Александр Левинтов. Природа террора

В нашей короткой, но бурной истории было несколько страниц и эпизодов, заставляющих задуматься о событиях и явлениях сегодняшних дней - уж больно подозрительно все знакомо и необъяснимо вместе с тем.
Наше государство открыто объявило себя террористическим и не только объявило, но и развязало неслыханный дотоле террор, при этом развязан был этот террор без всяких причин и поводов.

Эпизод первый - «Кровавое воскресенье»

РСДРП(б) шла к выборам в Учредительное собрание, прочно занимая вторую позицию за партией эсеров и уже подсчитывая министерские портфели в новом правительстве. Никакой властью в конце 1917 года эта партия не обладала по причине полного отсутствия какой-либо власти в стране. Стоял хаос. Страна, изможденная войной и бездарью, бурно ждала установления хоть какого-нибудь порядка.

Не доверяя ненавидимой им стране, один из лидеров этой суматошной и картавой местечковой партии снял свою кандидатуру во всех избирательных округах и решил баллотироваться по Финляндскому военному округу, где, инородец среди иных инородцев, вполне резонно расчитывал на легкую и бесхлопотную победу.

Тем временем, наслушавшись демагогических речей этого человечка, навесившего на себя всякие несуществующие регалии и титулы несуществующих органов власти, финские националисты завернули («чем черт не шутит в этой чертовой России!») барашка в бумажке и подсунули этому смешному человечку цидулю о независимости Финляндии от России. Для финнов тем самым кончился более чем столетний срам и позор вхождения в состав России, начавшийся со странного Тильзитского мира между Наполеоном и Александром 1 о передаче огромной по площади страны из Швеции в Россию.

По своей природной жадности и неразборчивости человечек собственными руками вычеркнул себя из баллотировочных списков. Выборы прошли без него. Партия, как и ожидалось, набрала свои сто двадцать мест, уступив, как и ожидалось, эсерам. В партийной структуре бедолага был в обойме, но всего лишь в обойме. Было до соплей обидно и муторно: так лопухнуться на мелочи и по дешевке!

Безродный дружбан и шестерка, которого потом даже на детских фотографиях величали Яковом Михайловичем (интересно, где нашли эти фото, если он сбежал из дому в 13 лет?), решил утешить своего патрона: не попал в Учредилку - ну, и пропади пропадом эта Учредилка.

Беспородность сродни беспринципности.

Всеми правдами и неправдами - арестами и прочей волокитой в пути и на беспутьи - задерживается существенная часть народных избранников: в зал заседания попадает всего около 360 из 520 депутатов. Тем не менее, кворум есть.

На первом же заседании Я.М. в самой развязной манере предлагает немыслимую повестку дня, где в первую очередь ставятся на голосование - ни много ни мало - чудовищные и нелепые декреты, подписанные государственным преступником, не подлежавшим даже всеобщей политической амнистии по причине шпионажа в пользу враждебной страны в ходе войны.

Разумеется, зал возмущается, фракция партии демонстративно покидает заседание, оставляя в зале 240 депутатов, теряющих кворум и законодательную дееспособность.

Жертва собственной жадности и торопливости сладострастно потирает руки, караул устает, единственную в стране законную и избранную народом власть разгоняют, а упорствующих арестовывают, в Кронштадте раскрывают несуществующий мятеж, из отборной сволочи рекрутируется ВЧК и, чтобы замять и замазать всю эту затею, объявляется кровавый красный террор против всех - от царя до проститутки. Тут же возникает сеть концлагерей, а новые опричники получают абсолютную власть над людьми.

Тут все пошло и поехало, вслепую, наотмашь, без разбору: чем больше непонятного и дезориентирующего, тем лучше. Отменяются деньги и долги (это Франции мы должны были 5 миллионов золотом, а собственному народу - все 20!), календарь сдвигается на 13 дней, а день - на четыре часа, упраздняются буквы и звания, меняются правописание и символика, моральным становится полезное, а полезное объявляется мракобесием; города и веси, включая переулки, переименуются чуть ли не ежегодно, по студеному Невскому скачут голые коллонтайки и армандки, партийные подруги и жены вождей.

