Сергей Эйгенсон. Без нефти (Альтернативная история ХХ века )

Соль таблетированная купить таблетированную соль.

    

Я думаю, что бог Саваоф создал небо и землю и все живое из каменноугольной смолы и  поваренной  соли.  В Библии  об  этом прямо  не сказано,  но можно догадываться. А.Н.Толстой, «Гиперболоид инженера Гарина»

Старому другу Б.Б.Б. с воспоминанием о том, как мы с ним тридцать лет назад обсуждали среди прочих и эти материи на первом этаже и в подвале Института Органической Химии им. Н.Д. Зелинского   АВТОРСКОЕ ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ. Достаточно часто на русских форумах, как и по всей многоязыкой Сети, заходит разговор о грозящей энергетической катастрофе в связи с истощением нефтяных ресурсов. По большей части, как и в любой дискуссии на свете, разговор идет понаслышке. Я и то удивляюсь, откуда иногда берется такой апломб у людей, с трудом отличающих баррель от полуштофа, недавно услыхавших от модного шарлатана про изотермы, но, как и он сам, пока не подозревающих о существовании еще и изогиет, а уже выносящих свою авторитетные заключения по любому вопросу, связанному с нефтью и газом.  Елки-палки, я двадцать лет проработал на Самотлоре и в Печоре, работал и в нефтепереработке, и в добыче, и в транспорте, и в использовании газа – а не решаюсь выносить такие безапелляционнные суждения, как какой-нибудь доцент-недоучка, что-то такое слыхавший в Интернете! Одна из причин безапелляционности, как всегда, вакуум информации, говорится-то много, но больше высказываются эмоции, чем показываются выкладки. Приятное исключение – группа старых нефтяников, геологов и экономистов, объединившаяся под знаменем идей своего покойного друга геофизика д-ра М. Кинга Хабберта ( http://www.hubbertpeak.com/ ). Он предсказывал скорое достижение пика нефтедобычи, а после этого быстрое ее падение с катастрофой всей машинной цивилизации. Тут есть, по крайней мере, доводы, с которыми можно соглашаться или не соглашаться, а не просто хныкающее недовольство новыми временами а ля чеховский Фирс. Здесь, в портфолиевской Гостевой, некоторое время назад тоже всплывала эта тема. Random задал очень интересные вопросы, на которые наспех ответить было нельзя – мне, во всяком случае, не под силу. Думаю, что дела не так плохи, однако. Я с симпатией отношусь к хаббертианцам, что ж тут удивительного – я и сам отставной нефтяник, но в их секту не вхожу, как не входил, скажем, и в очень симпатичную секту ТРИЗовцев. Можно было бы привести их резоны и выставить соответствующие возражения в соответствии с правилами наукообразного диспута. Но мне показалось забавнее представить себе мир, в котором этих самых, уже почти век вот-вот заканчивающихся запасов углеводородов попросту нету. Результаты этой попытки и представляются вашему вниманию. Мне кажется, в этой альтернативной истории приведено достаточно много фактов из истории реальной, что позволяет читателю самому решить – точно ли мы на краю пропасти? А это всегда лучше, чем верить чьим-то готовым выводам, хотя бы и моим собственным.

1. ПРОЛОГ

Пять миллиардов лет назад, 150 миллионов километров от центра того, чему суждено стать Солнечной c истемой

Бригада демонят Максвелла с первого курса Космогенического техникума имени Двадцатипятилетия Биг-Бэнга при тусклом свете протосолнца работает на производственной практике по астроэкологии. С помощью электромагнитных и гравитационных полей они собирают вместе около шести секстиллионов тонн космического мусора: астероидов, комет и прочих метеоритов. Пользуясь плохой освещенностью, двое чертенят заигрались в космический керлинг – гоняют гравитационными вениками громадную метановую комету в сторону от общей кучи. Пока куратор, преп по термодинамике,  заметил их шалость, пока накричал на пацанов – комета ушла в сторону громадной свалки, которую собирает выпускной курс в 778 миллионах километров от центра площадки. Нехорошо, конечно, получилось - там, в той куче и так метана хватает, а в нашей будет недохват ресурсов. Ну, да справятся как-нибудь! Какие-то осколочки им все же остались, на первое время хватит, а дальше ... На кафедре говорили, что на этой планете запроектирована какая-то особо «разумная» жизнь. Вот пусть и проявит свою разумность. Главное, что площадка в нашей зоне  практически очищена, обе заготовки, большая и малая, согнаны на место, дальше их удержит взаимное тяготение. Можно закрывать наряд и  вести свою команду на обед. 

2. ИНТЕРЛЮДИЯ ПЕРВАЯ. МИЛЛИАРДЫ ЛЕТ НАЗАД

На протяжении множества не то что веков, а прямо-таки геологических периодов тепловые потоки из глубин разогревшейся в конце концов под действием сжатия и радиоактивного распада тяжелых элементов планеты поднимаются к поверхности. Там, где они проходят через области, изначально богатые метаном, – там при термокаталитических процессах под давлением толщи земной коры образуются смеси углеводородов, то, что будущие разумные обитатели планеты назовут нефтью. В песчаных и известняковых ловушках собираются месторождения этой самой нефти и непрореагировавшего метана – природного газа. Только их очень мало – главный-то ресурс углеводородов чертенята, если помните, отправили в сторону Юпитера. Тому без разницы, неуловимо увеличилось содержание метана в атмосфере – и все. Все-таки,  из остатков образовалось несколько нефтегазовых месторождений в Северной и Центральной Америке, на островах Зондского архипелага, в Европе у подножья Карпат и на берегу будущего Каспийского моря.

3. ИНТЕРЛЮДИЯ ВТОРАЯ. СТОЛЕТИЕ ПРОГРЕССА

1799 г. Франция. Инженер Филипп Лебон получил патент на использование и способ получения светильного газа путем сухой перегонки древесины или угля. Позже он пытался, но  не смог построить газовый двигатель внутреннего сгорания.

1830 г.,  Австрия. Химик К. Рейхенбах путем сухой перегонки дерева, торфа и каменного угля получил новый осветительный продукт, который стали называть "фотоген", - оказалось, что он очень хорошо заменяет в лампах растительное масло и китовую ворвань.

1859 г, Тайтусвилль, Пеннсильвания, США. Эдвин Дрэйк впервые в мире догадался применить для добычи давно известной человечеству нефти не колодец, а тоже уже известный механический бур. На глубине 69 футов пошла нефть,  по 25 бочек в день.

1860 г., США. Оказалось, что из нефти можно получать осветительный керосин, вполне заменяющий фотоген.

1860 г. , Франция . Механик Этьен Ленуар изобрел первый работоспособный, хоть и малоэкономичный, двигатель внутреннего сгорания, работающий на светильном газе.

1861 г., Пеннсильвания, США . Буровая скважина "Эмпайр", при глубине в 460 футов, дала фонтан нефти и ежедневный выход в 2500 бочек . Началась нефтяная лихорадка.

1863 г, Баку, Россия . Начинается собственное производство керосина из бакинской нефти, испокон веку добываемой в колодцах и служившей, в основном, для лечения потертостей  и чесотки у верблюдов по всему Востоку.

