Моше Иофис "Ариэль Шарон о себе" (продолжение)

(По страницам книги Warrior "An Autobiography
of Ariel Sharon" /with David Chanoff")
(продолжение)

Моше Иофис


Осенью 1957 года Моше Даян направил Шарона в Англию на годичный курс обучения в военном колледже. Ему было интересно познакомиться с британскими офицерами, участниками Второй мировой войны и узнать многое об оборонной доктрине. На лекции Монтгомери Шарон не постеснялся возразить знаменитому фельдмаршалу, когда тот сказал, что арабы-десятиминутные воины. По своему опыту Шарон знал, что арабы умеют упорно сражаться.

На выходные дни он приезжал в Лондон, где Гали жила с сыном. Они успели побывать в музеях и театрах, увидеть город, обрести друзей.
---------
В период 1958-1962 гг. Шарон возглавлял пехотное училище и одновременно сам учился в бронетанковом училище. Он также вернулся к учебе в университете Тель-Авива, где изучал конституционное право, который закончил в 1966 году.
--------
2 мая 1962 года Шарона постигло большое горе: Гали погибла в автомобильной катастрофе. Он остался один с пятилетним сыном.
-------
В конце 1953 года, недолго прослужив командиром резервной бронетанковой бригады, Шарон вступает в должность начальника штаба Северного округа, где он был очень дружелюбно принят командующим, генералом Авраамом Иоффе. Они решали совместно трудные задачи по защите от палестинских террористов, которые стали создавать свою сеть в Ливане. Почти ежедневно происходили стычки с сирийцами, обстреливавшими киббуцы с высот Голана. Войска Северного округа пересекли попытки сирийцев прорыть канал для отвода вод из двух рек, несущих воды в реку Иордан. Шарон утверждал, что, хотя официально Шестидневная война началась 5 июня 1967 года, она фактически уже шла в течение двух с половиной лет до этой даты.

Лили, сестра трагически погибшей Гали, взяла на себя материнские заботы о сыне Шарона, Гуре. Сложившиеся между Ариелем и Лили дружеские взаимоотношения стали любовными, и они вступили в брак. В августе 1964 года у них родился сын, которому они дали имя Омри. Они поселились в квартире на одной из ферм. Гур быстро привык к жизни в деревне, подружился с ребятами, отлично учился и увлекся лошадьми. В день, когда Гуру исполнилось девять лет, родители предложили ему заглянуть в сарай, где он нашел сюрприз-подаренную ему лошадь. С тех пор мальчик объездил верхом все окрестности. А сам глава семьи, выросший на ферме, вновь стал испытывать интерес к труду на земле и стал подумывать о покупке фермы.

Тем временем, на службе возникли осложнения в связи с уходом в отставку генерала Иоффе. С приходом нового командующего, Давида Элиезера, атмосфера стала наполняться подозрительностью и интригами.

Тогда Шарон взял отпуск и отправился в путешествие по Африке вместе с Авраамом Иоффе, который стал возглавлять ведомство по охране природы. Прилетев в Энтебе, они на автомобиле пересекли Уганду от истоков Нила. Они увидели Морото, в районе которого британцы в начале века предлагали Теодору Герцлю создать еврейское государство, что, к счастью, было отвергнуто сионистами. В Кении, у озера Накуру, путешественники любовались красочными стаями фламиго, а в Танзании они не могли наглядеться на изумительную красоту заповедника со стадами буйволов, антилоп и оленей и любовались красотой Килиманджаро. В Аддис-Абебе они встретились с израильскими военными и сельскохозяйственными специалистами. В то время Эфиопией еще правил король Хайле Селассие, который называл себя Львом Иудеи. Эфиопы, с которыми туристам довелось беседовать, считали себя потомками царя Соломона.

