приятно удивлены внешним видом своей подруги. На ней был тёмно-синий костюм, а под ним белая блузка с кружевным воротником, выпущенным поверх костюма. Неболь¬шая перламутровая брошь и красивые туфельки на невысоком каблуке, эф¬фектно дополняли праздничный наряд девушки.
– Ничего себе, Людка, да ты будешь сегодня королевой бала, мне с то¬бой будет просто неловко рядом находиться, – шутя, говорит Нина.
Молодые люди втроём направляются к трамвайной остановке. В руках у Людмилы букет алых гвоздик и свёрток, перевязанный голубой лентой, в котором находится подарок юбиляру.
Когда они вошли в зал, то заметили Валерия, сидевшего в углу, и что¬то тихонько подбиравшего на баяне. Увидев вошедших, он сразу отложил инструмент и направился к ним навстречу.
– Здравствуйте, приветливо сказал он, обращаясь ко всем, но устремив свой взгляд на Люду.
– Привет музыкантам, – ответила Нина.
После этого баянист пожимает руку Нине, потом её мужу и только по¬сле этого подаёт руку Людмиле. Она отвечает на рукопожатие, но Валера её ладошку уже не отпускает.
– Люда, прошу тебя, отойдём в сторону, мне очень нужно кое-что тебе сказать. Она не сопротивляется. Не выпуская её руки, парень отводит девушку к стоящим у стенки стульям и предлагает присесть.
– Люда, я прошу у тебя прощения за то, как повёл себя в тот вечер. Клянусь, что ничего подобного больше никогда не случится. Ну, хочешь, сейчас при всех стану перед тобой на колени? – взмолился Валерий
– Не надо на колени, не нужно, – испугавшись, спешит сказать девуш¬ка. Я уже простила тебя, забудем про то, что было.
– Спасибо, Людочка, я очень рад. И сегодня, если честно, я буду играть и петь не столько для юбиляра, сколько для тебя.

