Марина Матвеева. Сказка о дураке и смысле жизни

карепрост цена.
 

Притча о том, как повились туристы

 

Жил на свете Турьян – крестьянский сын. Силушку имел да задор, а вот ума не ведал. Да и откуда б уму взяться, когда жил он в селе, репу сажал да воробьев гонял. Скучно ему стало. И пошел он по свету счастья искать да разведать, кому на Руси жить хорошо.

Вот идет по лесу с сумой перемётной, а навстречу ему Колобок катится. А у Турьяна как раз еда уж день как закончилась. Цап он Колобка, да и в рот. А тот как вскричит:

– Не ешь меня, Турьян – крестьянский сын! Я тебе песенку спою.

У Турьяна от голода аж ум появился. Думает: «Сейчас он мне песенку запоет, я уши-то развешу –  а он и укатится! Знаем-знаем… А на нос посади – на носу моем он не удержится – я ведь не лиса» Видать, сказочник в селе был, базовыми архетипами коллективное бессознательное снабдил.

А Колобок ему поёт:

– Раз ты умный такой, слова такие мудрёные знаешь, хоть и не понимаешь, то так и быть, отломи от меня кусочек. Но только так, чтоб мне потом катиться неудобно не стало.

Думает Турьян (голод – двигатель сознания): «Шар – система совершенная. Как его ни отломи, а совершенным уж не будет. Не покатится. Блин, жрать охота, а целостность структуры нарушать не след, ибо чёй-та за целое без части?» Совсем мозг закипел. «А какие еще совершенные системы в мире есть? Замкнутые да катучие? Ага, колесо!» Схватил он свой посох – да как продырявит Колобка! Серединку выбитую съел, и – «Катись!» – говорит.

– Я теперь не Колобок, – отвечает. – Теперь я Мудрый Бублик. Понравилось думать? То-то! А еще хошь? Так возьми меня с собой – я тебе в том помогу. А то мне катиться лень: теперь ещё равновесие держать надо, а я не умею.

Взял Турьян Бублика да положил в суму. Думает: «Проголодаюсь – сожру». Мыслитель!

Идет он далее, а перед ним – река широкая. А подле той реки дедок сидит, маленький, несчастный – да улыбается. Говорит дедок Турьяну:

– Перенеси меня через реку, мил человек. Тебе за то от Вишну присансарит.

«Вишни я люблю,  – смекнул Турьян. – Да и что тут тащить – одуванчик божий. Заодно и хорошим побуду».

Да и закинул дедка на спину. А тот как вцепится в него! Да и кричит:

– Ага! Давно я ждал такого дурака, как ты! Вот теперь я на тебе век ездить буду, никогда не слезу! А ты радовайся, радовайся!

Стал Турьян его срывать, скидать, скакать, прыгать, земля валяться… Ан нет, цепок дедок, всё ему нипочем. Смирился Турьян, не убивать же его. Отдохнул, да и дальше пошел. Идет-идет, да всё дедка на себе чувствует: мал дедок, легок – да как камнем лежит. Да нет бы молча сидел, так еще и вещать принялся:

– Вот ты дурак дураком, систему мироздания не знаешь. Смысел жизни не имеешь. Так поимей! Слушай сюда: сначала Бог создал Турозавра. Был он большой и страшный, но добрый внутри. Затем явился Астралопитек. Он летать умел, но того не понимал. За ним пришел Андерталец. Но не поверила в него наука, сказала «не». А опосля и ты появился – Хомо Дуректус. А потом Человек Разумный стал, потому как смысел жизни открыл. А смысел жизни в том, чтоб меня на себе тащить. Да радоваться, радоваться. Зовется это духовная путь. А когда не радоваешься да меня скидаешь – то ты бездуховный скот. Я – ноосферное явление. А звать меня – Кармыч.

Ох, надоел Кармыч Турьяну. Но скотом быть неохота – значить, нельзя скидать. Ох, и тяжек смысел жизни да духовная путь! А куды без него? – без него ж дурак.

