Надя Деннис. О войне против всемирной гадости и достижении целей

«Мы всегда склонны думать об исторической трагедии, что это – тот случай, когда желаемое не достигнуто, - написал Генри Киссинджер, - но если мы изучим историю, мы можем найти [немало примеров тому, что] наихудшие трагедии происходили тогда, когда люди добивались того, что они хотели... И цели их оказывались ложными» (Kissinger 125).

Хитрый Киссинджер не уточняет, цели какой стороны в международном конфликте оказываются ложными. Отсюда можно заключить, что ложны цели всех сторон – ведь все стороны полагают, что они победят, тем путем или иным, и получат то, чего добивались. Иначе – зачем затеваться? Бесцельных конфликтов не бывает.

Даже перебранка с соседом имеет свои, не всегда явно выраженные цели: авось ненавистный сосед настолько устанет от вражды, что возьмет и съедет с квартиры или, не выдержав, помрет от разрыва сердца, или повесится от безнадежности – и всем станет легче. Даже можно растащить его вещички и занять жилплощадь. Как будто другой, более крепкий и тертый калач-сосед не направит на вас такую же стратегию...

Henry KissingerКиссинджер сформулировал сущность исторически сложившегося американского подхода к ведению войны: «Американский подход к войне всегда был таков: война и мир – раздельные элементы политики: ты сражаешься на войне, побеждаешь врага, затем устанавливаешь мир – и живешъ себе счастливо» (118)

Различие между таким романтическим подходом и взглядом на войну, свойственным европейским лидерам по окончании Наполеоновских войн, поразительно, - далее говорит он (119). Уже ход и результаты переговоров на Венском конгрессе 1815 г. показали, что европейские государства не воевали просто ради победы и безоговорочной капитуляции – не было таких военных операций, которые не имели бы целей политических, с перспективой на будущее. Киссинджер подчеркивает, что это, возможно, не самый справедливый способ ведения войны – но он имеет серьезные преимущества, связывая переговоры, которые должны последовать после боев, с тем, как эти бои ведутся.

В течение многих веков Европа была уязвима, подвергаясь постоянным вторжениям из Азии, и лишь перемены в вооружении и методов ведения войны XV-XVI веков привели к постепенному перелому; разгром оттоманских турок под Веной в 1683 г. был уже, скорее, символическим: Запад неуклонно шел к достижению превосходства в военном, политическом, технологическом отношениях, и к концу XIX века он стал дoминировать над всем миром. Запад, включая США, принес в мир крупнейшие, непревзойденные в количественном и качественном достижении научные, технологические, культурные достижения – очень сложный процесс,- а также непоколебимое убеждение в превосходстве демократической общественной системы, о которой не раз говорилось: демократия далека от совершенства, но все альтернативы еще хуже.

Американский подход к войне так пока и не принял принципы Старого Света, хотя, конечно, кое-что учтено. Какова была цель войны в Корее и во Вьетнаме? А чтобы не было проклятой коммунистической заразы, чтоб всем было просто и хорошо. В те времена зараза эта существовала не только в «горячих точках» - она завелась немалой и в самом теле Западной Европы и Америки. К 1970-м годам Запад (в основном в лице молодежи) революционизировался всякими мастями до крайности – чего только не было: «Черные пантеры» с Анджелой Дэвис, «Красные бригады», всякого рода протестанты против войн и вооружений, воинственные пацифисты и прочие баламуты, включая европейских хунвейбинов.

Запад испытал и во многом до сих пор испытывает немалый моральный, идеологический, а затем и экомический (энергетический) кризис. «Какая-то гадость завелась», - как говорит моя подруга Наташа о тех или иных болезненных проявлениях в человеческом обществе. Точно, гадость – назовем лишь некоторые гадости: позорный Уотергейт во всей своей многогранности (в котором немало был замешан и Генру Киссинджер, вместе с ЦРУ обвиненный в подслушивании); бойни в Камбодже, Ближневосточный кризис 1973 и последующих годов, в 1979 году – захват пятидесяти американских заложников в Тегеране, послушном Айятолле Хомейни...