Вечер шел по традиционному сценарию. Юбиляра, под громкие апло¬дисменты, вначале поздравили представители администрации и профсо¬юзного комитета. Ему, всю войну пролетавшему на бомбардировщиках стрелком-радистом, а затем успешно трудившемуся на лётно-испытательной станции завода, вручили Почетную грамоту и ценный подарок. После этого с добрыми пожеланиями выступали родственники и друзья юбиляра, каж¬дый раз предлагая выпить до дна. Людмила, сидевшая за столом между Ниной и Валерием, видела, что он воздерживался от этих рекомендаций. Парень пил только вино, причем иногда лишь пригубляясь. Чего Валерию это стоило, было известно только ему и Богу…
Когда компания окончательно «созрела», послышалась громкая музы¬ка, и начались танцы.
– Людочка, пойдём, потанцуем, – очень робко, как будто бы они никог¬да не танцевали, предложил Валерий.
– Пойдём, – подавая руку парню, согласилась она.
Они закружились в вальсе. Девушка сразу почувствовала, что её пар¬тнёр сегодня ведёт себя совершенно по – иному. Куда – то делась его само¬уверенность, наглость. Он аккуратно, обхватив Людмилу за талию, четко следует ритму танца. Как будто бы случайно, их взгляды часто встреча¬ются. В его глазах светится нежность, а в её – пока, лишь холодноватая загадочность.
Вскоре гостей снова пригласили за стол, давая возможность высказать¬ся тем, кто этого пока не успел сделать. Валерий не пьёт, не ест. Его душа в тревоге, он терзается сомнениями. Но ему уже ясно одно: да, он влюблён в эту девчонку и ради неё готов отказаться от многого.
Наконец, тамада просит Валерия музыкой порадовать юбиляра, а за¬одно и порядком повеселевшую компанию. Парень с явным сожалением оставляет своих друзей. В зале становится тише.
Ожили в руках Валерия кнопочки баянные, и он вместе с тамадой запел.
Послышались слова, посвященные юбиляру, кем-то из его сослужив¬цев удачно положенные на мелодию популярной песни «Стою на полу¬станочке»:
Сидят друзья и близкие, Веселые, речистые, Шампанским наполняется бокал. Букеты в вазы ставятся, И грамотами славится Тот долгий путь, что ты уж прошагал,
Тот долгий путь, что ты уж прошагал. В день твоего рождения Без всякого сомнения Продолжить праздник можно до утра. Подарков памятных не счесть, И тосты только в твою честь, Вот счастье – юбилейная пора, Вот счастье – юбилейная пора!
Музыкальный подарок заставил юбиляра и его супругу немого про¬слезиться, а зал разразиться громкими аплодисментами.
Тамада объявляет белый танец. Под чарующие звуки вальса «Дунай¬ские волны», извлекаемые искусными пальцами баяниста из его, видавше¬го виды, инструмента, первым закружился виновник торжества со своей необъятной супругой.
Людмила, на которую с надеждой поглядывали кавалеры, стояла в сто¬ронке со своими друзьями, не пригласив на вальс даже Алексея. В глубине души у неё появляется чувство того, что это будет приятно Валерию. И она не ошибалась. Баянист тревожно поглядывает на Людмилу, и, видя, что девушка бойкотирует белый танец, успокаивается. Значит, она ждёт его, она его девушка, – подумал Валера и с ещё большим желанием продолжал играть. Звучали вальсы, танго и фокстроты.
Вдруг, не снимая с плеч баяна, Валера направился к своим друзьям, стоявшим в сторонке. И, невзирая на всеобщее внимание публики, парень заиграл и запел, обращаясь к Людмиле:
До встречи с тобою под сенью заката Был парень я просто огонь. Ты только одна, ты одна виновата, Что вдруг загрустила гармонь
В рабочем посёлке, большом небогатом, Есть много хороших девчат. Ты только одна, ты одна виновата, Что я до сих пор не женат!
Людмила и бледнела, и краснела, слушая серенаду. Если бы Валерий хотел, то заметил бы в её взгляде мольбу о прекращении пения. Но остано¬вить упрямца не смог даже подошедший тамада, пошептавший что-то ему на ухо. Закончив одну песню, он сразу перешёл к другой, выхватив из неё нужный ему куплет:
Если надо пройти Все дороги-пути, Те, что к счастью ведут, Я пройду, мне их век не забыть. Я люблю тебя так, Что не сможешь никак Ты меня никогда, никогда, Никогда разлюбить!
Так оригинально, пением Валерий осмелился выразить свои чувства. Людмила была смущена настолько, что хотела немедленно покинуть зал, но Нине и Алексею всё же удалось её успокоить.
Снова включили магнитофон и Валерий, понимая, что опять совершил что-то нетактичное, с опаской вернулся к друзьям. Людмила посмотрела на него взглядом, понять который было невозможно. В тот момент ею владели уже противоречивые чувства к этому парню. С одной стороны, как и тогда, когда убежала от него, она ощутила его самоуверенность и бестактность. Разве можно было так открыто говорить о сугубо личном? Но что, если это искреннее, высокое чувство к ней и Валера просто не смог удержаться?... И как он талантлив! Эта музыка, этот приятный голос!
– Люда, прости меня, пожалуйста! Кажется, я опять провинился! Но, как видишь, я сегодня трезв, как никогда. Всё, что сказано, всё от души, прости, не смог сдержаться, – умоляющим голосом просит парень.
– Ладно, Валера, не будем об этом, – неожиданно для него, примири¬тельным тоном говорит Людмила. Молодые люди продолжали веселиться, танцевать до тех пор, пока Нина не почувствовала себя неважно. Супруги сразу заторопились домой. Людмила решила уйти с ними. Слишком много событий уже произошло в этот вечер. Валера загрустил, ему предстояло ещё развлекать общество своей игрой и пением.
– Люда, а можно я встречу тебя в понедельник после смены у проход¬ной? – тихо спросил он.
Хорошо, я согласна, – немного подумав, отвечает Людмила.
Тогда до скорой встречи, до свидания! – с надеждой произносит па¬