Ночь настала, легли они на травку. Дедок сразу захрапел, да во сне сильней вцепился. А Турьяну не спится, все о духовной путе думает. Эх, хорошо было раньше – без смысла жизни-то! Птички пели, солнушко блестело – и радость!.. Но думать так нельзя, а то ведь дурак будешь, как тогда. Это тока дурак солнушку рад. А умный смыслу радоваться должен. А радоваться-то не выходит… «Вот ведь скот какой – не радуюсь. Скот – он и есть скот. А-ну улыбнись! Засмейся!» – себя дёргает. И смеется через силу. А все невесело… Так и прорадовался бы с горя всю ночь, но тут в суме зашуршало, Мудрый Бублик голос подал:

– Слышь? Скидавать нельзя – так выдумай, чтоб сам слез. Ты ж мыстль полюбил, вот и мысли.

– Не до мыстли мне – у меня духовная путь! – вздыхает Турьян.

– Да уж… Там, где духовная путь – там только чужая мыстль спасет. Так я тебе ее скажу. Слушай. Иди завтра прямо, а потом налево. Будет там поляна, на поляне бочка стоит, с Турозавра ростом. А внизу у ей краник золотой. Повернешь его – водица волшебная польется. Ты сразу ковш-то подставляй да пей, да нахваливай. Но больше нахваливай, чем пей. И радовайся, радовайся во всю мочь – с духовного путя ты не сойдешь, не бойся. Твоя задача – чтоб Кармыч той водицы испить захотел. Увидишь, что будет.

Так Турьян и сделал. Идут они дале, а дедок все нудит:

– Не так идешь… Не так несешь… Твердо мне, тряско… Плохая у тебя духовная путь, все ты ко скоту возвращаешься, видать, нравилось дураком быть. Дураком-то легко быть, а о-смы-слен-ным трудно. Дух слабакам не по силам. Только сильный духом велик и прекрасен, а слабый – жалок и мерзок… Етит, опять споткнулся! Неси красиво и доб-ро-де-тель-но… И рааааааадовайся…

Ох, етит… Етило и етить будет.

Ну, а тут и поляна. А на ней Бочка, а у бочки краник. Повернул Турьян его ручку, а оттуда водица розовая полилась. Схватил Турьян ковш и отпил глоток. Вкусна водица, остра – аж дух забирает. Внутре от нее тепло. И радость в черепушке наблюдается. Ободрился Турьян – видать, духовная путь правильная стала, раз радовается ему без напряга. И давай воде той дифирамбы петь:

– Ох, хороша! – да: – Эх, вкуснота!

– Эй, – Кармыч скрыпит.  – И я хочу! Дай! Подай!

Налил ему Турьян полный ковш, тот как глотанул! И вопит:

– Ишшо давай!

И еще ковш.

– Харашо! А ишшо!

Снова ковш. И ковшик. И ковшище.

– Маааааивоооо каняаааааааа… бееееелаггриииииивавааааа…

И вдруг отцепился – да наземь бряк. И захрапел.

Турьян как ОБРАДОВАЛСЯ! «Ну, ни фига себе у меня духовная путь! Самая настоящая! Блин, я прозрел! В том она, чтобы Кармыч с тебя сам слез! Но надо придумать, как. Для того и ум. В том и смысел»

И, радостный, с поляны чем шнель тем гуд когтя рванул. Да так бежал, что только в своем селе родном и очухался.

Стал он жить себе. Да вот что-то за плечами-то без Кармыча дискомфорт ощущаться стал. Чёт не то, прямо скука скучная… «Скот я, что ли, бездуховный?» – мыстль пошла. Да и без леса, речки, поляны, водицы, Бублика, Астралопитека с Турозавром да Андертальцем тоска. Но Кармыча искать не захотел – таскать-то еще ладно, но бубнёж слушать да комплекс неполноценности зарабатывать – не, увольте.