1872 г., Россия . Здесь тоже начинается бурение скважин на нефть, сначала на Западном Кавказе, а потом в Баку и Грозном.

1876 г., Германия . Николаус Отто построил четырехтактный газовый двигатель.

1880 г . В США добыто  22 млн баррелей, а в России 31 млн пудов, по американскому счету – 3,6 млн баррелей. Нефть добывается также в Австро-Венгрии и Румынии, впервые найдена на Суматре. Керосиновые лампы распространяются по всему свету, совсем вытесняя старые источники света. Новая промышленность уже заметно влияет на облик  планеты. С одной стороны, конечно, грязновато, особенно при фонтанном методе добычи, а с другой ...

За эти двадцать лет в пять раз уменьшилась добыча китов, да и добытый жир теперь совсем идет не для освещения, как во времена Капитана Ахава, а больше для производства мыла. Если бы не керосин, наверное, на свете уже и не оставалось бы ни кашалотов, ни синих китов - все они пали бы жертвой любви человечества к чтению вечерами. 

1885г., Германия . Готлиб Даймлер   и Карл Бенц создали высокооборотный 4-тактный бензиновый двигатель и запатентовали его установку на автомобиле, моторной лодке и мотоцикле. Нашла применение легкая фракция нефти, ранее просто сжигавшаяся рядом с заводами.

1890 г . В США добыли 37,5 млн баррелей нефти, а в России 241 млн пудов, больше 28 млн баррелей. Русский керосин и смазочные масла  – главные конкуренты американских, тем более, что стоимость добычи бакинской нефти в пять-шесть раз ниже, чем пеннсильванской. Причина – кавказская нефть лежит очень близко к поверхности. Русские не успевают ни экспортировать, ни переработать своей нефти, поэтому большая часть ее попросту сжигается в печах и паровозных топках вместо угля, вызывая стон профессора Менделеева: «Нефть не топливо – топить можно и ассигнациями!»

1895 г . На дистанции Париж – Бордо – Париж состоялась первая крупная автомобильная гонка, которую выиграл Левассор со средней скоростью в 24 км в час.

1895 г .  Добыча нефти в США и Российской империи сравнялась на отметке по 50 млн баррелей в год.

1897 г., Германия . Рудольф Дизель   изобрел керосиновый двигатель с воспламенением от сжатия.

Будущее обещает отрасли невиданное развитие. Пусть на смену керосину идет новоизобретенное электрическое освещение, но оно вряд ли дойдет когда-нибудь до сельской местности, тем более, в России, Индии и Китае. Зато явно нет предела развитию двигателей, работающих на нефтяных фракциях - легких, компактных, удобно помещающихся и на повозке, и на небольшой лодке, и – кто знает? - может быть, в будущем и на летательных аппаратах легче и тяжелее воздуха. Романтики и фантазеры наряду с социализмом, движущимися картинами, всеобщим разоружением и избирательными правами для женщин говорят и о «нефтяной экономике», которая-де когда-нибудь сменит угольную. Пока что до этого очень далеко. Общая мировая добыча нефти не превышает по весу двух процентов от добычи угля – основного хлеба цивилизации. Но впереди …

4. XIX ВЕК ЗАКАНЧИВАЕТСЯ

Все бы так и было, в точности, как и в нашей реальности, если бы не происшествие, описанное в Прологе. Оказалось, что вот эти, заливающие мир керосином и осыпающие своих хозяев золотом месторождения Ойл Крика, Биби Эйбата и Борислава, не только имеют дно, но и последние на свете. « Хаббертовский » пик добычи природной нефти, который в нашей реальности предсказывается регулярно на два года вперед от прогноза, так что покамест он успел за последние пятнадцать лет съехать с 1992 года на 2007-ой, пришелся в этом мире на 1895 год. Больше ничего не находится. Геологи Стандарт Ойл, Нобеля, недавно созданной Ройал Датч, энтузиасты-одиночки облазили весь цивилизованный и нецивилизованный мир – ничего нового не находится, хотя еще десять лет назад поиски так часто кончались удачами. «Видно, у Бога больше нет для нас нефти», –  как сказал безымянный старатель из Оклахомы. На существующих месторождениях, сколько ни бури новых скважин, отдача все меньше и меньше. Всего за пять лет к 1900-му году мировая добыча упала до 45 млн баррелей и продолжает падать, а цена с доллара за баррель уже выросла до безумных восьми долларов, как в рекордном 1865-ом. И продолжает расти. Нет, похоже, нефтяной экономики в XX веке не будет . Надо что-то придумывать взамен.

5. XX ВЕК НАЧИНАЕТСЯ (1901-1913 г.г.)

Удивительно, но исчезновение нефти мало что изменило в мировой истории начала XX века. Никакие нефтяные интересы или образцы вооружений не участвовали ни в испано-американской, ни в англо-бурской, ни в русско-японской войнах, стопроцентно относящихся к угольному веку. Кажется, что нефть была одним из важнейших ускорителей головокружительного роста американской экономики, но по рассмотрении оказывается, что стоимость всей нефти, добытой в стране в 1906 году Реальной Истории , равна 92 млн долларов, из которых на 78 млн экспортировано, а валовой национальный продукт США в этом году равен 31 млрд и экспорт 1,8 млрд.... Не так и велика доля, получается. Конечно, для Российской Империи, при ее не столь мощной экономике, 30 млн рублей, что равно  примерно 60 млн долларов, на 7 млрд рублей ВНП позаметней, но тоже меньше полпроцента. Конечно, роль нефти, как всякого пионерного сектора экономики, важней, чем кажется при простом делении, но не на многие порядки.

Некоторое изменение произошло на знакомой с детства карте «Первая Русская революция 1905-07 г.г.» Один из главных центров революции и межнациональной резни Баку сильно съежился, потому что вместе с падением добычи оттуда уже по большей части ушли люди и капиталы – не из-за чего резаться, не условия для забастовок. Зато ускорилось развитие угледобычи Кузнецкого бассейна - с одного миллиона пудов в 1893 году она поднялась к 1913 году до двадцати миллионов. Соответственно, в пятом году там и в Донбассе немного прибавилось багровых значков, обозначающих забастовки в вооруженные бунты.

Без сомнений, по значительной части человечества больно ударило исчезновение дешевого керосина. О возвращении к ворвани, конечно, не могло идти и речи. Снова по всему свету стали строиться заводы и заводики по производству фотогена из горючих сланцев и угля. В частности, в России на смену умирающим нефтяным скважинам Баку и Грозного отчасти пришли сланцевые карьеры в Эстляндии, Петербургской и Симбирской губерниях. Правда и то, что во многих местах керосиновую лампу уже заменила электрическая лампа Эдисона (1879 г.), изобретение, которое в одной из альтернативных реальностей пытался себе присвоить некий В.Ильич.

