Деннис Тито – русский космонавт
Интервью, данное Деннисом Тито

Краткая справка

В начале этого года Деннис Тито стал первым «космическим туристом» в мире, заплатив россиянам за эту честь ни много ни мало - двадцать миллионов долларов. Он облетел Землю по орбите 128 раз; получается – каждый виток вокруг Земли влетел ему в 150 тысяч долларов. И он нисколько не жалеет о потраченных деньгах.

Мистер Тито – главный управляющий фирмой Wilshire Associates, одной из ведущих инвестиционных фирм в стране – компании-консультанта и менеджера в крупномасштабном финансировании технологии. Тито всю свою жизнь интересовался космонавтикой, о чем свидетельствует полученое им образование в области космических технологий и космонавтики. После продолжительной работы в Лаборатории двигателей внутреннего сгорания при НАСА мистер Тито переключился на финансирование госпроектов в космической области.

Деннис Тито никогда не забывал о своем увлечении и с огромным интересом следил за достижениями США и СССР. В апреле 2001 г., в возрасте шестидесяти лет, поднявшись с космодрома Байконур в Казахстане, Тито осуществил, наконец, свою мечту - слетать в космос.

Вопросы и ответы

Вопрос: Все заметили Вашу непоколебимую целеустремленность – полететь в космос, несмотра на возражения НАСА. Почему Вы были так заинтересованы в полете?

Мой интерес к космосу развился с первого дня – с запуска первого советского спутника Земли; я был тогда подростком и наблюдал развитие советско-американского соперничества в космонавтике. Если учесть, что мой отец был всего-навсего малограмотным рабочим, итальянским иммигрантом, даже мечты о космосе выглядели тогда дурачеством. Но я всегда хотел слетать в космос – такой род жизненного опыта был как раз для меня.

Я никогда не забывал о том, что мои родители приехали в Соединенные Штаты потому, что эта страна, где, если поставить твердую жизненную цель и упорно трудиться над ее осуществлениям, достичь можно чего пожелаешь. 28 апреля 2001 года, сорок лет спустя после первого полета человека в открытый космос, я смог доказать, что мои родители были правы. Бывший мальчик из Квинса смог полететь в космос.

Мой интерес к космосу и желание внести свой вклад в развитие космических программ США определили то, что я окончил College of Engineering в Университете Нью-Йорка со специализацией Astronautics and Aeronautics и получил магистерскую степень по Engineering Science в Renssalaer. Начинал я свою карьеру инженером в Лаборатории двигателей внутреннего сгорания НАСА. Там я занимался дизайном траекторий для нескольких «Маринеров», летевших к Марсу и Венере. Затем я переключился на карьеру менеджера по инвестициям, и сегодня я – глава компании Wishire Associates Inc., руковожу принятием решений в таких сервисах, как финансирование, консультации и технология. Несмотря на перемену профессии, мой интерес к полетам в космос никогда не угасал, как и моя преданность делу развития национальной космонавтики; я никогда не терял надежды, что и сам смогу вылететь в космос.

Администрация НАСА не допускает «штатских» на свои космические корабли, так что формально я этой возможности был лишен, но в прошлом году меня страшно обрадовала весть о том, что правительство России одобряет возможность выпустить кого-то на своем корабле за плату. Первоначально я был заинтересован побывать на станции «Мир», но увы – ее решили снять с орбиты. Официальные лица российского агентства по космонавтике и компании «Энергия» связались со мной по вопросу – возможно, я мог бы заинтересоваться полетом на международной космической станции с ее миссией «такси». Как следует все взвесив, я подписал с ними контракт в январе с.г.

Насколько суровыми были для Вас условия подготовки к полету?

В целом тренировка заняла примерно 800 часов - и обучение и практическая работа. Сюда включались, кроме прочего, такие задачи, как овладение аварийно-спасательными операциями (основные методы по спасению жизни и поддержке работы инженерных систем), привыкание к условиям взлета и посадки в нулевой гравитации, ведение «домашнего хозяйства» и личная гигиена на космическом корабле…

Хочу подчеркнуть, что моя тщательная техническая подготовка была связана не только с «Союзом», но и с построенными в России частями международной космической станции – «Заря» (функциональный грузовой блок) и «Звезда» (сервис-модуль), а также с другими подсистемами. Моя подготовка, естественно, позволила мне быть лишь пассажиром, а не управлять кораблем «Союз».