Думал-думал – и придумал. Соорудил он себе суму такую, чтоб на плечах носить, едой посурьезнее набил – да и в лес пошел: природой любоваться, силушку растрясать да медитировать у костра. Да водицу радостную попивать иногда. То с сумой на плечах тяжелой – то без сумы. И духом силён – и скинуть можно. А как скотом себя почуешь – вновь суму на плечи – и снова духовная путь. Красота. Назвал он ту суму рюкзак. А потому, что рюкзак. Ибо мудрёные слова полюбил и дерзнул свои придумлять.

Увидели все это люди. Понравилось им. Пошли они за Турьяном в лес и последователями его стали. А течение это, учение и природное влечение турьянством обозвали, а себя – турянами. А с развитием его в мировом масштабе заграничный суффикс к тому приспособили – «туризм». А сами – туристы.

Да как бы их ни звали, а были они все на духовной путе. И радовались, радовались.

 

 

СКАЗКА О КРЫМСКОМ МЕНТАЛИТЕТЕ

 

«Язык до Кармыча доведет», – говаривал Турьян-Походник единственной дочке своей. А еще говорил: «К Мудрому Бублику не прислушивайся. Сказочник он еще тот. Мозги запудрит – как в лабиринт заведет. Тебе развлекуха, а мне опосля расхлебывать сию кашу, да лапшу снимать с ушей твоих. И еще скажу тебе, дочка: Турозавр есть существо мифическое. Андертальцы, как вид, давно вымерли, потому как ум куриный имели. Да и Астралопитек не нашенская сущность, а потусторонняя. Стало быть, в нашем мире его тоже не наблюдается. Ты у меня уже большая, пора тебе к реалиям приобщаться».

А Турьянна (так звали дочку) батю слушала, а про себя думала: «Как это так: не существуют? Мудрый Бублик по определению свистеть не умеет – что ни слово, то правда. Да и кто, как не он, от батюшки моего беду отвёл? И неспроста Мудрого Бублика воспитателем ко мне приставили. Был бы какой пройдоха – давно бы уже на сухарики пустили под чаёк ароматный. Никак батюшка чего-то сокрыть от меня хочет…»

Дочка Турьянова от природы любопытная уродилась. Хотелось ей поболе узнать о жизни загадочных субъектов, упоминаемых Мудрым Бубликом, ибо чуяла она душой своей ангельской, что не сказки все это, ох, не сказки… И, так размышляючи (а в их семействе все мыстль любили), вспомнила она, что в лесу живет ещё больший мудрец, чем ее наставник домашний. Имя ему – Великий Блогер. А почему Блогер – да потому, что живет в берлоге и дружит с бандерлогами. А еще на блогах гадает, а что те блоги такое есть, то тайна страшная. Потому и велик. Только и батюшка с матушкой, и соседи сказывали о Блогере с неохотой, недолюбливали его то ли, то ли побаивались. Говорили, что он отшельник, что вечно пост держит, да не простой, а страшный. Даже от названия того поста страх пробирает: пост-модернизьм.

Решила Турьянна о Блогере том да о его посте ужасном Бублика расспросить. Дождалась, когда батюшка с матушкой уедут в город репу продавать, извлекла из хлебницы Мудрого учителя своего и давай его допытывать.

– А будешь молчать, – говорит, – так сейчас самовар поставлю и съем тебя с медком да вареньем малиновым!

– Ой, баюс! – Бублик усмехается. – За столько лет не съели – и сейчас не выйдет. Я потому в Мудрых и известен, что когда всяк сожрать норовит, а надо того не допустить, тут и ёжик помудреет. Не то, что Колобок. Да вот про Блогера сказывать батюшка не велит. Говорит, что пост-модернизьм детям вреден, да и взрослым недобесполезно-переизосверхотнечегоделателен, а потому псевдовозопасен.