Вообще технический прогресс развивается примерно тем же темпом. Как и у нас, на рубеже веков Рэнсом Олдс, а за ним Генри Форд организовали в САСШ * массовый выпуск автомобилей. Однако, по все большей редкости и дороговизне газолина их самобеглые повозки, так же, как у Даймлера-Бенца в Германии, Диона, Пежо и Левассора во Франции, Ланчестера и Ройса в Британии, использовали больше электрический, паровой или газогенераторный привод. Соответственно, по количеству выпущенных на дорогу авто эта реальность отстает от нашей лет на пять и разрыв пока увеличивается, так что к 1913 году в мире не два миллиона автомобилей, а всего полмиллиона. Пока это игрушка только для очень богатых людей (см., например, рассказ Киплинга «Стратегия пара»).

Как и у нас, в августе 1903-го летательное устройство братьев Райт (или Сэма Лэнгли, тут уж совсем дело случая) продержалось в небе 12 секунд, открыв авиационную эру. Но и этот процесс пошел несколько помедленнее. Не потому, что цена на природный и синтетический газолин  играла уж очень большую роль в расходах на эксперименты с аэропланами, но общее оттеснение двигателей внутреннего сгорания с магистрального пути прогресса чуть в сторону не могло не сказаться. Соответственно, доля аэростатов и дирижаблей возросла. Граф Цеппелин в этом мире известен пока больше, чем Блерио.

Своим порядком, практически не завися от нефтяных дел, развивались и другие отрасли техники от радиосвязи и строительства гигантских трансатлантических пароходов до синематографа и производства искусственных азотных удобрений. Шли политические реформы, заседали международные конференции, анархисты бросали бомбы, медики раскрывали причины болезней, литераторы обличали колониальную систему, астрономы всматривались в рисунок марсианских каналов, профсоюзы добивались от хозяев повышения часовых ставок оплаты труда.

6. БОЛЬШАЯ ВОЙНА БЕЛЫХ ЛЮДЕЙ (1914-1919 г.г.).

Тем временем к благоустроенному миру поствикторианства незаметно подкрался Август 1914-го. Кажется, что и в нашей реальности дележка нефтяных ресурсов не была в числе главных причин Мировой войны, как раз перед ней англичане и немцы договорились по  спорному вопросу о месопотамской нефти. Да и двигатели внутреннего сгорания  пока не так влияют на военные действия, как рельсы и паровые котлы, нефтяные фонтаны в тылу не так важны для фронта, как добыча угля и выплавка стали. Собственно, вся боевая техника обеих сторон остается почти той же самой. Почти нет военной авиации – но ведь и в реале авиаторы WWI на своих этажерках воевали более между собой, совершая героические подвиги на грани цирковых номеров, но мало влияя на военные действия и тыловую жизнь на земле. Бомбы с неба больше ассоциировались с «Цеппелинами» – читайте Б.Шоу и других современников.

На море, разумеется, не было ни «нефтяных» эсминцев, ни даже мы c лей о замене угля на мазут в топках линкоров. Но все это очень мало могло изменить соотношение сил. Единственный вид вооружения, на котором очень сильно отразился проявившийся дефицит углеводородов – подводные лодки. Этот вид техники к 1914 году разделился на два подвида: небольшие аккумуляторные лодки береговой обороны  и подводные минные заградители, развитие того, что уже существовало ко временам русско-японской войны –  плюс дизель-электрические подводные лодки дальнего плавания, в чьих двигателях работали смеси рапсового и других растительных масел с дистиллятами коксохимии.

Первый случай, когда безнефтяная реальность выглядит отлично от привычной истории представился в самом начале военных действий, в ночь на  восьмое сентября. Согласитесь, что представить себе генерала Галлиени, перевозящего пехотную бригаду из Парижа в Нантейль на фиакрах, за пределами человеческих возможностей. Но вот будет ли эта ситуация «такси не ходют» решающей для Битвы на Марне? Вторая-то бригада и у нас прекрасным образом доехала на пригородных поездах. Но ясно, что эта ситуация, в любом случае, менее выгодна французам, чем то, что было в реале.

Вообще, когда обращаешься к тому, что пишут о  Первой Мировой как аналитики, так и ее ведущие фигуранты вроде Черчилля или Клемансо, – впечатление такое, что нефть больше воюет на стороне Антанты. Была даже высказана мысль, что победа союзников над кайзером была победой грузовика над локомотивом. Неудивительно, перед войной в Германии было 64 тысячи авто против 100 тысяч во Франции, 178 тысяч в Соединенном Королевстве и 1,7 миллиона в Штатах. Но тут тоже возникает некий вопрос: только ли распределением запасов углеводородов на планете вызвано такое различие? Не в том ли дело, что прусскому духу гораздо ближе железная дорога с ее расписанием, чем пульсирующий хайвэй? Если нет, если все дело в топливных ресурсах, то в безнефтяном мире все должно сложиться с точностью до наоборот. Моторное топливо будет, хоть и не в избытке, у того, кто располагает коксующимся углем и кадрами химиков – тут немцы не уступят ни янки, ни англичанам. На 1913 год добыча всех видов угля в США - 517 млн тонн, в Великобритании – 292 млн, в Германии – 277 млн. А в России и во Франции около 40 млн тонн. Почувствуйте разницу.

Напомню, однако, что разница, кроме того, что поменяла знак, сильно уменьшилась по величине. Мы же договорились, что из-за дефицита газолина автомобильный прогресс отстает примерно на пятилетку. А большую ли роль сыграла моторизация хоть бы и в обеих Балканских войнах?

Танки? Пионерные образцы танков могли выползти на пикардийские поля и в этом мире. Клепаные коробки из шестимиллиметровой стали на гусеничном ходу. Скорость 2 км/час.  А двигатель? Ну, может быть, как и в нашей Реальности, карбюраторный, на газолине, но на каменноугольном. А может, с калильной головкой, на том же рапсовом масле или на этиловом спирте. Летали же в нашу Гражданскую войну аэропланы на смеси прямогонного бензина с самогоном, известной под названием «авиаконьяк». В любом случае, основное воздействие танка на противника  в ту пору было, как известно, ревом мотора и грохотом трансмиссии. Это можно и на самогоне. Конечно, в последние, «брюквенные» годы Мировой войны Германии нелегко вырвать из голодных ртов населения и фронтовиков масло для дизелей и картошку для технического спирта, неоткуда взять лишнюю землю для посевов рапса и того же картофеля на съедение моторам. Но зато только в Германии удалось организовать патриотическое движение   « Die O lhilfe », «Масляная помощь» – сбор и очистку использованного кухонного жира со сковородок всей империи, от больших ресторанов и солдатских кантин до кухонек городских и деревенских хозяек. Это давало до 25 % ресурсов дизтоплива для армии и тыла. У союзников такого, конечно, не получилось, хоть и были попытки подражать бошам. Их выручали бескрайние соевые поля Иллиноя, новые рапсовые плантации Алжира, Пенджаба и Кубани.