Чтобы окунуться в горячий источник, в котором купался сам король, Шарон и Иоффе отправились пустыню Данакил, где река Аваш прерыват свое течение в песках. А на обратном пути после купания у них заглох автомобиль. И тогда обоим воинам пришлось пережить весьма тревожные часы…Дело в том, что тот район был чреват опасностями для белых людей. Некоторое время тому назад, туземцами был кастрирован британский пилот. По местной традиции ухажер может завоевать сердце избранницы, подарив ей трофей, добытый от белого мужчины, а она, гордая преподнесением, демонстрирует изысканный дар, прикрепив его к своему лбу.
….И пока безоружные путешественники пытались завести автомобиль, за ними настороженно вели наблюдение вооруженные молодые мужчины с красными повязками, а по другую сторону красивая африканка, обнаженная выше пояса, пасла стадо верблюдов.
Оба возвратились из Африки, обогащенные впечатлениями на целую жизнь.

К моменту возвращения должность Шарона оказалась занятой. Он сидел дома и нервничал, ожидая нового назначения. Наконец, его вызвал к себе Ицхак Рабин и, высказав упреки по поводу конфликтов на прежней службе, сообщил о присвоении Шарону звания генерал-майора и назначении начальником центра боевой подготовки и командиром резервной бригады.
---------
А 19 мая 1967 года Насер вновь заявил о закрытии Тиранского пролива и потребовал вывода войск ООН из Синая, сконцентрировав египетские силы на границах с Израилем. Сирийцы давно вели обстрел территории страны. Премьер-министр Леви Эшкол и некоторые военные руководители намеревались нанести удары по египетским войскам по фазам - сначала занять Газу и потребовать открытия Тиранского пролива, затем открыт фронт на Синае и т.д. Против такой стратегии категорически выступили генералы Иоффе, Шарон, Таль и Телед и убедили Эшкола, Рабина и Даяна, назначенного министром обороны в том, что израильская армия способна одержать победу на всех фронтах одновременно.

Тщательно спланированная и подготовленная операция началась на рассвете 5 июня 1967 года. После нанесения сокрушительного удара по египетской авиации израильские войска атаковали египтян на всех направлениях. Через 96 часов вся кампания была завершена полным разгромом египетской армии. Одновременно была разбита и сирийская армия.

Начальник штаба Армии обороны Израиля пригласил к себе Шарона вместе с другими генералами, поздравив их с победой, которая превзошла все намеченные планы. Шарон был назначен командующим на Синайском полуострове, где неотложной была задача спасения египетских солдат, которые брели по раскаленной пустыне, умирая от жажды.

В плен были взяты только египетские офицеры, многие из которых срывали у себя погоны, чтобы сойти за рядовых. Но офицеров быстро удалось отличить по их шелковому нижнему белью, в отличие от грубого хлопкового у солдат. Эта находка вызвала немало смеха у израильтян. Без какого-либо соглашения с египетским правительством, пленные египетские солдаты были собраны в Кантаре и переправлены на противоположный берег Суэцкого канала.
То было гуманной акцией в отношении побежденного противника. При этом Шарон был уверен, что арабы не проявили бы подобной гуманности, окажись израильские солдаты в их власти.

Во время поездки по стране Шарона повсюду встречали восторженные толпы людей. Вместе с семьей он впервые побывал в Старом Иерусалиме, отвоеванном у Иордании.

Пребывание с семьей продолжалось недолго. По предложению правительства, он отправился для сбора средств в Гонконг и Австралию. Все путешествие оказалось нескончаемой пресс-конференцией. На обратном пути Шарон побывал в Тегеране, где в сопровождении атташе забрел на ковровый рынок. Опознанные еврейскими торговцами, оба были усажены на груду ковров и окружены приветствовавшими их людьми. Евреи Ирана, Австралии, Гонконга и других стран восприняли победу Израиля с облегчением и гордостью.

Воодушевленный успехами, Шарон вернулся к семье. Их третьему сыну, Гиладу, вскоре исполнился год.

После победы Шарон тщательно анализировал и вновь отрабатывал на учебно-тренировочном центре все проведенные боевые операции. В споре с новым главнокомандующим Бар-Левом, он сумел добиться концентрации всех военных училищ в Шихеме, армейском лагере, отвоеванном у Иордании. А впоследствии он разместил свои подразделения на всех бывших иорданских военных базах и собирался построить там жилье для военнослужащих, но не получил поддержки.