Подивилась Турьянна в очередной раз интеллекту бати своего, поняв, что ей еще учиться и учиться, а потому учиться – надо. Так почему бы не у Блогера Великого?

– Не бойся, дедушка Бублик, не узнает умный папа о разговоре нашем. Коли покажешь к мудрецу дорогу, быстро обернусь.

– Не о том ты, дитятко, печешься, – Бублик ласково рече. – Во младенчестве пребывала ты, когда батюшка твой затуристился с иноземцами. Все по заграницам бродил, а пока бродил, меня с собой не брал. Так без присмотра-то мудрого весь свой менталитет крымский и растерял. Отрулился от прежних спутников своих, а там и вовсе в голове своей неустойчивой их в вымысел превратил. Я тебе так скажу: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вот пробьет тебе годков двадцать – сама туристочкой станешь, загуляешь по просторам нашим с посохом да под рюкзаком, да сама и встретишь всех тех, кого мы с батькой привечали, а может, и другого кого из туристского менталитету.

– Это целых 10 лет ждать! – Турьянна голосит. – Я сейчас хочу!

– Укажу тебе путь через лес, ежели меня с собой возьмешь, а то давно не путешествовал, а самому кататься лень. Равновесие держать так и не научился – несолидно мудрым-то.

– Пошли, дедушка. А кстати, что это за словцо такое: мен-та-ли-тет?

– Не лезь ты в пекло, – Бублик ворчит. – Я и так тут много лишнего наболтал. Так недолго из Мудрого Бублика превратиться в Невидимую Дырку. А ведь в молодость свою был беспечным Колобком… вот что значит вос-тре-бо-ван-ным быть, ну, то есть, вкусным… Время не ждет, давай шустрее!

Побежала Турьянна в детскую рюкзачок собирать, что подарен был ей на 10-летие батюшкой. Еды туристской из холодильника набрала, а для Бублика прихватила старую торбу папкину. Прицепила к поясу флягу, на голову повязала бандану, как то у туристов водится, сказала магическое заклинание, что путь благословаляет, затем установила таймер, дабы часы отсчитывать. Это чтобы к возвращению родителей успеть, а то ведь по попе надают за запрещенный модернизьм.

Вскоре углубилась дочка Турьянова в лес дремучий. Идет себе пружинистой походкой, а Бублик из торбы вещает: «С тропы не сворачивай, привалы пореже делай, провиант расходуй экономно, грибами да ягодами не увлекайся… да за временем следи…» От Кармыча, видать, заразился – а что еще делать в путешествии, когда не на своих чапаешь, как не вещать?

– Стой! – голос из торбы. – Кажется, мы здесь не одни!

– Ещё бы! Где ты видел необитаемый лес? Птички на деревьях распевают, вон ёжик на промысел пошуршал…

– Да какой ёжик! – трепет священный. – Сам прародитель туристов где-то рядом гуляет!..

– Твоя правда! – раздался откуда-то сверху густой бас, сопровождаемый тяжелой поступью слоновой.

Подняла Турьянна, голову: а то не слон вовсе, а дракон натуральный ростом в три сажени, хвост – и того более, да весь чешуей покрыт. А на спине рюкзачина – медведя спрятать можно.

– Турозавр! – задрожала Турьянна, как осиновый лист. Да углядела, что лицо-то драконово – доброе да усталое.

– Да не дрожи ты так! Батюшка твой не испужалси меня – и тебе не пристало. Я туристами не питаюсь, я их так люблю. А коли жаждешь узнать, как папка твой менталитет наш потерял и меня с ним, то тут я тебе не помощник. Ежли он его потерял, то это еще не значит, что его вопче нет. Вот он, туточки. Да в нем самом проблем немеряно, мне, как царю леса, с ними разгребаться, ох,  надоело…

– Что за беды у тебя, Царь-Турозавр? – Турьяна сочувствует. – Может, помогу чем?