Ну, а отставание в прогрессе подводного флота могло, как кажется, пойти и на пользу Второму Рейху. Авось-либо заправленная растительным маслом (ухудшенные по сравнению с нефтяным дизтопливом, пусковые свойства и теплотворная способность, низкое цетановое число) подлодка не дойдет до ирландского мыса Олд-Хед оф Кинсейл и не торпедирует «Лузитанию»? Что ни говори о коварных замыслах американского империализма, но не будь потопления «Лузитании» и «Арабика», что за радость для США переходить от выгодной роли невоююющего «арсенала и кредитора демократии» к амплуа простого участника конфликта? У них и так все уже были в долгу, как в шелку. Что получали они от присоединения корпуса Першинга к войскам Антанты? Ни контрибуций, ни завоеваний. Разве что в культуре, где появился и принес целый ворох лавров новый сюжет - «Американец в Париже».

Именно возмущение общественного мнения наглостью немцев привело в вступлению в Мировую войну. Как всегда в этой стране, не сразу: газетам нужно время, чтобы довести Бэббита до точки кипения. Не могу утверждать достоверно, но мне кажется, что в массовом сознании гибель «Лузитании» отчасти связывалась с тем, что произошло на три года раньше, – с гибелью «Титаника». Если айсбергу никак нельзя было отомстить, то тому, кто выпустил торпеду, – возможно. Вот за это и отдали жизни сто тысяч солдат дяди Сэма за океаном. Плюс испанка. Зато остальные увидели мир. Была даже такая песенка:

How you gonna ' keep ' em down on the farm

After they ' ve seen Paree ?

Так что, не будь нефти, нефтяного дизтоплива и удачного рейса подводной лодки U-20 капитан-лейтенанта Вальтера Швигера , Центральные Державы, по крайней мере, не имели бы против себя еще и Джи-Ай. Конечно, не янки вынесли на себе главную тяжесть войны. Это сделали французы, совершенно очевидно надорвавшиеся в это страшное четырехлетие (недаром же герой Вердена Филип Петен сыграл такую мутную роль двумя десятилетиями позже), русские – для них это была уже вторая неудачная война за десять лет, и империя рухнула, ну, и британцы, конечно.

При этом, если во Франции один погибший пришелся на 28 человек довоенного населения, то в Великобритании – один на 57, вроде и поменьше. Но не надо забывать, что на полях Фландрии и скалах Галлиполи в значительной степени была выбита молодежь правящего класса Британской империи. Герои светских комедий Уайльда и романов Голсуорси, не отвиливая, пошли под огонь орудий Фалькенгайна и пулеметов Кемаля-паши. Вызывает уважение, но в результате Британской империи, несколько даже и расширившейся по итогам WWI , остро стало нехватать кадров для управления колониями. Пришлось не только дать практическую независимость доминионам: Австралии, Новой Зеландии, Канаде, Южно-Африканскому Союзу, но и доверять все больше ответственных постов местным цветным кадрам в Индии и даже в африканских колониях – белых менеджеров, киплинговских носителей бремени очень нехватало после Великой Бойни. Что и привело невдолге к полной потере империи.

В любом случае, появление на фронте свеженьких американцев никак не увеличивало шансы рейхсвера, даже при том, что одновременно подогнулись коленки у противника на Восточном фронте. А не будь той удачной торпеды в «Лузитанию» 7 мая 1915-го, маловероятно, чтобы Вильсону удалось втянуть Штаты непосредственно в войну. Получается, что в мире без нефти спектр возможностей для исхода войны оказывается между тем, с одной стороны, что было в реальной истории, с блокадой, голодом, «14-ю пунктами», Версальским миром и репарациями и, с другой стороны, «почетным миром» без особых аннексий и контрибуций где-нибудь в конце 1917-го –- начале 1918-го года.

Ну, разве что России пришлось бы пожертвовать Польшу, а Германии Познань и Эльзас без Лотарингии на алтарь послевоенных референдумов. Могла бы тут выжить и Австро-Венгрия, отдав Триенто, Катарро, Краков и превратившись в «триединую» монархию. Добрым чехам, русинам, хорватам не пришлось бы тогда на жутком личном опыте убеждаться, что старенький император Франц-Иосиф еще не самый  жестокий правитель, какие бывают на свете.

Есть даже подозрение, что могла бы уцелеть и Османская империя. А что? В Европе турки уже в 1912-м отдали все, что возможно. Проливы ... тут нет никакой уверенности, что западные державы так уж стремились отдать Проливы России. Арабов освобождать? Но если в Месопотамии нет не только нефти, но и надежды на нее – что за игра гонять бедного Фейсала, как зайца, с одного трона на другой, из Дамаска в Багдад? Не было такой страны, Ирак, с незапамятных времен, пусть и не будет, а будут сидеть в Басре, Багдаде и Мосуле, так же, как в Халебе и Аммане, турецкие губернаторы, сечь местное население за неуплату налогов и никаких вам межобщинных войн и национального самосознания. Разумеется, Турция ничего не могла приобрести по итогам войны – не в том она была состоянии, не на том, как нынче модно, градусе пассионарности. Тем более, если она не сбрасывает мешающие национальной консолидации инородческие окраины.

Будем считать, что падишах в варианте «почетного» мира остался во дворце Долмабахче, а младотурки, пожертвовав парой вилайетов  на восточной границе, частичным возмещением армянам и парочкой рядовых исполнителей резни, остались у власти со своими футуристическими прожектами будущих модернизаций, индустриализаций и процветаний. При этом совсем не важно, будет ли у них во главе харизматический Кемаль, в Реальной Истории ставший Ататюрком, глубоко почитаемым отцом нации, или авантюристический Энвер, в нашем мире успевший побывать и генералиссимусом, и зятем султана, и делегатом конгресса Коминтерна, и, наконец, сложивший свою буйную голову в горах Восточной Бухары от пули красноармейца Сухова. В любом случае невозможно одновременно решать две задачи: создания новой национальной  Турции – и имитации жизнедеятельности былой и некогда великой Османской державы. То-то державы и согласились на формальное сохранение империи, утешив себя новыми военно-морскими арендами по китайскому образцу: Россия в Синопе на Черном море, Румели-Хиссаре на берегу Босфора и в Чанаккале у Дарданелл, Франция в Александретте и ливанском Триполи, Италия в Анталии, Великобритания в Хайфе и Газе, Германия в Бейруте взамен потерянной стоянки в Циндао, Австро-Венгро-Славия в Мерсине.

Россия ... Тут уж, с нефтью или без нефти, а ясно, что романовское самодержавие еще одной тяжелой войны пережить не могло. Хорошо было бы, конечно, если б, пойдя по пути благоустроенной конституциональности, народы империи смогли стравить потихоньку накопившийся за столетия потенциал классовой и межнациональной злобы и после подоспевшего вовремя «мира без аннексий» объединиться на пути процветания под скипетром  ... хотя бы и второго мужа Наталии Шереметьевской-Вульферт, Михаила Александровича. Возьмем это, как предельный, наилучший вариант. Хорошо бы, но ...

Боюсь, что так или иначе и в этой реальности будут Брестский, а потом Версальский мир, пермские, алапаевские и екатеринбургские убийства, красный и белый террор, расстрел двадцати шести ... э-э, а вот этого, скорей всего, не будет. Потому, что не будет Бакинской Коммуны. Нефтяной Баку после нескольких десятилетий лихорадочного роста тихо угаснет к концу десятых, как в реальности угас в тридцатых после окончания бума натурального каучука, «Париж сельвы», бразильский Манаус. В свой срок придет туда Одиннадцатая армия и велит строить социализм, как и в Шемахе, Дилижане, Кутаиси и прочих кавказских захолустьях.