И мы увидели и убедились в том, как мелкие страсти и желания мельчайших личностей могут, попади этим личностям в руки подходящие средства, совершать самые невероятные теракты - и почти безнаказанно!

Этот эпизод учит нас: личности без моральных ограничений в состоянии сильно ограничивать общество в волеизъявлении его членов.
Становится также понятным, почему террор связан с кажущимися обществу неадекватными целями и средствами террористов - просто, цели террора всегда несомасштабны действиям террористов: микроскопические мотивы порождают гигантские катастрофы.

Эпизод второй - «Мы - красные кавалеристы, и про нас былинники речистые ведут рассказ»

Зеленая армия Махно совершила почти невозможное: преодолела Сиваш и ворвалась в Крым. В хозяйстве Врангеля началась паника. Суда уходили в Константинополь. По стопам Махно в Крым вошла, без боя и пыли, Первая Конная. Начались массовые расстрелы белых, в том числе и тех офицеров, которые поверили в амнистию и явились сами. Столь же вероломно была расстреляна и уничтожена армия Махно: лавры победителей перешли по наследству мародерам Первой Конной. В самый разгар этого триумфа эта пьянь получает директиву из Центра идти на Варшаву делать мировую революцию. Опять.

В Баварии и Венгрии попытки спровоцировать мировой пролетариат сорвались. На сей раз решили экспортнуть ее, родимую, прямым вторжением в страну, только недавно освободившуюся от российского имперского гнета. Приказ выступать сопровождался подробной инструкцией, как вести себя на Украине (также пытавшейся получить независимость): настоятльно рекомендовалось вождем мирового пролетариата останавливаться в каждой деревне и выгребать по продразверстке все зерно, а, буде возникнут подозрения, что отобрано не все, возвращаться и стоять (=грабить) до тех пор, пока не отдадут все до нитки.

Разумеется, это - великий мародерский поход, вдрызг пьяный и разлагающий, окончился кофузно: молодая польская армия нанесла первым конным засранцам сокрушительное поражение, а маленький красный наполеон Тухачевский наглотался собственных кровавых соплей. Чтобы утешить мальца, Реввоенсовет бросил его на подавление «заговора Антонова» в Тамбовскую губернию. Антонов, руководитель тамбовской совдепии, неправильно понял свою функцию и попытался защитить местное сельское население от погромов продразверстки. Тухачевский перекрыл все дороги и, постепенно сжимая кольцо окружения «восставшей» губернии, просто уничтожил половину взрослого населения, то есть, практически, все мужское население.

Террор стремится к тотальности и направлен не против кого-то лично и персонально, а против всего общества.


Эпизод третий - «Квартирный вопрос»

В 1923 году, когда уже кончился и стал отходить в прошлое кошмар продразверстки, военного коммунизма и гражданской войны, террористы чуть не впали в уныние. Нужен был новый террор, и выход был найден. Так появился 10%-ный натуральный жилищный налог. Неизменная террористическая тройка: представитель ВЧК, представитель ЧЖК (Чрезвычайной Жилищной Комиссии), «чижик» и председатель домкома, незабвенный Никанор Иванович, -- ходят по квартирам, сгоняя людей в подвалы или превращая их жилища в коммуналки. Освободившаяся площадь частично заселяется новой плесенью, а отчасти превращается в «нехорошие квартиры», где пропадают люди (явочные ВЧК). Довольно быстро формируется социальная технология тотального стука друг на друга или то, что названо Булгаковым «квартирным вопросом».

Террор всегда порождает всеобщий страх и подозрения, недоверие всех ко всем, собственно, на это он, терроризм, и направлен.