– Добрая ты девочка, да непросто тут всё. Во-первых, Дохерапторы меня достали. Твари мелкие, да много их. Пришлось, чтоб отмахиваться, шипы обсидиановые к хвосту приделывать – да от тех шипов и невинное зверьё-деревьё страдает – хвост-то у меня не купленный… Во вторых, борьба Бобра с Ослом каждый день весь лес на уши ставит, покоя не дает. Чего не поделили, не понятно. Бобер – тот пушистый, под белочку маскируется. А Осёл – он и в Африке осёл, ни под кого не мимикрирует, какой есть, такой и ходит. Но это еще не самое страшное. А главная достача моя – братец мой, Тупозавр. Он как две капли воды на меня похож, с той только разницей, что ходит везде и тупит. А все думают, что это я туплю, и надо мной смеются. Недаром, говорят, вы все давно вымерли, тупые такие. А я не тупой. Был бы тупой, давно бы ни леса, ни менталитета не было. Потом как у всех тут свои искания, а за весь менталитет я отвечай…

– Так отдохни, Турозаврушка, заработался ты. Отдыхать тоже иногда надо… Кваску со мной испей да шпрот заточи… Правда, баночка маааленкая…

– Да куда там! Вон тебе – искание… Андерталец сюда идет. Есть у него «Научный талмуд» – на любой вопрос там ответ имеется. И на твой ответит… Ты его слушай – да не бойся. Тут нашего брата-туриста никто не забижает. А я, ежли что, прослежу… Он, сердешный, только на свой вопрос – единственный – ответить не может. Потому нервный ходит. Но не злой.

На сей  раз приближающиеся шаги были не столь тяжёлыми, отчего мыслительница сделала умозаключение, что данный субъект не столь велик. Однако появление Андертальца тоже впечатление произвело. Двухметровый волосатый троглодит в набедренной повязке из шкуры мамонта в правой руке держал каменный топор, а левой придерживал под мышкой тяжеленную книжищу в полметра толщиной с картинкой научной из области квантовой криптоантропологии.

– Вы Андерталец? – вежливо спросила Турьянова дочка.

– Вот именно! – пророкотал троглодит, пригладив густую рыжую шевелюру. – Хоть кто-то знает, что в имени моем частица «не» отсутствует – вопреки учёным трактовкам. Ни черта антропологи о нас не знают, а потому и пишут чушь несусветную. Менталитет у них плохой, кабинетный. А у тебя правильный, наш, за что респект тебе. Отвечу на любой твой вопрос.

– Коли ты учёный троглодит, так и ответь мне, почему мой папенька менталитет растерял? В Турозавра не верит, тебя с «не» пишет и мне велит, с учёными по этому вопросу якшается и меня к ним толкает – мол, в школу ходи, олимпиады выигрывай – и будет тебе счастье… А какое же счастье там, где неправда? Вы ведь есть! Так почему у него вас нет или не такие, как надо?

Присел Андерталец на травку, почесал свой покатый лоб, раскрыл талмуд и принялся листать: «Мен-та-ли-тет… Мировосприятие, умонастроение… И, кажись, всё. Ничего здесь более нет. От ума его теряют – вот где загвоздка. Настроение ума – вещь тонкая, расстроится – и абзац. Пока снова не настроишь правильно…»

– Так просто! – Турьянна ошалела. – А я тут, понимаешь, о высоких материях…

– Кто тут к высоким материям ломится, меня не спросимши? – сверху голос раздался.

– Ну, во-о-от… – Турозавр вздыхает. – Еще тебе искание: Астралопитек к нам летит.

Внешний облик Астралопитека описанию не поддаётся. Если вкратце, то сочетались в нем черты древнего антропоида маленького размера и библейского серафимчика на традиционные шесть крыл. То ли девушка, то ли видение. Потому как пол определить тоже нельзя. «Абсурд ходячий», – подумала Турьянна.