Думается, что и в соседнем Иране, скажем, все будет более или менее так же, как и в нашем мире. Конечно, командир туземной казачьей бригады Реза-хан может попросту подавиться, как принято, персиком и умереть. В этом случае ему не сидеть на Павлиньем троне, не называться Резой-шахом. Но специального воздействия от исчезновения нефти тут не предвидится. Похоже, ее открытие в реале к тому времени не больше  изменило тысячелетние порядки Эраншахра, чем лихой рейд замкомпоморде Раскольникова и его Ларисы на Энзели для основания недолговечной Персидской Советской республики.

Постепенно во всем мире все устаканится, уляжется в неудобную, но хоть понятную форму Версальско-Вашингтонской системы, начнется восстановление мирового хозяйства с постепенным переходом в Просперити, «веселые двадцатые».

7. ОТСТУПЛЕНИЕ В СТОРОНУ. НАДСТРОЙКА

  И БАЗИС.  НЕФТЬ, УГОЛЬ И ГАЗ.

Прежде, чем идти дальше, надо бы кое о чем договориться. Что считать главным итогом ХХ века в области «Базиса», говоря марксистским жаргоном, то есть в области материальной культуры, техносферы? Для XIX столетия теми предметами и системами, которые итожили, определяли период, были, скорей всего, паровоз и вообще железная дорога, трансатлантический пароход, грузовой, пассажирский или военный, и, наверное, телеграф. Именно они определяли отличие этой цивилизации от всех предшествующих времен. Для конца XVIII века это, пожалуй что, многомачтовый океанский парусник и почта. Для рубежа же 2-го и третьего тысячелетий это, наверное, автомобиль, самолет и телевидение, которое, правда, сильно подпирают Интернет и мобильный телефон. Это они определяют образ жизни значительной части человечества. Конечно, для большинства китайцев, вьетнамцев или индусов речь идет не о личном авто, точнее, этот предмет редуцируется до велосипеда с моторчиком. Но так или иначе эта троица имеет отношение к жизни людей на всех континентах. Не все летали на самолете, но, если добавить тех, кому привозили по воздуху  письма  или гуманитарные грузы, или хоть вакуумные бомбы  ... немногие останутся вне сферы соприкосновения с авиацией.

Так что и в начале, и в конце ХХ века определяющими у нас оказываются  по одному средству связи: телеграф и телевидение. И по два транспортных: паровоз и автомобиль для ближних сообщений, пароход и самолет – для дальних. Отличаются эти тройки? Конечно, собственно, из этих отличий можно бы, а ля Кювье, дедуктировать и другие отличия поздневикторианского и сегодняшнего, назовем его миллениумным, обществ.

Все остальное: рок-н-ролл, политкорректность, распад колониальной системы, модернизм и постмодернизм, взлет и падение тоталитарных государств, тайм-шеры, флеш-мобы, Нобелевские и Букеровские премии, «Врачи без границ», увлечение ролевыми играми и восточными религиями, ненасильственные революции и городской террор ... . Все это происходит в т.н. «надстройке» и является прямыми и непрямыми следствиями изменения основ техносферы. Так, во всяком случае, автору запомнилось из занятий на общественных кафедрах его Нефтяного института – и примерно то же подтвердил за прошедшие десятилетия Жизненный Опыт.

Ну, ладно, это в том мире, в котором мы живем, в котором кончается и все никак уже восемьдесят лет не кончится нефть. А как было в той Реальности, где нефти еле хватило до начала автомобильного века?

Давайте посмотрим: а чем так хороша нефть - смесь горючих жидких углеводородов? В первую очередь, тем, конечно, что они горючие. При сжигании килограмма нефти получим примерно 10 тысяч килокалорий. Никто, разумеется, сегодня нефть не сжигает, разве уж в самых диких местах. Не знаю, есть ли еще на месторождениях Западной Сибири промысловые котельные на нефти? Думаю, что нету. При мне уже были планы перевода последних таких котельных на попутный газ. Все-таки жечь ассигнации и Менделеев не велел. Но и нефтепродукты тоже имеют близкую теплотворную способность. Давайте сравним теплотворные способности разных топлив при их полном сгорании.

Нефть, как видите, превосходят только природный газ и водород, но с ними свои проблемы, об этом дальше.

Второе достоинство это то, что нефть жидкая. Твердое трудно сжигать, сразу нужны кочегары, колосники, транспортеры и лопаты для кускового топлива, плюс фильтры для несгоревших частиц.  В общем – « Товарищ, я вахту не в силах стоять !». Для примера, на российском броненосце «Андрей Первозванный»  на 926 человек команды, «духов», т.е. машинных унтеров, машинистов и кочегаров, было 396. Сорок три процента. И жизнь их близка к аду. Недаром и в российском 17-м,  и в германском 18-м кочегары были среди самых озлобленных революционных моряков. А бункеровка, прием на борт угля – это уже общекорабельный аврал, суточный каторжный труд всех нижних чинов, после которого положены матросикам праздничные макароны по-флотски. Не дашь, заменишь обыденной гречневой кашей – можешь получить бунт, как на «Гангуте» в 1915-м.  Переход на нефтяное топливо – мазут для котлов или тяжелый соляр для дизелей, кроме тактико-технических удобств (быстрый набор скорости, повышение радиуса похода) позволяет уменьшить машинную команду в два-три, а то и четыре раза.

Газ даже удобней мазута для сжигания, но создает дополнительную головную боль и повышенные расходы при транспорте и хранении. Вспомните, что энергозатраты на перекачку газа с Ямала в Западную Европу забирают больше четверти исходно добытого. С нефтью не сравнить, там то же самое требует не больше 2 %. Да и хранилища. Сравните по сложности устройства и по стоимости цистерну и газгольдер. Так что жидкое топливо самое, конечно, удобное. Это общее правило, не только в кочегарках. Мне за жизнь приходилось работать над химическими технологиями и в твердой фазе, и в газовой, и в жидкой. Поверьте опыту: там, где газовая фаза, много больше размеры и вес оборудования, а  там, где твердая – вообще непонятно, будет ли работать. В основном, из-за аппаратурных сложностей с перемешиванием, выгрузкой, загрузкой и теплопередачей.

Что же до модного в экокругах водорода, то есть некоторое подозрение, что подавляющее большинство людей, рассуждающих о переводе уличного или авиационного транспорта на этот энергоноситель, о предмете имеют несколько теоретическое представление. Даже придуман красивый термин, чтобы увести в сторону от темы о взрывопасности такого прогрессивного и экологически чистого топлива – «синдром «Гинденбурга». Да какой уж там синдром, если пределы взрываемости водородно-воздушных смесей невероятно широки, от 4 до 74 % H 2 ? Нет смеси более взрывоопасной и более способной к утечкам. Именно это и погубило в мае 1937 года германский цеппелин «Гинденбург» и с ним идею рейсового воздухоплавания.  Мне с водородными дирижаблями дело иметь не довелось. Но три года работы на опытной установке гидрокрекинга, где давление водорода в трубе и реакторе 150 атмосфер, – это, как сказал бы Игорь Губерман, «маленький, но свой житейский опыт». Поверьте – не та материя, чтобы использовать в уличном транспорте. Очень опасно.

