Виктор Каган. Ночной венок

НОЧНОЙ ВЕНОК

1

Сгущенье тьмы, теней переплетенье
И в пламени свечи сгорает мотылек.
Ночная грусть чернильно-черной тенью
Над головой, вокруг, у наших ног.

И рядом ты - и я не одинок.
Прозрачно и светло мое горенье.
На этот тихий свет приходит Бог,
Даруя нам за все грехи прощенье.

С востока тянет легкий ветерок.
Архангелы откладывают трубы.
Ночная тишь легко ласкает губы.

И лишь ночной задумчивый сверчок
Смычком прокладывает тропку в небеса…
Глядишь - и до рассвета полчаса.

2

И в пламени свечи сгорает мотылек -
Напоминанье и благословленье.
К ногам ложится, покружив, листок.
В прохладной паузе покоится цветенье.

Ружье заряжено и напряжен курок,
Но цель упорно избегает зренья.
И прячется в норе степной сурок
До утреннего первого томленья.

Смешной звереныш, глупый свистунок,
Какая песня тебе ночью снится?
Завидую - мне напролет не спится.

И что ни вечер - я даю зарок,
Слонов считаю, лежа на спине.
Но сон упрямо не идет ко мне.

3

Ночная грусть чернильно-черной тенью.
Ночной кукушки рваный тенорок.
Ночной змеи зловещее шипенье.
Ночных раздумий тягостный оброк.

На память завяжу я узелок,
Но не о них - о светлячков свеченье,
О ветерке, что холодит висок,
О сбивчивом и искреннем реченье.

Ночь высыпает звезды на лоток.
Глаза твои поблескивают влажно.
А что еще на этом свете важно?

И воздуха подарен нам глоток -
Один на двух, как хлеб напополам.
И тени разбежались по углам.

4

Над головой, вокруг, у наших ног
Мельканье атомов и мошкары роенье.
Гудку в ночи откликнулся гудок,
Прикосновению - прикосновенье.

Обострено полуночное зренье,
И лунный луч рисует, как мелок,
Серебряное птичье оперенье,
Костра полузатухшего дымок.

Спросонок взвизгнул глупенький щенок.
Паденье яблок призрачно и глухо.
Щекочет щеку ощущенье пуха.

За окнами стихает говорок,
И окна растворяются в тиши,
И кроме нас на свете ни души.

5

И рядом ты - и я не одинок.
Затеряны в миров коловращенье,
Мы знаем, что безумно краток срок,
Отпущенный высокому служенью

Любви. И в этом наш урок
Тепла, печали и благоговенья:
Не потерять наш малый островок,
Не упустить ни одного мгновенья.

Как лист перед травою - Горбунок
Возник в ночи и теплыми губами
С ладоней хлеб берет. Да будут с нами

Очаг и сын, и теплый чугунок,
И счастье на рассвете наших встреч,
И несмолкающая друг для друга речь.

6

Прозрачно и светло мое горенье.
Пусть у порога топчется порок,
Пусть Страшный Суд грозит и разоренье,
Пускай земля уходит из-под ног,

Но и тогда со мною озаренье
Той первой ночи, где нам пел сверчок,
И где не покидало удивленье,
Как без тебя я жить на свете мог.

Я вытянул счастливый номерок.
И я живу единственно, покуда
Со мною остается это чудо,

Мой тихий уголок и оселок,
И наготы свечение в ночи.
Не говори, прошу тебя, молчи.

7

На этот тихий свет приходит Бог,
Не требуя коленопреклоненья.
И небосвод становится высок,
Как было в самый первый день творенья.

Слепящей тьмы уходит наважденье.
Нисходит сверху световой поток
И в душу проникает просветленье,
Глаза щекочет радости песок.

Небесный лес от нас наискосок.
Небесный шорох достигает слуха.
Душа восходит к состоянью духа.

Творения высокий мастерок
Коснулся нас как первородной глины.
И плод на дереве. И мы еще невинны.

8

Даруя нам за все грехи прощенье,
Снует в ночи божественный уток.
И не отмщенье - только очищенье
Нам воздается. И бессрочен срок

До той поры, когда взойдет восток
Слепящим и зовущим излученьем,
И напросвет дрожащий лепесток
Исполнится высокого значенья,

Пчелиный встрепенется хоботок,
Раскроются цветы ему навстречу.
И загудит земной юдоли вече.