– Я тебе покажу абсурд, грубиянка неотесанная! – рассердился Астралопитек, астральный план эмоций в свой адрес сразу считывающий и от того страдающий. – Ты еще братца моего не видела: вот это абсурд! Он ни в одной энциклопедии не зарегистрирован, а я…

– Не нервничайте, уважаемый, – Турьянна говорит. – Я вас вижу и в вас верю – чего вам еще надо? Летаете вы хорошо.

– Я летаю? Да кто вам такую чушь сказал? Кармыч?

– А Кармыч тут причем?

– Так это он меня на весь менталитет летально опозорил. Ползает тут по лесу, на всех сесть норовит, как-то и на меня сел, да давай зудеть: ты чего энто такой ходишь, при-ми-тив-ный? А-ну давай, э-во-лю-ци-они-руй! Хватит в Питеках бегать, расти в Кантропа! А я не знаю, как! Да ведь не отвяжется, всё бубнит: крыльев у тебя шесть – значит, Шестикантропом будешь! Да нет у меня крыльев! Достали все! Надоел мне Кармыч до летального исхода, так с горя залез я на сосну высокую, да и решил оттуда убицца. А как прыгать стал, так дедок-то испужался, да в вершинку вцепился. Да там и остался. А я убился.

– Как же ты убился, когда ты живой?

– Вот и я думаю, как я живой?

– Вот так менталитет и теряют! Особенно если его и не было, – научно изрек Андерталец. – А раз у тебя, брат, в том опыт есть, так ты и горю девичью поможешь, батюшку ее вразумишь. Мы его, Турьяна, лично знаем. А он, редиска, не признает нашего существования!

– Как же, помню. Но это братца моего надо поспрошать, он по менталитетам спец от Крышни, а зовут его Менталопитек. Есть такие дяди у вас в городе – Людименты, у них свое мировоззрение да умонастроение: они его и породили. Но не понравилось ему у них, сюда сбежал. Вот и тыняется по лесу…

– Это верно, – послышался голос из кустов. – Только не тыняюсь я, а человека ищу.

– Опять искания… – Турозавр глазыньки к небу возвел, но тихо. А то как бы и в этих поисках ему разбираться не пришлось. Хай уж сам…

Все обернулись. Появилось перед ними еще одно антропоморфное существо. Вид у пришельца был вполне респектабельный, если не считать небритой морды. Прикид на нем был вполне себе людиментовский, а огромный жезл в руке, направленный вверх, излучал пульсирующее сияние из красных и голубых огоньков, вращающихся вокруг кончика с маленькой острозубчатой короной.

– Ну, и гаджет! – раскрыла рот Турьянна.

– Я гад?!! – пришелец глаза выкатил.

– Тихо, тихо, братец… – Астралопитек ему. – Это она штукенцией твоей восхищается.

– Менталоискатель! – гордо заявило ментообразное создание. – Принцип действия засекречен.

– Да не за секретами я тут! Раз у вас Менталоискатель, а сами вы Менталопитек, так найдите потерянный папкин менталитет.

– Э-э! Давай с терминологией определимся. Ментал и менталитет – вещи разные.

– Так зачем вам ментал, если это не менталитет?

– А затем, хулиганка, что ща я тебя за хулиганство за ухо возьму и к мамке отведу, а ты заревешь: дядя злой! И мамка скажет: дядя плохой, заберет тебя! А нафиг ты мне нужна – тебя забирать? Такова судьбина всех Людиментов: добрые дела они людям делают, за порядком следят, а те на них напраслину возводят, козлами зовут. Вот и отрядили они меня сюда, в лес, ментал искать, ну, то есть, ум, честь и совесть, потому как в городе его нету. Если книжки читаешь, то знаешь: был в античности такой мудрец, ходил по городу средь бела дня с фонарём. А когда на него пальцем у виска крутили, то отвечал: «Ищу человека». Вот и я человека ищу, а Менталоискатель мой – тот фонарь и есть, только современный апгрейд имеет из IT-технологий. Да и они не помогают… Нет у нас ментала – так откуда бы и менталитету взяться? Мой прибор тут бессилен – не менталитет его не перенастроить.