рень и подает ей руку. Пребывая уже в очень весёлом настроении, юбиляр, отец Алексея, с пониманием отнёсся к решению невестки покинуть вечер. Тепло распро¬щавшись, тройка устремляется к трамвайной остановке. А Валера, привык¬ший играть и петь на вечерах в «весёлом» состоянии, «принимает на грудь» штрафной стаканчик.
После этого вечера, Людмила и Валерий начали встречаться. Вначале это происходило только по выходным дням, и девушка продолжала в буд¬ние дни по вечерам готовиться к вступительным экзаменам в авиационный техникум. Валерию это не нравилось. Он желал встречаться чаще. Они хо¬дили в кино, гуляли по парку. Людмила чувствовала, что парень стремится к физической близости, но держит себя в руках крепко. Пока он даже не осмелился ни разу её поцеловать. А может быть он, имевший уже солидный опыт общения с женщинами, просто боялся её спугнуть?...
– Люда, ну зачем тебе поступать в техникум? Ты столько времени тра¬тишь на подготовку сейчас, а потом будешь ещё четыре года мучиться. Я думаю, что для женщины главное иметь мужа, который бы мог содержать семью. Нинка, например, вышла замуж за Лёшку, и живут они хорошо, вот ждут прибавления семейства. Между прочим, я в цеху зарабатываю больше его, да ещё подрабатываю на вечеринках, – выразил своё отношение к учёбе и пониманию роли женщин, Валерий.
Людмила задумалась. Она поняла, что их взгляды на эту сторону жиз¬ни сильно отличаются
– Валера, во-первых, я хочу учиться потому, что не думаю всю жизнь посвятить клёпке, это вообще не женская специальность. Наверное, инте¬реснее будет заниматься технологией производства самолётов. Ну и неза¬висимо от того, кто будет моим мужем, я хочу быть способной сама себя обеспечить. Кстати, ты кажется, закончил только девять классов? Ты не собираешься всё же завершить среднее образование в вечерней школе? – спросила Людмила
– Да на кой оно мне сдалось? Что, мне тогда на заводе будут больше платить? Мне даже жалко время тратить на это дело. Знаешь, Люда, как раз совсем недавно я оказался свидетелем того, как наш начальник цеха за что¬то распекал одного из инженеров. Я слышал, как он кричал: «Образование ума не даёт»!
– А отсутствие образования тем более! – быстро нашла, что сказать девушка. Так что, Валера, ты не прав. Всё равно, раньше или позже, средне¬техническое образование я получу! Тебе же, очень даже советую закончить десятилетку, получить Аттестат зрелости. Ведь ты же способный парень!

Теперь задумался Валера. Да, непростая эта девчонка. Она имеет цель в жизни, какая-то «правильная» она. Но, как сказал кто-то из писателей, я ведь «не хочу учиться, а хочу жениться». И в то же время, он чувствует, что она, эта девушка, начинает оказывать на него влияние, чего тоже с ним раньше никогда не случалось.

Люда, возможно, ты и права. Знаешь, до тебя, никто, ни мои родите¬ли, ни друзья, не советовали мне продолжить учебу. Но если я сейчас сяду за парту, меня, наверно, просто засмеют.
Смеяться над стремлением учиться могут только глупые люди, или твои недоброжелатели, – убеждает парня Людмила.
Хорошо, Люда, считай, что ты меня уговорила. В следующем году я пойду в школу. Ну, а тебе не буду мешать готовиться к поступлению в техникум.
Это очень хорошо, что ты всё правильно понял, – с радостью ска¬зала Людмила.

Но, к сожалению, дальнейшие события развивались совершенно по – иному. Валерию удаётся склонить девушку к тому, что встречи с ним ото¬двинули на задний план подготовку к предстоящим экзаменам. Теперь она становится его постоянной спутницей на всех вечеринках, куда Валерия, как баяниста, приглашают не только друзья, но и просто чужие люди. Нуж¬но сказать, что ведёт он себя по отношению к Людмиле по-джентльменски. И оценивая это, а также его игру и пение, она всё более проникается уваже¬нием к парню. Она постепенно влюбляется в него. И, теперь, даже внешне они выглядят как влюблённая парочка…
Валерий уже твёрдо решил, что в подходящий момент предложит Люд¬миле руку и сердце. В своей довольно долгой «донжуанской» холостяцкой жизни он впервые по-настоящему полюбил. Парень начинает подготовку к предстоящей женитьбе. Он приглашает Людмилу к себе в дом, чтобы по¬знакомить со своими родителями.
Девушку, с детства привыкшую к чистоте и порядку, прежде всего по¬разила обстановка запущенности квартиры, как будто бы в ней не убира¬лись очень давно. Да и сами родители Анна Никитична и Андрей Бори¬сович, предстали перед потенциальной невесткой не в лучшем виде. Оба небрежно одетые, нечесаные, с заспанными одутловатыми лицами, были похожи на людей, не иначе, как увлекающихся спиртными напитками. Ви¬зит Людмилы прошёл в холодной, недружественной обстановке.