Ну, и третье достоинство нефти - это то, что основная ее часть – углеводороды. То есть, хорошее исходное сырье для химии органического синтеза. То, что возникало по первости вокруг установок коксования каменного угля, – производство красителей, растворителей, синтетических моющих средств, всевозможных присадок и добавок к самым разным материалам, с тридцатых годов стало расцветать на нефтяном сырье. Так что райзмановский фильм «Твой современник», где главный герой в исполнении Игоря Владимирова горячо и принципиально, рискуя своей начальственной карьерой,  борется за перевод строящегося где-то за Уралом химкомбината с угольного сырья на нефтяное, очень близок правде жизни. То есть, киношка, конечно, хальповая, полный соцреализм, даром, что играют неплохие актеры, но с угольного, точнее, коксохимического сырья тогда во всем мире переводили на нефтяное очень многие процессы. Подмечено верно. Уж очень она, нефть, удобна для всевозможных применений в машинной цивилизации прошедшего века. Мне кажется, что таблица очень наглядно иллюстрирует эту связь между нефтью и ХХ веком.

Добыча и производство в нашей реальности (млрд т/год)

Год

1895

1915

1925

1935

1945

1955

1965

1975

1980

1985

1990

1995

2001

Нефть

 

0.01

0.07

0.13

0.25

0.43

0.75

1.6

2.7

3.1

2.8

3.2

3.3

3.6

 В т.ч. :

Моторное

топливо

 

 

 

 

 

0.11

 

 

0.2

 

 

0.36

 

 

0.8

 

 

1.7

 

 

2.0

 

 

1.8

 

 

2.0

 

 

2.2

 

 

2.3

Котельное

топливо

 

 

 

0.11

0.2

0.32

0.5

0.8

0.8

0.6

0.6

0.5

0.6

Нефте-

химия

 

 

 

0.001

0.02

0.05

0.1

0.2

0.25

0.3

0.4

0.5

0.6

Уголь

0.6

1.4

1.5

1.5

1.6

2.4

2 .8

3.5

3.8

4.4

4.7

4.5

4.5

Газ в нефт.

эквиваленте

 

0.005

0.01

0.06

0.13

0.27

0.7

1.1

1.3

1.4

1.8

1.9

2.2

Синтетика

 

0.002

0.001

0.001

0.005

(1942 г.)

0.003

0.002

0.01

0.04

0.07

0.09

0.002

0.003

Биомото-

топливо

 

0.001

 

 

 

 

 

0.01

0.03

0.0 6

0.04

0.03

0.0 5

Население ,

млрд душ

1.6

1.8

1.9

2.1

2.2

2.8

3.3

4.1

4.4

4.8

5.3

5.7

6.1


Поэтому, легко можно догадаться, что в той реальности, где Бог не запас для людей достаточно нефти в земных недрах, там они стали ее делать из того, что было. Тем более, что технологии эти известны и в нашем мире.

8.ИЗ ЧЕГО И КАК?

(Германский Рейх)

То, что было, – это, главным образом, ископаемый уголь, каменный и бурый. Задачу облегчает то, что уголь, в отличие от алмаза и графита, не чистый углерод. На каждый атом углерода приходится, в среднем, один атом водорода. А в нефти, тоже в среднем, два с небольшим водородных атома на один углеродный. Это, не считая азота, серы, кислорода и прочего, чего бы лучше и не было. И это по числу атомов, а по весу получается вот что:

Среднее содержание, % вес

Нефть

Бурый уголь

Каменный уголь

Антрацит

Углерода

85

70

80

95

Водорода

13

5

5

2

 Значит, чтобы получить искусственную нефть, надо примерно удвоить долю водорода. Для этого есть несколько путей. Я их попробую изложить по данным из нашего отвремления. В общем-то, нет сомнений, что синтетическую нефть и нефтепродукты в той, альтернативной реальности, получают примерно по тем же основным направлениям и с похожими, в принципе, показателями. Конечно, масштабы совсем не те, что у нас, где широкое распространение этой индустрии пока что не сложилось из-за непобедимой конкуренции дешевых природных углеводородов из естественных залежей. Да и то, что там в эти дела вложено намного больше технического гения и инженерного труда, взамен того, что у нас потратилось на прогресс в нефтегазодобыче и смежных областях. Конечно, у них там результаты получше и пораньше во времени, спору нет. Однако, сверх того, что разрешают законы природы, и они не прыгнули.

Как мы с вами помним, можно получать то, что мы ищем, сухой перегонкой угля, горючих сланцев, торфа. Да даже и древесины. Очень старые процессы. Во всяком случае, кооператив, организованный моим дедом Александром Дмитриевичем Кузьминых в его зауральской деревне, держал в годы Гражданской в тайге маленький кубик, где из бересты гнался смазочный деготь – до нефтяных масел Баку было три фронта. Все хорошо – кроме фотогена, из угля получаются еще и газолин, смазочные масла,  бензол, толуол для производства взрывчатки. Но уж очень невелик выход целевых продуктов. Поэтому на этой стадии не задержалось ни у нас, ни у них. Дальнейшее развитие этой отрасли, производства синтетических углеводородов представить себе легко, потому, что всё это, но, конечно, значительно скромнее, происходило, как сказано, и в нашей с вами Реальности.

Здесь это было связано отчасти со страхами перед близким истощением залежей нефти – состояние общественного мнения, почти непрерывно господствующее в мире, начиная примерно с 1920-го года. Отчасти же с тем, что нефть по свету распределена неравномерно, во всяком случае, карты известных на какой-то определенный год запасов всегда указывают на районы-кладовые и «белые пятна» На двадцатые годы создавалось впечатление, что вся нефть мира запасена на Северо-Американском континенте, как теперь кажется, что все досталось Зоне Персидского залива, а прочим – крохи. Изменение геологической изученности планеты, как с приходом разведчиков в новые страны и регионы, так и по увеличению глубины их «видения» земной коры, время от времени поворачивали этот калейдоскоп, создавая новую картинку.

На сегодня в нашей реальности она выглядит так:

Честно признаюсь, что эту карту я скопировал из Сети. Она довольно хорошо знакома тем, кто обсуждает темы «Хаббертовского пика нефтедобычи» и предстоящего в ближайшие десятилетия возвращения в каменный век по причине исчерпания ресурсов углеводородов. По существу этих вопросов скажу пока, что я-то склоняюсь к мнению знаменитого шейха Ямани, многолетнего главы саудовского нефтяного министерства и одного из главных авторитетов ОПЕК. Он не раз говорил, что «каменный век кончился не потому, что кончились месторождения камня». И в нашей реальности нефти рулить миром не вечно, но произойдет это, думается, без предсказываемых ужасов и не так быстро.