– Ладно, ладно! С Людиментами ныть будешь, – Турозавр говорит. – А сейчас ребенку помочь надо. То ментальный первый долг. Времени у нее мало, следует к Блогеру доставить. Он всем поможет, ежли из берлоги сумеем вытащить. Он больно заморочен на своих блогах, слогах, аналогах, эниологах… Блин, и зачем я с ним вчера пост-модернизьм держал? Не всякому он по силам… Ладно, в путь, друзья, да хвоста – паберегись!

А Турьянна тем временем извлекла из торбы Мудрого Бублика, обдула от пыли и шепчет: «Почто молчишь? Во всех этих исканиях голову сломать можно! Еще запутают меня! Прочисти мне мозги!»

– А коли я молчу, детонька, то все идет по плану, а план по каравану. А вот когда заговорю!!! Тады ховайся… Потому как никто не поможет. Тока я.

А сам подумал: «Далеко пойдёт девчонка! Скоро самого Турозавра за пояс заткнет и будет тут менталитет разводить… От тады ховайся…»

Двинулись они вперед всей честной компанией да вскоре к Блогеру и притопали.

А тот после скромной трапезы из лесных ништяков (что поделаешь, пост-модернизьм) устроил себе положенную по обычаю сиесту. Разомлев на травке, сладко медитировал, не реагируя на шумное сборище бандерлогов, тусовавшихся мелкими группами вокруг да около. А те резвились, как могли: курили бамбук, расчесывали друг другу хаер пятернями да черпали кокосовыми чашками банановую брагу из финиковой бочки. А тут и гости из леса привалили.

– Превед, кросавчеги! Фигассе! Убиццо апдерево! – так встретил Великий Блогер свою новую паству

– Э, не при ребенке то… – Бублик из торбы пыхтит. Видать, точно его черед настал.

– И тебе превед, кроюжго! Давно не чатились! – бежит Блогер Бублику руку пожать. Да вспомнил, что рук у того нетути. – Чё зависли, давайте к нам!

– К нам, к нам! – бандерлоги вопят. – Оттянемся по полной! Ща музычку поставим. Эй, петичго! Паёмбегом! Тили-тили! Трали-вали! А пока рекомендуем причаститься из нашей священной бочки, которая никогда не пустеет!

– Ну, наконец-то по-русски, а то как по-китайски! – Турьянна говорит. – Вроде бы и понятно все, да как-то не по-нашенски...

– Зато аддушы! – Блогер ей навстречу, – Жжош, дефачко! Ну, в смысле, откуда ты такая умная?

Испугались за нее братья Питеки да вперед выступили – защитить. Но Блогер остановил их жестом.

– Ваши непонятки в личке обкашляем, и с книжником тоже, а вот ты, пиплёныш, тренди начистоту, за каким дятлЪом притопала?

– Не за дятлом, а за менталитетом. Слыхала, ты на блогах гадаешь, все ответы знаешь. Вот и найди мне менталитет батин.

– Шо за беспонтовый мозговынос… – осекся Блогер, косясь на злого Бублика. – То есть, уважаю праздное любопытство. Ну, пойдемте на блогах гадать.

Не сдержала Турьянна любопытства: что же это за блоги такие? Впервые ей к таинствам приобщиться придется модернизьма запрещенного и ужасного. Но, увидев, что другие искальцы ничего не боятся, осмелела.

– Вкупайте, это – блоги, – показал мудрец на большой пологий холм, усеянный множеством нор.  – Значится, так: всем оставаться на местах, гостям бражки, чтоб со страху не оскандалились. А суть вот в чем: в каждой норе свой прикол. Я сам не врубаюсь, где какой, потому как они с удавком. Чем удавок больше, тем им круче. Если запостить мое фирменное заклинание и сунуть руку в любой из портов, то есть нор, то ответ получишь в зависимости от исходящего оттуда коммента. А коммент может быть разный: иногда и не ждешь его, а он есть, иногда два часа сидишь, шоб кто откомментил, а они не в сети… А то еще вместо комментов бывают лайки и игноры… Это вообще пи…ар такой.