Эпизод четвертый «Алитет уходит в горы и становится антисемитом»

Страна пережила еще несколько судорог террора: грабеж храмов и глумления воинствующих безбожников Емельянова, раскулачивание, разгром технической интеллигенции и военных кадров, уничтожение предпринимательства (конец НЭПа). В этом ряду особое место занимает культурная революция, направленная не только против людей, но и против собственной истории и культуры.

Уничтожению подлежит не только высокая культура, но и бытовая (вплоть до запрета на детские игрушки), не только великорусская, но и эндемичная культура малых народов. Кочевников прикрепляют к земле, лишают права и условий хозяйственной деятельности (например, введением жесткого планирования товарной продукции, подлежащей изъятию в пользу государства). Несчастным впендюривается чуждая и ненужная им, порабощающая их и их детей письменность.

Сначала эта письменность строилась на идее мировой революции и переходе всего оставшегося от этой революции человечества на единый язык, имеющий в основе латинский алфавит.

Когда носитель идеи мировой революции бывший тов. Троцкий проиграл тов. Сталину, стороннику победы коммунизма в одной отдельно взятой стране, всех этих образованцев расстреляли как троцкистов, а новые письменности переделали на кириллическую азбуку. Надо сказать, что и троцкисткие интернационалисты от правописания и сталинские соколы тотальной грамотности были в основной своей массе евреями, поэтому местные приполярные и заполярные алитеты выработали в себе устойчивый антисемитизм, не строго различая для себя, чем еврей отличается от русского: «все русские - евреи, все евреи - русские».

Терроризм может быть вооружен не только бомбами и деньгами. Культура также может стать средством террора.

Эпизод пятый -- «Шумел сурово Брянский лес»

Это - очень опасная и деликатная тема. Тем не менее, мое мнение таково: партизанская война, развязанная Сталиным в ходе войны 1941-45 годов, есть террористическая война. Она была направлена не только и даже не столько против Германии, сколько против собственного народа, оказавшегося в оккупации и который тем самым потерявшего доверие своего отца. Впрочем, этот народ и не имел этого доверия, так как представлен был по преимуществу населением свежезахваченных стран и территорий: стран Балтики, Западной Укрианы и Белоруссии, Бессарабии, Буковины и т.д. Результат: в ходе партизанского террора только в Белоруссии было уничтожено 200 тысяч немцев и, как ответная мера немцев - два миллиона мирных жителей. Гитлер в самом начале войны предупредил Сталина о неприемлимости ведения партизанской войны и об автоматическом уничтожении десяти заложников за каждого убитого в тылу немецкого солдата: наивняк, он думал тем самым остановить Сталина.

Террор порождает только террор, и потому единственный путь выхода из террористического тупика - не отвечать террором на террор и не создавать информационного ажиотажа вокруг и по его поводу.

Понятие терроризма

А теперь - некоторые понятийные выводы из сказанного выше.
Террор преследует цель порождения страха. Есть страх - есть и террор.
Террор всегда публичен и жаждет публичного обсуждения. Нет информационного шума - нет террора.

Террорист, как правило, преследует цели, неадекватно мелкие сравнительно с масштабами теракта и его последствий. Дальнозорких террористов не бывает.

Террор есть средство власти и управления людьми и обществом, выходящее за рамки действующей морали. Совершенно неважно, осуществляется ли террор в рамках закона или вне закона: сами законы могут носить вполне террористический характер.

Террор может называться национально-освободительной борьбой, войной за независимость, партизанской войной народных мстителей, диверсионно-подрывной деятельностью в тылу врага, обеспечением безопасности, культурной революцией - это все неважно. Важно, что, действуя тайно и скрытно, террорист ориентирован на общественную и даже историческую значимость своих действий. Менее всего террорист ожидает выглядеть жалким, смешным или осмеянным. Террористу ужасно важна серьезность, граничащая с героизмом и мученичеством.

Террор есть почти неизбежная плата за демократию большинства, процветающую в современном мире. Как только мнения меньшинства или одинокое мнение приобретет статус, соразмерный мнению большинства, необходимость в террористическом риске отпадет.