Но, в любом случае, во всех раскладах истории открытия углеводородных запасов природная, пластовая нефть не доставалась немцам – разве что крохи в в Нижней Саксонии и после аншлюсса в Австрии. Никогда этого не могло хватить германской экономике даже и на месяц в году. Но Господь, обделивший немцев залежами углеводородов, не поскупился для них на техническую сметку и высоколобую ученость, что в сочетании с навязчивой идеей мирового господства, владевшей этой страной,  её начальниками и народом весь конец XIX и первую половину XX века, и определило тамошний особый интерес к искусственному жидкому топливу. В нашем мире автаркия, доведенная до предела «опора на собственные силы» плюс на ресурсы тех территорий,  которые удается завоевать в начале войны, так и не помогла ни II , ни III Рейху покорить мир. Посмотрим, как будет здесь. Но что не отнять в этой области - в переработке угля в нефть - немецкое лидерство вне сомнения. Во всяком случае, в нашей реальности.

Именно в ней Фридрих Бергиус сумел в своей частной ганноверской лаборатории соединить идеи русского профессора Ипатьева по химии высоких давлений и француза Сабатье по гидрированию и получить еще в 1913-м жидкие углеводороды, действуя на древесный уголь водородом под давлением. Его патенты относились и к облагораживанию под действием водорода каменноугольных и сланцевых смол, и к «ожижению» битуминозного и бурого угля, а когда они соединились с катализаторами и финансовыми возможностями «И.Г. Фарбениндустри», технология приобрела вполне законченный вид. Это был блестящий успех. И научный – Бергиус и президент «И.Г. Фарбениндустри» гениальный инженер Карл Бош получили Нобелевскую премию 1931 года по химии. И технический – в 1928 году  в Лейне близ Лейпцига заработал завод по производству жидких топлив. Конечно, это не совсем было экономически конкурентно продуктам из еще раз подешевевшей к тому времени нефти. Стоимость производства «лейна-бензина» в 10 раз была выше цены бензина в Штатах.

Но Германия еще раз решила сыграть ва-банк на мировое господство, отдав для этого власть Адольфу Гитлеру и его маргиналам из НСДАП. Так что по Четырехлетнему Плану рейхсминистра Геринга и дополнительным программам уже военных времен было построено еще шестнадцать заводов гидрогенизации угля под высоким давлением. Плюс десять заводов, где углеводороды получаются по методу  Фишера и Тропша.  Помните, мы с вами еще в XIX веке увидели рожки газового освещения и газогенераторные заводы. Заметим в сторону, что Кремль и Курский вокзал в Москве освещались так до 1932 года, а исторический центр Праги – даже и до 1972-го. По одному из способов на раскаленный уголь подают водяной пар – и получается «водяной газ», смесь водорода и окиси углерода, известной всем, как ядовитый «угарный газ». Горит и светит эта смесь очень хорошо. Опасно только – яд же! Да и водород не особенный подарок в доме. Поэтому и использовали «водяной газ» больше в металлургии. А в 1923 удалось сначала сделать из него сначала синтетический метанол на том же химкомбинате в Лёйне. И почти одновременно с этим в лабораториях Института Кайзера Вильгельма по исследованию угля химики Карл Фишер и Ханс Тропш получили смесь жидких парафиновых углеводородов, нечто вроде искусственной нефти. В 26-м году это публикуется, вызывая фурор в научных и технических кругах, а в 1936-м заработала промышленная установка на «Рурхеми АГ» в Оберхаузене.

Вместе с другими источниками: своей и союзной, румынской и венгерской, нефтедобычей, углеводородами из коксового газа и смолы коксования, этиловым спиртом из традиционной картошки и по разработанной все тем же Бергиусом новой технологии, из опилок, поставками из временно дружественного Советского Союза и обильными по началу войны трофеями, синтетическое жидкое топливо и дало возможность Германии продержаться почти шесть лет. Обошлось это недешево. Как позже справедливо отметили американские военно-воздушные аналитики при ретроспективном анализе своей работы на Европейском театре, вес стали, пошедшей на строительство германской индустрии искусственного топлива, в три с половиной раза превосходил вес Британского военного флота на январь 1940-го. Но и эффект сомнений не вызывает. Естественно, веревочка и на этот раз вилась долго, но не бесконечно. Одной стране, ну, допустим, и с какими-то сомнительными союзниками: болгарами, австро-венграми, турками – или, взамен турок, японцами, итальянцами и румынами – все-таки трудно устоять против ресурсов всего остального мира. Дело, наверное, не только в нефти. Не один ведь раз, а два, достаточно похожих, так что какой-нибудь будущий Фоменко непременно обнаружит, что одна из войн –  артефакт, измышленное летописцами фиктивное отражение другой. Впрочем, мы к этому вернемся при обозрении «надстроечной» истории альтернативной «безнефтяной» реальности. А пока посмотрим – чем же располагал III Рейх в чрезвычайно для него удачном в нашем мире 1940 году:

 

Как видите, использовались разные пути. Понятно, что различные технологии имели отличающиеся результаты. Я сначала тут дам картинку с возможными путями превращения твердого горючего в жидкое. Схемка известная, из «Химической энциклопедии», но я позволил себе немного развлечься, разукрасить ее. А потом будет уж таблица сравнительных показателей, как положено.

 

А вот и обещанная таблица со сравнением выхода продуктов при этих процессах:

Процесс

Выход в кг  на тонну конвертированного угля / выход в кг  на тонну израсходованного угля (с учетом расхода угля на водород, энергетику и прочие нужды)

Авиа

бензин

Авто

бензин

Диз

топливо и керосин

Печное топливо

Смазоч

ные масла

Твердые парафины,

 и др. хим. сырье

Всего жидких и твердых углево-

дородов

Гидрогенизация

 по Бергиусу

368/95

68/18

132/34

47/12

8/2

10/3

633/164

Синтез по

Фишеру-Тропшу

-

230/87

150/56

-

17/6

136/51

533/200

Современные процессы («САСОЛ»  и др.)

-

290/97

260/87

36/12

-

150/50

736/246

Надо оговориться при этом, что и гидрирование, и непрямое ожижение – процессы достаточно гибкие. Меняя условия и сотношение реагентов, одни и те же заводы могли в мае выпускать побольше бензина для самолетов Геринга, а в июне дизельное топливо для подводных лодок Деница. Казалось бы, выбор между гидрогенизацией по Бергиусу и синтезом по Фишеру-Тропшу несложен – выход жидкого топлива в первом случае выше, чем во втором, а что касается светлых, бензина и дизельки, так и больше, чем из натуральной нефти. Ну, дьявол скрыт в нюансах, как известно. Или, как сказал бы один знаменитый ученый из немцев: «Теория – сера, но зеленеет Древо Жизни». Обсудим. Для гидрогенизации нужен, как из названия следует, водород. Водород, в принципе, можно получать электролизом воды, но это очень дорого. Разве только в Норвегии, где гидростанции дают очень дешевое электричество. Но перевозка водорода – это и теперь более фантастика, если не сказать, фэнтези, а уж тогда ... .