Но не только. В 1976 г. – авария реактора с радиоактивными выбросами на станции Три Майл Айлэнд в Пеннсильвании, показавшая, насколько хрупка атомная безопасность. Так, бывший работник станции, тремя годами позже комментируя систему защиты на этом предприятии, заявил: «Если бы кто-то обратил на это внимание раньше, катастрофы бы не было» (Newsweek, April 9, 1979). Если бы обращали внимание!... Вот тут-то и суть всего: если бы обращали внимание, то ничего бы не было.

Но это еще не все. В 1976 г., еще до новой эпохи СПИДа (то есть до его открытия, а не существования), была зафиксирована новая так называемая «болезнь легионеров». Случилось это все в той же многострадальной Пеннсильвании, когда на собрании Американского легиона в Филадельфии многие подверглись странному незаразному легочному заболеванию с последующим смертельным исходом. Эта медицинская тайна поразила специалистов, работавших день и ночь над ее раскрытием. Лишь потом выяснилось, что эта «гадость», болезнетворный микроб, поселилась в системах вентиляции...

То есть всякое бывало! Было, было и то и это, и в последующем десятилетии было, и потом опять. Гадость существует в мире, она вездесуща, многомерна и ужасна своей многоликостью. Но вот если бы обращали внимание!..

Впрочем, обращают, хотя результаты разнятся. К Америке принцип «Гром не грянет – мужик не перекрестится» применим не в меньшей степени, чем к России. Если не в большей. Сейчас America Strikes Back. По кому, по чему бьет? Бьет с надеждой, что вот будет уничтожен (прежде осужденный по закону) бин Ладен с товарищами – так и заживем опять хорошо, мирно и весело? Охо-хо...

Дай Бог, дай Бог. Но вот если бы обращали внимание! Мелкий пример из жизни. В августе 1997 г. прибываю я самолетом из Варшавы в Ньюарк. Так как место в самолете мне поляки заранее не гарантировали, последовала удача: досталось мне свободное кресло в первом классе (попутно замечу, что и в бизнес-классе еда и выпивка у поляков превосходная, не то что у британцев, а уж в первом-то классе!..) – и сидела я в самом первом ряду. Когда самолет посадили, я поспешила, чтобы не стоять в длинной очереди на контроль.

Впереди меня по коридорам бысто побежала какая-то ушлая пара, а я, не зная дороги, погналась за ними. Они быстрей – я быстрей, мы далеко оторвались от всех. Бежим, бежим, и вдруг я оказываюсь... снаружи аэропорта. Да, именно так. Пара исчезла. Я в ужасе побежала назад – мне осложнений в жизни, как и легких путей, не надо – и когда достигла, наконец, изрядно попетляв, контроля INS, подойдя к ним сзади, они тоже пришли в ужас и закидали меня вопросами – откуда я пришла? Не знаю, откуда, отвечаю. Может, занесли меня в списочек... А скорее, нет. Наверное, не стали обращать внимание.

Но сколько, каких и откуда, таких быстрых пассажров, с какой ручной кладью пробежало по коридорам только одного аэропорта? А сколько неизвестно кого прошло через все контроли американских посольств и затем аэропортов – и с чем они прибыли на эту землю?..

Что ж, огульно никого не пускать? Или всех просвечивать до каждого мозгового и кишечного атома?.. Да, именно так. И более того!

Что, возражаете?

Поясню, но начну издалека. Обратимся на время к истории.

Во время Первой мировой войны, в марте 1915 года, прибыл в Соединенные Штаты Америки некий торговый агент из Германии, капитан Франц фон Ринтелен, прославившийся впоследствии своим лозунгом: ”Ich kaufe was ich kann; alles andere schlage ich kaputt!” – то есть: «Я покупаю все, что могу, а все остальное – размозжу!» Интересно, да? У герра капитана имелся швейцарский паспорт, он располагал кредитом в пятьсот тысяч долларов (в те-то времена...) и говорил по-английски с безупречным оксфордским акцентом. Он намеревался закупить как можно больше американского оружия и амуниции.

К этому моменту атташе по торговле немецкого посольства, некий доктор Генрих Альберт, уже организовал предприятие под названием Bridgeport Projectile Company (Компания по производству снарядов Бриджпорта), которая имела фальшивую регистрацию как финансируемая Британией. Она скупала жизненно необходимые военные средства, истощая запасы, предназначенные для союзников.