– А без заклинания можно? – спросила Турьянна.

– Можно, но не нужно, ибо если сунешь руку просто так, то из соседней норки выскочит маленькая вредная зверюшка – Верблюдосуслик – и плюнет в морду. А поймать его и удавку слабо, ибо Верблюдосуслик есть истинный хозяин бугра и из норы в нору перемещается. Это сеть и есть. Никогда не знаешь, где он, зверюка, лазит, в он-лайне или в он-лайне… А от заклинания подвисает.

Сосредоточился Блогер и давай читать:

 

Ночь. Пологая гора. Полная луна.

Полукруглая нора тайною полна.

Руку сунь скорей в нору: ожидай и верь,

Что пожмёт ее, как друг, там живущий зверь.[1]

 

Да руку в боковую норку ка-а-ак запихнёт!

А из средней норы другая рука как выскочит, как вылезет! А в ней – ремень хороший! И голос, до боли Турьянне родной:

– Ах, ты дочь непослушная! Хулиганка такая! Дяди милиционера на тебя нет! Кто разрешил без отца по лесу шататься да в сказки верить!

А тут и сам Турьян из норы, весь грязный, вылез. Подивились все, ахнули, с непоняток бражки бахнули. Да все так и есть: Турьян перед ними стоит.

– Ну, раз ты мое гадание первый откомментил, – Блогер ему рече, – так давай нас и раступляй. А то мы тут апстену едем, а он в норе коннектится.

– А что раступлять! – Турьян кается. – Чтоб в городе выжить, надо делать вид, что менталитет лесной крымский тебе до Менталоискателя. В смысле, так голову на самоубеждение настроить, что и энтот фонарь IT-шный ее не возьмет. И детей своих учить тому следует. Город вам не лес. Там свои законы и свой менталитет. Знаете, какие там субъектики водятся? Только Презикдент со Спихером чего стоят, а есть еще…

– Не при детях!

– В том-то и дело… Что детей к тому готовить надо, чтоб голова была способна все это принять. А значит, места в ней вам нетуть. Но как я сам себя ни убеждай, а душа моя к туристскому менталитету тянется. Вот я втихаря тут иногда и поживаю. За бугром. Исподволь лесом любуюсь, да никто не знает, что я городу изменяю, меня в сети не видно. И в менталитете участвую: вон на мне Блогер гадает, судьбы исканий определяет. А как я в городе и тут меня нетуть, так, стало быть, проблемы соединения. Потому комментов по неделе и ждешь.

– А Верблюдосуслик? Тоже ты? Я его лично видел!

– У нас весь менталитет такой: все всех лично видели, а никто ни в кого не верит. Все наукой друг друга доказываем. На гаджетах. Да все в буграх сидим. Кто не за буграми. А давайте из них вылезем – встречу нашу отметим! А с дочкой своей я еще поговорю…

– Ша! – бублик из сумы вылез. Даже с перепугу покатился, равновесие держа. Выкатился на середину и рече:

– Турьянну не трогать. Именно ей предстоит здесь менталитет определять, потому как поверить в него не испужалась и искала честно и активно. Ежли воспитывать ее будешь правильно да мозг ерундой не забывать, вернет она Крыму весь его менталитет настоящий. А то и разовьет.

«Э-эх… – подумал Турьян. – Тут еще попробуй ее неправильно воспитай, когда такая толпа за этим присматривать собралась…»

«Э-эх… – подумал Турозавр. – Что тут будет, когда она вырастет…»

И только Турьянна ничего не думала, а на хвосте Турозавровом каталась. Ведь тем, кто в своих исканиях суть обрел, не дуплить над нею, а радоваться надо.


 


[1] Стихотворение Николая Шошанни (Винница)