Можно делать его из метана - собственно, из любых углеводородов, даже из мазута. Позволю себе по этому поводу отклониться в 70-е годы нашей реальности. На прекрасный тропический остров Куба. Там советские геологи в порядке помощи братскому местному народу открыли месторождения никеля. Московский ГИПРОЦветМет в том же порядке спроектировал комбинат, а ВНИПИ Нефть на субподряде сделал проект установки по получению водорода из мазута в соответствии с давней, но до тех пор не реализованной разработкой института ВНИИ по нефтепереработке. Водород тут нужен, чтобы восстанавливать руду до металла. Привезли через океан конструкции и оборудование, построили, Фидель Кастро Рус с послом Воротниковым режут ленточку – советско-кубинская дружба в действии. Не успели высокие гости отъехать, как начала эта установка коптить пальмы, горы Сьерра-Маэстра, плантации тростника и пляжи в радиусе двести километров. Но водорода при этом выдает с гулькину часть тела. Кастро, не успевши порадоваться халяве, жалуется по телефону лично Леониду Ильичу. Тот по инстанциям вниз выражает недовольство. Дошло дело до ВНИИ НП. «Кто авторы регламента?!» – Уупсс!! – как говорят в одной заатлантической стране. Руководителей разработки, чьи главные подписи под регламентом, там было двое. Один, уже после выхода на пенсию, в период короткого послабления эмигрировал и проживает в городе Хартфорде у родственников, а второй помре, но сын его, тоже участник работы, жив и находится в отказе, без пяти минут Узник Сиона . Чем бы это разрешилось в более ранние времена, боюсь и гадать. Но и тут директор института с двумя дюжинами запасных кальсон и небольшой бригадой специалистов вылетел в Гавану, буквально не дожидаясь самолета. По прилете они вместе с пусконаладчиками, монтажниками и ГИПом из ВНИПИ кинулись в самый дым, понимая, что назад лучше не возвращаться.

Всегда приятно сообщить, что триллер имеет благополучный конец. Оказалось, что сварщики кое-что, как всегда, приварили не совсем по чертежу. Так что тут было не страшное сионошпионское вредительство, а  нормальные пусковые трудности. Дым кончился, установка стала давать вполне качественный водород согласно регламенту, а пальмы частично отмыл, а частично вырвал с корнем очередной тропический ураган. Что же касается главных фигурантов этой истории, то судьбу хартфордца я не знаю, надеюсь, что он до сих пор жив. Отказника, сколько знаю, все-таки отпустили в пору Перестройки, и он одно время преподавал в Технионе. Директор института давно ушел в главные научные сотрудники, а потом и на пенсию. Посол Воротников дослужился до члена Политбюро и очень был на виду одно время, был Председателем Верховного Совета РСФСР, пока  не пришлось сдавать должность Борису Ельцину, потом как-то забылся. Уж не знаю, жив ли? Один Фидель из них из всех все еще служит там же и в той же должности, хотя внешне, конечно, очень изменился, став почти неотличимо похожим на Санта Клауса. Ну, время никого не щадит.

Но, если вернуться в Германию 30-40-х, то мы оказываемся некоторым образом в замкнутом круге. Водород мы не можем получать конверсией из мазута и вообще углеводородов, поскольку он нам и нужен, чтобы сделать углеводороды. Хорошо, что это и необязательно. Водород можно получать из воды и углерода - по простому уравнению:  C + H 2 O = CO  + H 2 . То есть на уголь подают смесь водяного пара с кислородом (этот нужен, чтобы за счет сгорания части угля поддерживать температуру и тепловой баланс). Вот это и есть главный источник водорода – водяной, или, по другому названию, синтез-газ. Но если у вас есть синтез-газ, то вы уже сразу можете, не разделяя на компоненты, отправить его в фишер-тропшевский реактор. И получить почти такую же «искусственную нефть». Или по позже  усовершенствованной технологии сначала синтезировать метанол, а на второй стадии уже метанол превращать в  углеводороды. Вот с учетом того, что бергиусовскому процессу нужен еще и водород, он оказывается менее выгодным не только точки зрения экономики, но и с позиций выхода на тонну угля, которая в военных условиях важнее прибыльности. Ну, и скажем честно, что у гидрогенизации есть две главных головных боли: то, что подаваемая на переработку паста из угольного порошка, замешанного на растворителе, очень эрозионно-активна и то, что компрессоры и прочее оборудование при давлении от 200 до 700 атмосфер требуют частой остановки на ремонт. Вот вам и причины, по которым уже в начале войны заводы гидроожижения дают фактическую производительность около трети от проектной против 70 % от проекта у фишер-тропшевских  установок.

Сразу уточню, что размеры региональных кругов на карте, так же, как и тысячи тонн в год из таблицы в следующей главе, соответствуют номинальной производительности. Тому, что было бы, если б предоставить установкам гидрирования и синтеза «домик  в  горах, много хлеба с маслом и никаких бомбежек». По жизни ежесуточные визиты RAF, US Army Air Force 8 & 9, а под конец войны и Авиации Дальнего Действия ВВС РККА очень сильно снижали выпуск жидкого топлива в Рейхе.

Посмотрим на проблему еще с одной стороны. Из синтез-газа получаются больше нормальные, то есть, неразветвленные, парафиновые углеводороды с низким октановым и высоким цетановым числом – высококачественное дизтопливо и неважный бензин. Бергиусовская деструктивная гидрогенизация дает продукты с более высокими октановыми числами и низкими цетановыми – то есть, наоборот. Тогда практически еще не существовала возможность последующей корректировки, поэтому 90 процентов бензина для Люфтваффе получалось гидрированием. Сегодня это не имело бы такого большого значения, потому что именно в 40-х годах в жизнь широко вошли процессы каталитического реформирования, при которых парафины превращаются в высокооктановые ароматические углеводороды, да еще и получается впридачу некоторое количество того самого дефицитного водорода. Как часто бывает, само научное открытие российское, из лаборатории академика Зелинского в МГУ, – а потом пришлось шпионам Лаврентия Палыча скрасть у американцев чертежи и по ним началось строительство первой такой промышленной установки и в Советском Союзе. Но до этого всего еще должно пройти несколько лет.

Предупрежу сразу, что ни синтетическое топливо, ни потрясающие успехи Вернера фон Брауна в ракетостроении, ни появление в небе первых в мире реактивных истребителей Мессершмита не спасли Германию от поражения. Союзная авиация раздолбала заводы искусственного топлива обоих вариантов и даже организаторскому гению Альберта Шпеера не удалось восстановить, как следует, эту индустрию. Рейхсминистр вспоминал потом, в тюрьме Шпандау: « День 12 мая (1944 г.) я не забуду никогда, потому что в этот день война, с точки зрения техники, была проиграна. С налетом в тот день 935 дневных бомбардировщиков 8-го американского воздушного флота на целый ряд предприятий по производству горючего в Центре и на Востоке Германии началась новая эпоха войны в воздухе. Она предвещала конец немецкой промышленности вооружений ».

Sorry , guys , но не надо было жалеть денег на глобус перед тем, как начинать драку.

* Северо-американские соединённые штаты – так назывались они в начале 20века

 

Продолжение следует

 

 

Обсудить этот текст можно здесь