Альберта разоблачили и выслали и страны, но фон Ринтелен остался – как британский предприниматель, с целью обескровить военное производство. Снабжаемый германским посольством, не стесняемый в средствах, он действовал от имени нью-йоркской фирмы E.V.Gibbons, Inc., закупал вооружения – последнее, однако, производилось в таком количестве, что этот способ нанесения вреда оказался неэффективным. Фон Ринтелен был разоблачен как руководитель целой сети саботажников, взрывавших склады оружия. Он успел нанести значительный вред. Похоже, никто не позаботился, несмотря на военное время, тщательно проверить истинное состояние его «фирмы».

Другой пример. 9 февраля 1942 г. произошел разрушительный пожар на крупнейшем лайнере Normandie, переоборудованном для военных целей и переименованном в S.S.Lafayette. Он стоял на причале у North River, у начала 49-й улицы в Нью-Йорке. Почти за месяц до этого события верховный прокурор Биддл огласил на закрытом заседании документ, основанный на меморандуме президента Теодора Рузвельта, о том, что налицо все признаки готовящихся диверсий на военных кораблях.

Позже комиссия по расследованию причин пожара выявила такое огромное количество нарушений мер безопасности, что стало ясно – судно было обречено: пожары возникали и раньше, воды для тушения было подготовлено мало, связь с городской пожарной службой не действовала еще за месяц до случившегося, в команде было немало подозрительных лиц, которые не прошли тщательной (или никакой) проверки, на борт корабля мог взойти всякий и без предъявления документов – можно только было иметь бляху работника – и т.д., и т.п.

Знакомо? Да, все те же дела.

Лишь после трагедии опубликовали статью репортера нью-йоркской газеты “PM” по имени Эдмунд Скотт, который подробно описал, как он тоже без проверки нанялся на судно и опробовал все возможные пути для диверсии. Он мог бы принести на борт любую взрывчатку, он мог, если бы хотел, облить керосином трюм и палубы корабля, он мог запираться в туалете на неограниченное время и передовать оттуда секретные послания или делать там бомбы – и т.д., и т.п. И никто не обращал на него внимания. Статью Скотта не опубликовали тогда, когда она была написана, - сочли, что она могла послужить руководством для террористов (тогда их еще называли саботажниками). Ну, тогда пусть бы хоть руководство с ней ознакомили! Как видно, нет.

С началом Второй мировой войны и даже до вступления в нее США на их территории произошло столько «загадочных» катастроф, что обратить внимание на них стоило, и нужно было принять решительные меры по их предотвращению. Нельзя сказать, что меры не принимались - но катастрофы повторялись.

Так, в 1940 г. произошла серия взрывов на железных дорогах, пороховых и других военных складах, в стратегических пунктах в Пеннсильвании и Нью-Джерси; взрывом здания пакгауза Национальной гвардии разрушено армейское оборудование на сумму один миллион долларов в Атланте, Джорджия.

В 1941 г. таких актов было такое множество, что их не перечислить. В апреле на многих предприятиях штата Нью-Йорк обнаружили еще не взорванный динамит. Взрывались склады, пирсы, военные заводы, корабли. Акты саботажа случались в разных местах страны каждую неделю или даже чаще. В августе и – снова – в ноябре взорваны сначала авиационная, а затем морская базы на острове Японский на Аляске. Ущерб – десятки, сотни миллионов долларов, множество погибших.
В ноябре же украдено 250 фунтов динамита на шахте в Нью-Джерси...

Чего следовало ожидать? Именно этого. Но террор не прекращался. Можно сказать, он был направлен лишь на военных? Нет.

Начало 1942 года ознаменовалась нескончаемой серией лесных пожаров в Северной Каролине, Нью-Джерси, на Род-Айленде и в других восточных штатах. В некоторых местах охрана обнаружила приспособление «цеппелин»: Воздушные шарики, к которым были прикреплены пакеты с обгорелыми свечами. Просто? Да, так же просто, как ножи для резки ящиков...

Я часто слышу, что эта ситуация – новая. Неправда. Надо просто обращать внимание.

Слово «терроризм» традиционно использовалось для обозначения революционного насилия. Таких индивидуалистов-революционеров мы немало находим в истории России. Не ускользнуло это явление (в русской версии «нигилисты») от внимания Достоевского, Тургенева, Л.Андреева – и даже от мирного, культурного обожателя насилия Леопольда фон Мазоха (см. прилагаемый рассказ Мазоха на эту тему в текущем номере). Альбер Камю написал пьесу о террористах, где они «просто убийцы». Пьеса – о террористах «наших», русских, целящих в царскую семью... В простых людей они пока не целили.

