Уильям Сэфайр "Хамас против Аббаса" (перевод Эдуарда Маркова)

Террористы, взорвав бомбу в пабе на набережной Тель Авива через несколько часов после приведения к присяге нового правительства палестинской автономии во главе с Махмудом Аббасом, фактически объявили о начале палестинской гражданской войны. Махмуду Аббасу еще надо доказать, что он хочет и способен победить в этой войне. Ему могут помочь в этом и Колин Пауэлл, и Жак Ширак, и Ариэль Шарон. Но последнее слово остается за палестинскими арабами и их выбором.
Война, которая должна определить, быть ли палестинскому государству, началась.

На одной стороне - квадриада террора: Хамас, Исламский джихад, Хезболла и Бригады мучеников Арафата. Их цель - разгромить Израиль и изгнать евреев с Ближнего Востока. На другой стороне - палестинская администрация, состоящая, в большинстве своем, из арабов, которые стремятся создать свое государство на всей территории Западного Берега и полосы Газа, и участвующая в мирных переговорах с Израилем.

В течение десятилетия эти две стороны пытались изобразить из себя одну во главе с Ясером Арафатом, проводящим двуличную политику - осуждая террор на потребу своим европейским друзьям сегодня, и передавая оружие своему террористическому крылу завтра.

Теперь этому пришел конец. Поскольку реалисты в Израиле и США без экивоков установили, что вопрос палестинской государственности зависит от сформирования правительства, которое покончит с двуличной политикой и всерьез займется борьбой с террором, уставшие от войны палестинские законодатели осторожно отставили Арафата в сторону и назначили премьер-министром Махмуда Аббаса, известного как Абу Мазен.

"Есть только один источник власти", - сказал Аббас, приступая к выполнению своих обязанностей. Он заявил арабским террористическим группам, что "нет военного решения нашего конфликта", и пообещал "серьезно заняться" их нелегальным оружием.

Смелые слова. Через несколько часов, и в непосредственной близости от посольства США в Тель Авиве, "мученики" Хамаса и Фатха преподнесли ему свой ответ: они отправили самоубийцу с взрывчаткой в паб на набережной, и тот взорвал себя, убив трех израильтян и ранив 55. Это было не только очередное убийство безоружных людей - 763 погибших в проигранной Арафатом кампании против Израиля - но и, фактически, объявление палестинской гражданской войны.

Колин Пауэлл и всевозможные аутсайдеры могут разворачивать свои карты дорог и назначать временной график в соответствии со своими пожеланиями, но прогресс в установлении мира и безопасности может быть достигнут только в том случае, когда правительство Аббаса, представляющее молчаливое палестинское большинство, победит в этой гражданской войне - или, по крайней мере, после первой уступки Шарона продемонстрирует "100-процентное" усилие победить в ней.

В этой способности палестинцев взять в свои руки контроль над землей, на которой они живут, заключается суть дела. Администрация, не обладающая реальной властью, не является администрацией и не проходит первой же проверки на способность управлять государством. Когда Арафат отказался использовать свою полицию - выдав тем самым террористам лицензию на убийство - армия обороны Израиля вынуждена была заполнить вакуум и войти на территории. Как только Аббас и его министр безопасности Мухаммад Дахлан станут представлять на территориях Западного Берега и в Газе неоспоримую власть закона, Израиль может без риска вывести свои войска.

Нам следует преодолеть искушение переоценивать Аббаса только потому, что он не Арафат. Он возглавлял делегацию палестинцев на переговорах в Кемп Дэвиде три года назад, когда палестинцы отвергли самое лучшее предложение, которое они могли получить и вряд ли теперь получат, и позже сказал, что "Кемп Дэвид был ловушкой, из которой нам удалось выскочить". Может быть, он тот человек, с которым, как сказал о нем президент Буш, "я мог бы работать", но он еще должен доказать, что способен, как Садат, совершить смелый поступок.

Если Абу Мазену удастся демонтировать коалицию, чьим лозунгом является "все или ничего", у Израиля появится шанс придти к миру с его палестинской администрацией. Шарон может оказать ему помощь, ослабив контроль на пропускных пунктах, сняв арест с замороженных налоговых поступлений и ликвидировав полдюжины незаконных форпостов.

Франция тоже может внести свой вклад, вновь взяв на себя свой моральный долг навести порядок в Ливане. Династия Асада в Дамаске ведет себя по отношению к когда-то независимой стране - чью столицу, Бейрут, называли раньше "Парижем Востока" - как к части Великой Сирии.

Около 40 тысяч сирийских солдат оккупируют эту страну с 1976 года. Через шесть лет, когда израильские войска вошли в Ливан, чтобы изгнать оттуда ООП, ООН в своей резолюции 520 призвала к "выводу всех иностранных вооруженных сил из Ливана". Спустя целое поколение израильтяне ушли оттуда, но сирийцы остались. Они все еще оккупируют Ливан по "приглашению" марионеточного режима, чтобы защитить террористические операции Хезболлы на юге.

Если Жак Ширак на самом деле хочет помочь Аббасу победить в этой войне ради достижения мира, Франция должна проявить инициативу в Совете Безопасности, чтобы покончить с сирийской оккупацией, которая позволяет финансируемой Ираном Хезболле сохранять надежды террористов.

Секретарь Пауэлл в ходе своего визита в Дамаск может помочь Аббасу, потребовав, чтобы Сирия закрыла штаб-квартиры Исламского джихада и других террористических организаций, которые находятся в Дамаске.

Но последнее слово остается за палестинскими арабами. Изберут ли они жесткую джихадную коалицию и тем самым обрекут себя еще на одно поколение изоляции и страданий? Или они примут изменившуюся палестинскую администрацию и лучшую жизнь в государстве по соседству с мирным Израилем?

Опубликовано в газете "Нью Йорк Таймс" 1 мая 2003 года.

Перевод с английского Эдуарда Маркова.
Май 2003 г.