Далеких гроз веселый грохоток
Скользнет прозрачной рябью по реке.
Стоим пред Богом - и рука в руке.

9

С востока тянет легкий ветерок.
Ночные бабочки трепещут в упоенье.
Сквозь камень пробивается росток
Тайком от ночи. И благоволенье

На нас нисходит. Легкий ручеек
Безгрешно совершает омовенье.
И к лесу повернулся теремок
Спиной, а к нам - лицом. Творенья

Снует в ночи невидимый челнок,
По вдохновенья мудрому наитью
Заправленный серебряною нитью.

Потрескивает веткой костерок,
Усыпан звездной пылью Млечный Путь.
Рука в руке. И рук не разомкнуть.

10

Архангелы откладывают трубы.
Прозрачной тишиной звенит чертог.
Что мы Гекубе? Что нам до Гекубы,
Когда земля уходит из-под ног?

Еще исток или уже итог?
Через какие воды, пламя, трубы
Еще пройти и не попасть в силок,
Где ни друг другу, ни себе не любы

В молчанье созерцаем потолок,
Не видим, а глядим друг друга сквозь
Уже не вместе и еще не врозь

И принимаем простенький манок
Или дешевых чучел оперенье
За знак любви и Божье откровенье.

11

Ночная тишина легко ласкает губы,
И в песенку-струну влюблен молчун-колок -
То немо к ней прильнет, то молча приголубит.
Ах, как бы он ей пел, когда бы только мог!

Молчание его когда-нибудь погубит,
Запутает уже запутанный клубок.
Он бережет слова - так трепетно он любит,
Он бережет слова, что знает назубок.

В глазах ее хрустит ноябрьский ледок,
И заглушает хруст неловкие признанья
В том, чему нет на всей земле названья.

Но полумесяца не гаснет тигелек.
И озаряет тонкий лик струны.
И ей слова пустые не нужны.

12

И лишь ночной задумчивый сверчок
Вершит свое стрекочущенье бденье:
Зальется трелью и опять молчок,
И снова трель до умоисступленья.

Он просит небеса об искупленье,
Крестясь на запад, север, юг, восток
Или зовет на золотой шесток
Подругу разделить его томленье?

Подруга, опершись на локоток,
Внимает его сладостному пенью
С такой очаровательною ленью,

Что, на роток накинувши платок,
Певец взирает грустно на восток.
Но все еще ночной укрыто тенью.

13

Прокладывает тропку в небеса
Теней и света соприкосновенье.
Поблескивает первая роса.
Но все еще в дремотном промедленье.

Еще таит лесная полоса
Разноголосицу восторженного пенья,
Шуршанье, пересвисты, чудеса,
Кукушкины наивные знаменья.

Коленок свет и сонный шепоток,
Настоя грез томительный глоток -
До "Здравствуй" еще целых полчаса.

Подушка как прибрежная коса -
Щеке тепло, недвижимо мгновенье,
Но веки предвкушают пробужденье.


14

Глядишь - и до рассвета полчаса.
Все тоньше тишь, прозрачнее виденья.
Земные и небесные леса
Готовы распахнуть свои владенья.

Светлеет горизонта полоса.
И петухи готовят горло к пенью.
Росою умывается оса
Для трапезы в раскрывшемся цветенье.

Одним дыханьем наши голоса
Питаются. Светло прикосновенье
Как нашей первой ласки дерзновенье.

Проснемся - не растают чудеса
Дарованного щедро наслажденья.
Щекочет губы нежно пробужденье.

15

Так было в самый первый день творенья -
Сгущенье тьмы, теней переплетенье
Над головой, вокруг, у наших ног.
Я вытянул счастливый номерок
Тепла, печали и благоговенья.
И рядом ты - и я не одинок.

Прозрачно и светло мое горенье.
И в душу проникает просветленье.
Снует в ночи невидимый челнок.
Нисходит сверху световой поток
Как нашей первой ласки дерзновенье.
И рядом ты - и я не одинок.

Далеких гроз веселый грохоток -
Напоминанье и благословенье.
Прозрачно и светло мое горенье.
И рядом ты - и я не одинок.

Сгущенье тьмы, теней переплетенье..
С востока тянет легкий ветерок.
Как без тебя я жить на свете мог?
Но рядом ты - и я не одинок.

Виктор Каган © 2001