Когда заработали двигатели на стартовой площадке в Казахстане, я, «выпускник» программы подготовки российских космонавтов, чувствовал себя вполне уверенно и знал, что смогу выдержать все, что случится на корабле. Между прочим, тренировки подготовили меня настолько хорошо, что мой пульс ни разу не превысил число 72 ударов/мин. при взлете; я мог проследить все, что происходило каждую секунду, от момента взлета до выхода на орбиту. Считаю, что именно благодаря высококачественной подготовке я был способен приспособиться к условиям невесомости за каких-то несколько часов.

Что за время полета произвело на Вас наибольшее впечатление?

То, к чему даже самые интенсивные треировки меня не могли подготовить, - благоговение и изумление, испытанные мной, когда я увидел красоту нашей Земли, этот хрупкий слой атмосферы вокруг нее – и необъятный черный космос, на фоне которого была видна Земля. Представьте себе сами, как это чувствуется, -наблюдать шестнадцать восходов и заходов Солнца в течение дня...

Любой из тех четырехсот людей, кто побывал в космосе, подтвердит: сколько ни тренируйся и ни готовься к полету, - никогда заранее не привыкнешь к испытанию невесомости и свободе движений без малейшего усилия. Этот опыт ощущений невозможно предать другим в подробностях. Я бы сказал, что испытываешь чувство совершеного отдыха. Мой сон в те ночи, что я провел на борту корабля, были самым лучших с тех времен, когда я был младенцем.

Вы явно твердо верите в пользу космических путешествий. Каковы Ваши рекомендации на будущее Америки в этой сфере?

По моему мнению, одно из преимуществ международной космической станции и ее долговременная общественная ценность – это то, что она закладывает основу для расширения человеческой цивилизации за пределы орбиты Земли - на Луну и Марс, и другие планеты Солнечной системы. Другими словами, мы собираемся не посто посетить их – мы хотим жить там.

Чтобы достичь этой цели, нам необходимо всесторонне изучить долговременные эффекты воздействия условий полета на тело и психику человека. Нам также надо разработать самоподдерживаемые системы жизнеобеспечения, которые снизят или в конце концов исключат необходимость подзаправлятъся на Земле, а позволят совершать полеты в течение тысячи и более дней.

Как инженер я считаю, что мы должны рассматривать международную космическую станцию как полезную платформу для старта научных экспериментов, в том числе для развития новых технологий, которые тоже помогут человеку жить в космосе в течение длительных периодов. Все это, как и многое другое, откроет новые перспективы в будущем.

Более близкая, непосредственная цель, по моему мнению, - это то, что мы должны привлечь внимание широкой публики к космическим полетам. Как я уже упомянул, мне трудно передать словами то ощущение, которое я испытывал в невесомости на протяжении восьми дней. Но я, опять-таки, бизнесмен. Представьте, как красиво смогут передать всю эту красоту поэты, пистели, музыканты, композиторы, кинорежиссеры, живописцы, журналисты идругие творческие люди, вдохновенные космическими полетами!

Именно ради этого великого будущего – а не только ради развития науки, новых технологий, даже не только экономических выгод, а ради будущего существование международной космической станции стоит и политических дебатов, и постановки технических задач, и даже повышенных затрат, с которыми мы до сих пор справлялись. Для этого нужно сделать станцию «открытой». Можно восстановить программу “Citizen in Space”. Еще одна мера – не просто позволить, а поощрять русских в том, чтобы они продавали третье место в такси-миссиях «Союза» тем, кто удовлетворяет заранее оговоренным критериям.

Кроме того, нам следует исследовать проблемы и перспективы сотрудничества с русскими – например, создание расширенной команды для продолжительного пребывания в космосе на модуле «Заря», а также для работы на двух «Союзах», постоянно прикрепленных к станции. Нам необходимо показать им, что мы доверяем их людям, верим в их программы и что у нас нет никаких трудностей в работе с ними.

Перевел Сергей Грицаев