До Второй мировой войны время ирландские националисты (ИРА) со своими бомбами еще соблюдали некий «код чести» и тоже избегали вредить случайно подвернувшимся людям. То же было свойственно действовавшей в Египте сионистской группе Stern Gang.

Такие времена миновали, как и изменился размах терроризма. В случае успеха террорист достигает малой победы, нанося ущерб общему порядку. Суммируясь, систематический терроризм нацелен на хаос, на разрушение духа и солидарности целого народа или нации, на падение его морали, мужества, на паралич страхом, то есть на полный развал. Если всякие старорежимные нигилисты все-таки целили в политиков, военных или официальных лиц, то теперь он – слепое убийство без разбора. Именно разбросанность и непредсказуемость террористических актов умножает ужас, который он несет.

Как метод ведения войны терроризм стремится избежать прямого столкновения. Специалисты называют его стратегию indirect approach. Отсутствие формулировки прямой цели дает основание некоторым считать, что это и не война.

Напрасно. Это- война. Страшная и жестокая. Но что же делать?

Вы у меня спрашиваете? Не раз меня упрекали в том, что я избегаю давать прямые ответы. Тогда рассудим так.

Скажем у каждого человека в жизни есть множество дел, обязателъств, обязанностей и привязанностей. Но что-то все же – главное. Например, работа. Значит, работе человек и должен посвятить себя максимально, чтобы достичь наилучших результатов – или хотя бы не потерять ее. Остальное менее важно, как ни больно это сознавать. Или есть у кого-то – такое счастье – горячо любимый, единственный в мире человек. И если бегать «по бабам» или «по мужикам», клевать на всякую гадость, то любовь свою можно потерять. Или загубить.
Над беречь своих детей, охранять свой дом. И так далее – простые истины, надо устанавливать приоритеты. Иметь шкалу ценностей. Не так ли?

Что дороже всего американскому гражданину? А Главному Гражданину – Президенту? Благополучие своей страны, своего народа. Свою страну надо защищать и беречь. Так? Так. И что?

Нынешняя ситуяция показывает: потянули рубашку на задницу – пуп оголился. Поддернули рукав – ворот лопнул. Не знаешь уже, куда и бежать: то взрывы, то диверсии, то билогические казуалитеты.

Я не люблю высказывать однозначных мнений – потому, что нет их у меня. Я не знаю рецептов. Я, как и практически все, пойду с оружием защищать эту страну – согласно клятве, данной искренне. Я люблю Америку, но трепещу и вздрагиваю, когда думаю, как мало еще она обращает внимание. Что я могу сделать, чтобы предотвратить массовое поражение?..

Я считаю, что война пошла на два фронта – это ужасная тактика и стратегия. Я считаю, что сосредоточиться надо прежде всего на своем собственном доме: укрепить его, очистить, законопатить, обеспечить всем необходимым -продезинфицировать, наконец. А месть не уйдет – и талибаны могут подождать. Но – на что те рассчитывали и провоцировали, того и добились. Провокация удалась. А сколько их в мире, всякого рода «талибанов»? Несть им числа, отнюдь не только мусульман. Где мы были раньше?..

Это – война. Война на два, как минимум, фронта. А может, фронт сферический?..
Это – проявление очередной всемирной «гадости»...

Но не впервой?... «Вера в то, что международная политика может вестись без учета того, как подобные проблемы разрешались прошлыми поколениями, представляет собой грубое невежество» - сказал Киссинджер (125). А если учитывать и то, как подобные проблемы не разрешались?

А если обращать побольше внимания? Все-таки – чего мы хотим, чего добиваемся? А вдруг, как предупредил Киссинджер, своего добьемся – или враги добьются своего?

 

Использованы материалы:

Kissinger, Henry. For the Record: Selected Statements, 1977-1980. Boston-Toronto: Little, Brown and Company, 1981.

Newsweek, отдельные номера 1973-79.

Sayers, Michael; Alfred E. Kann. Sabotage! The Secret War Against America. NY – London: Harpers Publishers, 1942.