Между тем, Шарона не оставляла мысль о создании форпостов на высотах Самарии и Иудеи, необходимых для защиты страны от будущих нападений. (Он хорошо помнил, как его родной Кфар Малал простреливался с этих высот, доминирующих над территорией центрального Израиля.) Но для этого требовалось политическое решение.

4 октября 1967 года, в канун праздника Рош Хашана, Ариеля Шарона постигла еще одна страшная трагедия. Лили отправилась за покупками, а он разговаривал по телефону с друзьями, когда вдруг услышал выстрел. Выскочив из дома, он увидел на земле своего любимого сына Гура с простреленным глазом. Рядом лежало старое ружье, когда-то полученное в подарок. Омри рассказал, что Гур сказал своему приятелю: "Не целься!" Мальчик умер на руках у отца по пути в клинику. Он был похоронен рядом с могилой своей матери, Гали. Пять лет назад Шарон поклялся над могилой Гали, что он будет беречь ее сына…Теперь он стоял, потрясенный тем, что не выполнил обещания.

Преисполненный горестными раздумьями, он вспомнил библейскую легенду о Йефтахии Ха Гилади-воине, давшем клятву перед отправлением на битву с аммонитами, что в случае возвращения с победой, он отдаст в жертву первое живое существо, которое появится на пороге его дома… Навстречу ему вышла его единственная и любимая дочь.

В ту тяжелую пору многие люди поддержали Шарона. А потом солдаты, знавшие Гура, учредили в Афуле ежегодные конные бега, победителю которых вручался кубок Гура с надписью: "В память о Гуре, сыне Арика, замечательном наезднике и любителе лошадей."
----------
Тем временем побежденный Насер вновь наращивал вооружение своей армии и готовился к новой войне, в чем ему усердно помогали тысячи советских военных специалистов. А главы арабских государств на конференции в Хартуме согласовали политику трех "нет": нет переговорам, нет признанию и нет мира с Израилем.

В этих условиях израильскому руководству предстояла задача не допустить пересечения Суэцкого канала египетскими войсками. Начальник Генштаба Бар-Лев настоял на строительстве линии укреплений вдоль берега канала, против чего Шарон категорически возражал, отдавая предпочтение мобильной защите. Он понимал, что линия обороны Бар-Лева чревата катастрофой. Ему не стало легче, когда через четыре года подтвердилось, что он был прав.

После произошедшего конфликта Бар-Лев отказался заключить очередной контракт о продолжении Шароном службы на предстоявшие десять лет. Ни Даян, ни Голда Меир не сделали попытки помочь Шарону. Он начинает обсуждать возможности участия в политической деятельности, о чем заводит разговор с Менахемом Бегиным, лидером оппозиционной партии "Херут." Но, как только об этом в прессе появилось первое сообщение, деятели партии Труда забили тревогу и побудили Бар-Лева продлить контракт с Шароном на продолжение им военной службы. Но тогда для не оказалось вакантной должности, и он отправляется в США, Мексику, Японию, Гонконг и Корею, где побывал на
38-ой параллели. А после возвращения домой, был назначен командующим Южным округом.

К тому времени, уже в течение двух лет продолжалась т.н. "война на истощение." Войска, охранявшие берег Суэцкого канала, были вынуждены окапываться все глубже и закрепляться на линии Бар-Лева. Лишь начальная дорогая цена за эту линию стоила жизни 367 солдат, а 1366 человек были ранены. Шарону постепенно удалось эвакуировать 14 из тридцати укреплений, передвинув их на более отдаленные позиции к востоку от канала. Он также развернул строительство дорог в Синайской пустыне, необходимых для передвижения техники.
--------------
В 1970 году палестинцы совершили повторное покушение на короля Иордании Хуссейна, который ответил на это кровавой расправой и их изгнанием. Сирия ввела в Иорданию свои танки, стремясь защитить палестинцев. А правительство США попросило Израиль мобилизовать свои войска, чтобы предотвратить свержение Хуссейна.
(прдолжение следует)